Чтение онлайн

При казармах пришлось строить несколько школ, без начального образование не получить полноценного бойца. Дети природы, попав в капкан армейского устава, поначалу взвыли, причем физические нагрузки оказались не самым страшным делом. Учеба - вот кошмар наяву. Девственный мозг, не привыкший трудиться, давал сбои, иногда доводя хозяина до столбняка. С большим скрипом и потерей кучи нервов у морпехов воинская наука потихоньку стала усваиваться аборигенами. Империя не пожалела средств и полностью обмундировала и обула будущих солдат. Для индейцев солдатские башмаки - это что-то с чем-то, они поголовно в жизни никогда не носили обуви. И потому привыкание шло в стиле трагикомедии. После трех месяцев прохождения курсов молодого бойца индейскую молодежь было не узнать.

– Армия из любой обезьяны сделает человека, - глубокомысленно изрекал прапорщик Шувалов, наблюдая за своей подопечной ротой, печатающей шаг на плацу.

Наконец новобранцев стали знакомить с вооружением: карабином "СКС-45М", артиллеристов - с дивизионной пушкой "ЗИС-3" и ротными минометами 82 мм. Будущим пехотинцам давали азы - умение окапываться, преодолевать различные заграждения и полосы препятствий под пулеметным огнем поверх головы. Рукопашный бой, бой саперными лопатками и подручными средствами, умение пользоваться компасом и картой; марш-броски с полной амуницией на 10 и 20 километров; стрельба по неподвижным и движущимся мишеням... Наиболее толковых примечали и присваивали звание ефрейтора, ставя на командование отделениями. И если с пехотой все обстояло более-менее благополучно, то с канонирами и минометчиками просто швах. После получения знаний арифметики и геометрии новобранцы всем составом писали контрольные работы, где отбирали самых лучших, которые проходили затем специальные тесты. И если пехоту удалось немного натаскать за 2 года, то на канониров ушли все 3. Вырезав немногочисленный гарнизон Пачука, мексиканское воинство одним броском оказалось у стен Мехико. Полгода понадобилось индейским полкам для освобождения восточного побережья Мексиканского залива. От Матамороса до Туспана не осталось ни одного испанца - индейцы безжалостно давили колонизаторов.

Народы Мексики взволновались, всюду шли стихийные восстания под присмотром имперских эмиссаров. Индейцев снабжали кремниевыми штуцерами и бронзовыми пушками, потому как с мотыгами много не навоюешь.

К исходу третьего года войны освободили юг страны вплоть до порта Мансанильо. Навстречу с севера по западному побережью Калифорнийского залива двигалась стотысячная народная армия под предводительством Хуареса. Под этим именем действовал капитан морпехов Иван Седов, сам из канадских индейцев. Летом армии встретились у городка Кульякан. Воодушевленные блистательными победами и не без влияния Русской Империи, правители Мексики постановили: раз уже Новая Испания в кармане, то не останавливаться на достигнутом. Даешь Юкатан и Гватемалу! Сухопутные войска поддержала императорская эскадра в четыре вымпела. Кораблям класса "Россия" равных в мире не было. Русские под шумок в середине лета захватили у берегов Кубы испанский "золотой" флот, изрядно пополнив свою казну.

Весной 1656 года мексиканская армия, заняв Панаму, приступила к осаде крупнейших портов вице-королевства Перу - Санта-Марии и Картахены. Герцог Чижанх, напрыгавшись короткими порталами по Южной Америке, взял отпуск и вернулся в Канаду. Отъевшись и отоспавшись в лоне семьи с неделю, затосковал и угрюмо мотался по придворцовому парку, не зная, куда себя деть. Энергия его деятельной натуры требовала выхода. Внезапно нахлынула ностальгия по родине, по России. Его не смущал тот факт, что на Руси правит Алексей Михайлович Тишайший (Романов) и идет трудная война с Речью Посполитой. Зато есть где размяться. Промаявшись три дня, стал собираться в дорогу. В плоский деревянный пенал положил туалетные принадлежности, два кошеля с сотней золотых, десяток артефактов и меч - "убийцу магов". Одетый в дорожный костюм и мягкие сапоги Чижов был готов к походу. Чмокнув на прощание жену, подался из спальни. Уходил из парка от раскидистого дуба, место выбрано неслучайно, здесь сходились потоки силовых линий. Короткое бормотание заклинания, и вот уже в воздухе запахло озоном, появилась арка перехода, в которую шагнул Веня. Тут же возникло странное ощущение чего-то неправильного, открыв глаза, убедился: попал конкретно.

...........................................................................................

Причем попал на бал-маскарад. От края опушки, где очутился Чижов, открывалась диковинная панорама: слева меж кожаных шатров расхаживали безусые викинги с бутылками пива в руках. Чуть дальше толпились крестоносцы, а справа совсем уж сказочные персонажи - эльфы с гномами. Слышался полупьяный смех, где-то бренчала гитара, из крайней палатки доносилось пиканье сигналов точного времени.

– Да етит твою коромысло, - дальше Веня выражался совсем уж непечатно. Произошел перенос не только в пространстве, но и во времени. Из прошлого в будущее. Присев за кустик, задумался. Машинально пожевал оторванный листок, выплюнул:

– Тьфу, горечь какая.

Герцог, выражаясь жаргоном, не догонял: вроде взрослые люди, вон и слабый пол мелькает, а творят черт-те что. "Клоуны хреновы" - единственная приличная фраза, озвученная обалдевшим возвращенцем. По многим признакам попал в начало XXI века, плюс-минус 10 лет. Ладно, сидя под кустом, информации не добудешь. Придерживая сползающие штаны (пряжка исчезла при переходе), Веня бодро двинулся через поляну. Вплотную пообщаться с народными массами.

На него мало обращали внимания, лишь один прыщеватый юнец заметил:

– Опоздал, дядя, твои неделю назад тусовались, - и громко высморкался в край белой накидки с мальтийским крестом.

Легкое ментальное воздействие, и они с псевдорыцарем ведут задушевную беседу. На дворе 2016 год, место действия Сестрорецк, пригород Питера (Санкт-Петербурга). Кстати, коренные жители, несмотря на выверты властей что в советское время, что в нынешнее заполошное, город всегда называли Питером. Они - юнец гордо задрал подбородок с жиденькой бороденкой - реконструкторы и собрались на очередной тусняк. Вызнав у парня дорогу на станцию, Веня бодро потрусил на электричку. На перроне нашел кусок шпагата, а ремень, пришедший в негодность, выбросил в урну. От треуголки избавился еще в лесу. Усевшись на скамью, закрыл глаза и слегка задремал, убаюканный теплым летним солнцем. Нужный поезд подошел через час, и спустя короткое время Веня вышел в Репино. Мысленно погладив себя по голове (за вовремя сделанную нычку), двинулся в сторону залива. Пройдя поселок, который мало изменился, углубился в дачи, на одной из которых реквизировал штыковую лопату, естественно, с отдачей. С Финского залива дул легкий бриз, принося желанную прохладу. Солнце припекало, пришлось снять камзол и запихать его в рюкзак. Чижова можно было бы принять за простого дачника, кабы не щегольской вид. Попетляв по аллеям, вырвался наконец из дачного кооператива и зашагал по проселочной дорожке вдоль берега. Поглядывая налево, на приглушенно шумящий сосновый бор, радостно улыбнулся - вот оно, свое, родной Отечество, и никуда человеку от родины не деться. Дома и стены помогают. Хекнув от переизбытка чувств, перешел на скорый шаг. Вскоре за поворотом показалась небольшая скала в рост человека. Она стояла у самого леса и не бросалась в глаза. Веня подходил к захоронке в некотором волнении: цела ли? Хотя для него, могущественного мага, решить финансовый вопрос - на раз плюнуть, но хотелось создать материальную базу вполне легально. Это потом, по ходу пьесы, придется заниматься экспроприацией экспроприаторов. Да и, вообще, нужно сначала определиться в этом мире.

Визуальный осмотр тайника его удовлетворил, и, накинув магический "полог невидимости", принялся за дело.

.........................................................................................

Недаром говорят: первый блин комом; с наскока клад в руки не дался. Пришлось вспоминать, сколько в точности шагов в сторону леса. Буркнув короткий матерок на преждевременный маразм, вновь начал копать. Наконец лопата глухо звякнула - есть. Отгрести лишнюю землю минутное дело, и вот один из свертков, упакованный в полиэтиленовый пакет, в руках. Внутри обнаружились двухсотграммовые золотые слитки числом двадцать. На первое время хватит, а там видно будет. Отряхнув пакет, уложил его в рюкзак, предварительно вынув два слитка. В карман их, родимых. Закидав яму и замаскировав сверху опавшей хвоей, Веня подался обратно на станцию, по пути закинул лопату на дачу. На перроне слямзил у тучной торговки беляш, а что делать, нормальных денег пока найн. Подошедшая вскоре электричка унесла нашего хронопутешественника в город Питер.

Изредка поглядывая в окно на проплывающие мимо пейзажи родной сторонки, Веня вчерне составил план действия. На первом месте - обзавестись наличкой, деньги нужны всяко-разно, ну и крышей над головой. Осмотрится, адаптируется, а там видно будет. Главное - не растерял магическую силу, правда, сам магический фон Земли значительно слабее мира планеты Барухан.

Финляндский вокзал встретил знакомой деловой суетой и гулом потенциальных отъезжающих и провожающих, мотавшихся от справочных к кассам и обратно. Световые табло давали обширную и своевременную информацию. От жужжащих поломоечных машин попахивало хлоркой. Выйдя на широкое мраморное крыльцо, он аж зажмурился от удовольствия, в груди сладко заныло, защипало в глазах.

– Наконец-то я дома, здравствуй, Питер, - и, не выдержав нахлынувших чувств, сел на ступеньку, опершись о балюстраду.

Долго смаковать счастливые минуты не дали женщины преклонного возраста и не очень, стайкой хлынувшие к приезжему.

– Молодой человек, не желаете комнату рядом с центром?

– Ай, не лезьте, пожалуйста, с вашей комнатушкой, может, мужчине нужен полноценный отдых. Сдаю однокомнатную квартиру, недорого, из окна изумительный вид...

Слабый пол со знанием дела вел осаду будущего квартиранта, в роскошных красках описывая сдаваемое внаем жилье, не забывая интеллигентно переругиваться. Видимо, остатки культуры общения еще сохранились в Северной Пальмире.