Чтение онлайн

Взгляд князя устремился в пустоту.

— Я буду просить помилования на глазах у всех. Мальчик не сможет мне отказать. Есть те, кто сочув…

— После того, как мы опубликуем эти бумаги, сочувствующих не будет. Знатные семьи могут сопротивляться, но у них нет армии, нет имитатора. Так или иначе, они должны будут сделать выбор. Противников мы не держим, для них есть просторы Далу. Пусть катятся. Белоручки здесь не нужны, — и промышленник, словно в подтверждение своих слов, поднял мозолистые руки перед князем.

— Так он остался жив? Имитатор. И где же он сейчас? — Согдеван словно не верил словам Шиети, словно хотел подловить его.

— Здесь, — Кир вышел вперёд.

Он плохо знал князя, но ничего хорошего о нём в деревне не рассказывали. В ходе же путешествия с отрядом Агнара, Кир убедился: от такого властителя у Лиенмоу блага быть не может. Теперь, глядя на озлобленную фигуру, сгорбившуюся у фонтана, он не испытывал ничего, кроме презрения.

— Я верен Ивесу. Видел его работы и разделяю идею. Я из бедной деревушки, выросшей посреди Жёлтых равнин. Когда не стало моих родных, я остался совсем один и некому было за меня заступиться. Женщину, приютившую меня, ваши солдаты убили. Когда вас казнят, я сначала сварю, а потом выпью кружку отборного пива.

***

Кир неспеша шёл по широкому жёлтому полю. Заходящее солнце алыми всполохами окрашивало холмистый горизонт. Ни облачка в розовом небе, и прохладный приятный ветер обдувал лицо. Ветер родных мест.

— Поторопимся, — Мария подошла сзади как всегда бесшумно, или он, Кир, просто задумался. — Я оставила машину на дороге, здесь слишком слякотно.

До деревни всего метров триста. Кир уже видел чёрные обуглившиеся стены ближайших домов. Вокруг ни души.

По главной улице гонялась друг за другом листва, откуда-то доносился скрип несмазанных дверных петель. Мёртвая земля смердела гарью. Пустые оконные дыры зияли чернотой, словно раскрытые в ужасе рты. Кое-где обвалившиеся стены оголяли бедный деревенский быт.

Кир ускорил шаг, направляясь к таверне Весты. К его ужасу, на месте старой доброй развалюхи осталось лишь пепелище, да покрытый копотью паровой генератор. Сгорело всё: клумбы Анны, задний двор, лавки и сколоченная наскоро беседка, даже будка Хромого. Хромой. Перед глазами Кира встала картина: Веста, Анна и пёс сидят внутри таверны и дожидаются, когда он принесёт из города обновки и семена.

Одного взгляда хватило Марии, чтобы понять, — лучше уйти в сторонку и не смущать. Кир тихо расплакался. Без всхлипов, как делали это деревенские девчонки, а сухо, почти без слёз. Лишь воздух прерывисто вырывался у него из лёгких.

Неожиданно за пепелищем раздался приветственный лай.

— Хромой, — тихо произнёс Кир, и улыбка сама собой коснулась губ.

Пёс вильнул пару раз хвостом и снова подал голос. Почему-то он не спешил идти к Киру, который уже решил, что дворняга его попросту забыла. Снова лай.

— Чего тебе, дружище? Иди сюда.

Мария тоже обернулась, подошла ближе.

— Это ж тот, шелудивый, с которым ты прощался?

— Да. Видать, сбежал. Хромой! Эй! Мальчик. Иди сюда.

Пёс махнул хвостом, понюхал землю и пошёл прочь от сгоревшей деревни в сторону леса за чередой полей.

— Куда это он? — удивился Кир.

— Хочешь, проследим?

— Давай. Интересно, где он сейчас живёт.

Пёс бежал трусцой, сбавляя темп только когда Кир и Мария отставали. Он явно вёл их к лесу, но зачем? Мария, всегда вооружённая луком, напряглась и потянулась к оружию.

— Кто знает, с кем твой пёс сейчас дружит, — ответила она на немой вопрос Кира.

Смеркалось. Когда они подошли к лесу, солнце уже скрылось за холмами. Последняя вспышка догорела, стоило им пересечь первую линию деревьев.

Кир зажёг походный масляный фонарь, но как только свет озарил небольшой участок земли, пёс исчез, словно его и не было.

— Не хватало ещё тут заблудиться, — с досадой произнесла Мария.

— Я эти места хорошо знаю, не переживай. С Вестой собирали здесь ягоды.

— Тогда куда теперь?

— Нас Хромой вёл…

— Вернёмся?

— Да, давай, — после недолгого раздумья ответил Кир.

Но не успели они развернуться, как снова послышался лай.

— Это оттуда, — Мария указала на север.

Осторожно ступая, они миновали размашистые кусты папоротника и поваленные прошлогодним ураганом деревья. Оказавшись на опушке, Мария с трудом различила тропу. Хромой ждал их там. Он остановился, и даже когда Кир подошёл ближе, чтобы потрепать его по холке, не ушёл.

— Он просто ждал, — сказала Мария.

— Чего ждал? — начёсывая брюхо старому другу, спросил Кир.

— Не чего, а кого. Их. Смотри.

Из чащи вышли две фигуры. Одна пониже, другая полноватая. Та, что пониже, шла прихрамывая, но живенько. Второй же переход явно давался с трудом. На секунду гости замерли, не доходя до освещённой фонарём земли, а потом, низкорослый человек вдруг сорвался с места и неловко побежал вперёд. Мария вскинула лук, но тотчас его опустила: из тьмы к Киру выскочила сухая старушка и расплакалась. Это была Веста.

— Весточка, родная, — Кир прижал женщину к себе и на этот раз на глазах блеснули слёзы. — Как же так? Как ты тут очутилась?

— Молчи, глупый, дай моментом насладиться. Я думала, что ты помер уже, убили тебя там, на чужбине.

— Весточка…

— Вот, заладил, — буркнула старушка, но Кир чувствовал, что она улыбается, всё сильнее прижимаясь к его груди. — Тёплый. Живой.

Веста вместе с напарницей по патрулю, привели их в небольшой лагерь. Самодельные шалаши стояли то тут, то там, замаскированные листвой и ветками. Кир с радостью отметил, что тут живёт почти вся деревня. Веста рассказала о нехорошем предчувствии после встречи с одноглазым. По долгу службы ей приходилось сталкиваться с подобными типами. Через Анну она передала односельчанам послание, и все, как один, укрылись в указанный час под крышей таверны. Остались только запойные, которых не удалось отыскать.

Под половыми досками уже давно скрывался погребок с тайной дверью, ведущей к земляному коридору. Как пояснила Веста, его ещё Ратуш вырыл, когда ожидал войны с Далу. В погребке было схоронена различная утварь для выживания в тяжёлых условиях. Там и рыболовные снасти, и топоры с кирками, и травы различные для лечения. Чего только старик там не собрал.

Веста вывела деревенских из горящего поселения и укрыла в лесу. Они не спешили возвращаться — боялись людей Согдевана. Никто не знал, когда настанет подходящее время.