Imago

Она стоит на парковке, жмется от раздирающего острого ветра, который пробегает звуковой волной между ног и будоражит юбку. Неуклюже подкрашивает губы ярко-коралловой, смотрясь в дрожащее зеркальце. Подъезжает такси.

– Вам куда? – спрашивает он, блокируя двери.

Она чешет бороду и поправляет ложную грудь. Мысли разлетаются, как в калейдоскопе, все шумит и гремит в голове. Чувствуется очень тонкий запах шоколада… Это конец. Дверь закрыта.

«Только не такса… Только не шоколад… Пожалуйста…»

– Улица Северная, дом пятнадцать. Можно у супермаркета высадить.

– Хорошо. – Водитель заводит двигатель и выезжает на главную трассу.

Несколько минут коченеют в неловком молчании. Атмосфера тревожится, а стальные кокосы пассажирки сжимается от страха.

– Вы трансвестит? – холодным тоном начинает водитель.

– М… Да, – тихо признается та, кривляя хриплый бас на пение зефирной принцессы. Но зефир протух – она фальшивит.

Водитель недоверчиво и строго смотрит на брюнетку, оценивая состояние ее бороды.

– Вам же не нужны проблемы, я правильно понимаю?

– Н-не подумайте, – оправдывается она, – я довольна! Честно, довольна. Просто… Идут годы, я не пойму, к чему я пришла и куда идти дальше…

Она ловит его хмурый механический взгляд.

– Но я не жалуюсь!

– Конечно. – Водитель резко входит в поворот, и брюнетка слегка ударяется головой о стекло справа. – Просто напоминаю: им лучше не врать. Они не заинтересованы в том, чтобы вы чувствовали себя несвободными и ограниченными. Они дарят широкий спектр выбора взамен условностям.

– Несомненно, – бормочет она, причесывая пальцами кудри. Но голос ломается на мужской, хочется развалить ноги, а не держать их по струнке. – Безусловно, это так. Я ценю это. Я живу в свободном от предубеждений мире.

Водитель молчит. Светофор дает зеленый.

– Прекрасно, – уже спокойнее говорит тот. – Улица Северная.

Авто останавливается. Его рука плавно тянется в заветному бардачку и достает из него радужную расклейку силиконовых браслетов.

– А… Это?.. – заикается брюнетка, обескураженно наблюдая за его движениями.

– Помолчите секунду.

Она тщетно старается вырвать руку, но это невозможно, да и небезопасно – можно получить цвет выше за сопротивление.

Водитель фиксирует на запястье транса неразрывный браслет зеленого цвета и открывает двери такси.

Брюнетка поспешно вылазит, изо всех сил пытаясь выглядеть непринужденно, но выходит плохо. Машина отъезжает. Она смотрит на свое волосатое запястье – теперь на нем эластичная зеленая метка.

«Черт, это херово… Как же так… Думал, голубая хоть будет…»

Теперь эту метку видят все. И теперь тонкий запах шоколада аккуратно пропитывает ее мозг насквозь.

***

В отделение экспресс-доставки поступает звонок:

– Алло, здравствуйте, – Трубку снимает уставшая девушка, присев на подоконник. – Это служба доставки фалло-пропеллеров на дистанционном управлении. Через минут пятнадцать, где-то так, сможете?

Она вслушивается в тихое и немного нервное бубнение на том конце провода, и создается впечатление, что рот того человека сейчас прямо у ее уха – теребит ушную раковину своим спертым извращенным дыханием.

– А? Да-да… Выезжаем. – И завершает вызов. – Член под номером 008224 летит к мамочке!

– Поняла. – Девушка у стеллажа поспешно зашумела картонными коробками.

– Агат, только давай быстрее, – просит подруга, подпиливая свои красные ноготки и запрокидывая ноги на подоконник. Ее посещает тупое желание: туфли тянутся вверх, к окну, как китайские палочки, и открываются всему миру – она разводит ноги. Ликование, легкий флирт с самой собой и…

Девушку пронизывает гулкий удар где-то внутри. Она смотрит между ног вниз, на улицу, и замечает страшное: таксист курит, облокотившись о машину, и смотрит прямо на нее. Смотрит осуждающе, непреклонно жестко.

– Нин, какого хера?! – подруга выводит ее из жужжащего таксотранса и резко одергивает за плечо. – А ну быстро опусти ноги! Хочешь, чтоб повязали?

– Я… я… – Она бегает взглядом по лицам цветных прохожих за окном и еле фокусируется на таксисте: он обивает пепел о зеркало бокового вида и, затоптав сигару, садится в авто. Желто-черный страж постепенно удаляется. – Я ненавижу. Я просто это все ненавижу.

Агата сочувствующе вздыхает, подбирая слова, но слов нет – есть только отчаяние.

– Пошли. У нас доставка.

– Проходите. Нет, не разувайтесь, у меня не прибрано.

Девушки проходят в квартирку, минуя тусклую рожу хозяина, и присаживаются в гостиной.

– Так, электронные результаты анализов вы подали, верно? Хорошо… – Нина ставит очередную галочку в бланке. – Вы говорите, это для вас единственно возможный способ. Ничто другое, менее радикальное, не дает плодов?

– Да… – Он мнется, выворачивая пальцы, – я искал что-то официальное, но в наше время это непросто. Мало того, мне проблемы не нужны… Кхм! Извините, ну, и пришлось решиться на что-то… нетипичное. Ну, вы сами все понимаете.

– Разумеется, – соглашается Агата, ставя чашку с чаем на столик. – но и вы, надеюсь, осознаете, что организация наша… мягко говоря, некоммерческая.

– Э… Конечно! – вспыхивает тот, понимающе качая головой. Облизывает губы. – Конечно-конечно…

Нина с полсекунды вникает в его отсыревшее среди бетонных стен лицо, покусывая колпачок ручки.

– Что ж, тестирование не выявило никакой опасности – поздравляю. Пользуйтесь на здоровье.

Агата передает клиенту плотно запечатанную картонную коробку. Во время обмена он слегка касается ее пальцев своими, по-лягушачьи озябшими и сырыми. Она рвано отдергивает руки, случайно допустив на лице гримасу пренебрежения и отвращения.