Чтение онлайн

Пользоваться гостеприимством легиона мы не стали, разбив лагерь на поляне, относительно недалеко от него. Два дня не происходило ничего существенного, за исключением того, что Легион готовился к серьёзной битве. Мои слова, что я лично разберусь с легионом Янда, не слишком обнадёжили легата. В последний день он даже перестал гонять легионеров по полю, позволив им лишний раз отдохнуть. Они, кстати, доставили асверам немало хлопот, постоянно попадаясь на глаза и надоедая. А ещё все хотели посмотреть на большую чёрную собаку, и чтобы они не ходили к нашему лагерю, пришлось ещё раз брать её в расположение легиона.

Как же быстро распространяются слухи. Уже к концу второго дня весь лагерь знал, что герцог Хаук не только тесно общается с полудемонами и говорит на их языке, но и умеет разговаривать с большой чёрной собакой. Люди всерьёз обсуждали, что я наполовину Асвер и постоянно подпиливаю рога чтобы не выделяться. А ещё я кормлю Аш людьми, которые пропадают по ночам. Из-за последнего, кстати, усилили ночные патрули рядом со стоянкой легиона. Ещё говорили о том, что когда подойдёт войско Янда, я призову из другого мира десяток, нет, сотню голодных чёрных собак, которые всех сожрут. В общем, ровно два дня люди только и делали, что говорили обо мне, асверах и об Аш. Не знаю, к чему бы эти слухи привели, но к полудню третьего дня на горизонте появился легион. О том, что это произойдёт так скоро, мы знали ещё накануне. Разведка в легионе работала замечательно. Они не только знали, с какой скоростью движется враг, но и длину обоза, тянущегося за ним следом. Я эти два дня порывался поехать им навстречу, но подумал, что лучше пусть всё произойдёт здесь.

Как всегда, перед крупной битвой, традиции требовали провести переговоры. Мы заранее установили открытый шатёр без стен из лёгкой белоснежной ткани. Ожидая, пока подойдёт легион, я расположился в его тени, читая большой справочник целителя. Не знаю почему, но это меня успокаивало. У одной из стоек шатра пристроилась Диана, задумчиво глядя на приближающиеся силы людей. С другой стороны стола, со скучающим видом, сидел легат Скала. Сегодня он надел парадный доспех со всеми регалиями и знаками отличия. Я был прав, когда говорил о его высоком положении. К примеру, одна из лент на левом плече говорила, что он мог командовать не одним, а сразу тремя легионами или возглавлять крупномасштабное наступление войск на земли противника. Подобный статус, на моей памяти, имели только Даниель Блэс и Бруну Фартария.

Закрыв книгу, я оглянулся. В пяти сотнях шагов позади стоял легион, выстроив стену из башенных щитов. Штандарты седьмого номерного легиона, не путать с передовым, несли изображение двух золотых собак на красном фоне. Их, кстати, так и называли: «Золотые псы». Щиты же были ярко-оранжевые с белыми полосами. С другой стороны просторного поля, примерно на том же расстоянии, разворачивалось войско мятежного герцога Янда. Похожие щиты, только другого цвета – кроваво-красного. На стягах мелькало что-то очень знакомое.

– Красные утки? – вспомнил я, поворачиваясь к легату.

– Двадцать четвёртый легион, – кивнул он.

– Последний раз, когда мы пересекались, барон Рауль Десмет неплохо проредил его. Эка они разрослись за такой короткий срок.

– Новобранцы, – сказал легат. – Если бы не превосходство в магах…

– Пусть, – махнул я рукой. Вытащил из сумки заранее приготовленный лист бумаги и чернила. – Чем их больше, тем лучше.

Учёба в академии не прошла даром, и линии заклинания на листе выходили ровными, правильной толщины. Можно было обойтись и без этого, но я боялся сделать что-то не правильно. Но даже так кончики пальцев слегка мёрзли и кололи иголочками, выдавая волнение. Рисунок проявлялся постепенно. Вслед за линиями тянулись символы древнего языка.

– Это исцеление, – сказал я легату, который наблюдал за работой. – Обычное заклинание, знакомое каждому целителю на службе легиона.

Совсем забыл упомянуть о целителях в седьмом легионе. Это были две женщины в возрасте тридцати лет и трое лекарей, мужчин. Последние не имели благородного происхождения и в легионе набирались опыта. Как только их служба подойдёт к концу, любая провинция примет их к себе с большим удовольствием. Кто-то ведь должен был лечить земельных крестьян и простых горожан. Не у всех хватало денег на полноценных целителей. За эти дни я с ними пересёкся всего один раз, да и то случайно. Слишком они боялись асверов и старались держаться как можно дальше.

Когда двадцать четвёртый легион полностью развернул строй, стало понятно, что он больше наших сил раза в три. Даже с такого большого расстояния я слышал крики людей, протяжные звуки боевого рога и ржание лошадей. Для ведения переговоров к нам вышли четыре благородные особы в сопровождении десятка пехотинцев. Одного из них я помнил. Стефан Янда – старший сын герцога. Мужчина лет под тридцать, вылитая копия отца. Рядом с ним легат Красных уток, но без символов Империи. Двое магов, оберегающих жизнь и здоровье сына покойного мятежного герцога. Или теперь его следовало называть князем?

Я так и остался сидеть, выводя последние линии заклинания. Поставив последний штрих, бросил перо в чернильницу.

– Здоровья Вам, уважаемые, – улыбнулся я, глядя на гостей. Посмотрел на легионеров, которые нервно следили за неподвижной Дианой.

– И Вам того же, уважаемый Хаук, – сказал Янда. Занял свободный стул напротив. – Вижу у Вас символ власти. Который должен был достаться моему младшему брату.

– И достался бы, если б Алеш не выступил против Империи. Заговоры, они либо удаются, и власть меняется, либо всё заканчивается вот так, бесславно.

– До нас дошли слухи из Витории, что Вильям не выделил Вам ни одного легионера, – он коротко улыбнулся.

– Поражён такой осведомлённостью. Да, Вильям предлагал мне взять с собой войска, но я убедил его, что в этом нет необходимости. И без этого я могу выдвинуть Вам ультиматум.

– Ультиматум, – он хмыкнул. – Я готов выслушать его.

– Уважаю людей, кто не опускается до оскорблений и прочей ненужной ерунды. В этом плане Вы мне глубоко симпатичны. Поэтому я предлагаю Вам и тому сброду, который пришёл в мои земли, убираться восвояси. В противном случае всех вас ждёт смерть. Страшная, бесславная и бессмысленная.

– Любите Вы это слово – «бесславное», – он покачал головой. – Не переоцениваете свои силы?

Я вынул из петли на поясе жезл целителя. Продемонстрировал ему. Хотел сказать ещё что-то, но замолчал. Пару раз глубоко вздохнул. Не знаю почему, но в голове звучал голос учителя. «Однажды проявленная жалость к врагу может стать для тебя фатальной». Уга одобрительно закивала, словно подслушивала.

– Даже если с Вами пришёл десяток магов и прячется где-то среди асверов, – так оценил моё молчание Янда, – то и это вряд ли поможет.