Imperium
Шрифт:
____________________
Зеленый песок сверкал. Он беспокоил львицу. Она ударила лапой по нему. Все сегодня раздражало ее. Солнце. Песок. Песок? Песок желтый… белый. А это… Что это зеленое? Она не знала. Сзади ее что-то кольнуло… Она уже привыкла… Так и есть: эти люди прыгают… тычут в нее острым… если бы не эти решетки… Но было мерзко – зарычав от боли, злости, обиды – она встала и бросилась туда… на зеленое… Там стоял! Стоял человек! Один. Один!… И ничего острого у него, ничего!!!
Львица смотрела на него зелеными глазами. Она ждала, ждала этого… Боги! О, как долго ждала она этого!… Свирепая Сохмет, именем твоим!!!…
____________________
Бестиарии поправил плащ. Солнце слепило. Зеленый песок… зеленые глаза львицы… Сейчас она прыгнет… нет… еще нет… вскочила. Хвост задрожал… прижала уши!… Ну!
____________________
С коротким рыком львица бросилась вперед… она наткнулась на плащ…
____________________
Он пропустил ее… набросил на морду плащ…
____________________
Не видно ничего… И дышать нечем… И…
____________________
Он развернулся и обрушил ребро ладони сабельным ударом на шею львицы – хруст был тихим… у нее подогнулись лапы… и она осела…
____________________
И… И… И…
____________________
Желтую львицу волокли по зеленому песку… бессмысленно колотился ее хвост, и смотрели в небо пустые глаза…
____________________
Зрелище прервалось.
– Прелестно он взмахнул плащом. Просто чудно.
____________________
О, Гай!… Я забыл. Помнишь, я тебе рассказывал о… об обезьянке?…
____________________
Ну!…
____________________
– А?… Ага. Да-да, я понял, цезарь.
– Да… Так о чем я?…
– Обезьянка…
– Обезьянка… Он прыгает вокруг меня, как обычно, а я смотрю: какой-то он желтый… даже зеленый…
____________________
Громадный стол недвижимо стоял, тупо глядя вперед. Дуче объяснял гостю новую процедуру приема посетителей: чтобы не терять времени… драгоценного времени… они от дверей до стола будут бежать.
– Бежать?
– Да! Бежать! Мчаться!…
– Интересно. Я хотел бы посмотреть… Вызови кого-нибудь… Слушай, а чего ты такой зелененький?
– Я?…
– Ты-ты. Зелененький. Болеешь, видно, бедный. Так что с тобой? Живот болит?
Муссолини не покраснел – просто не мог, видимо, по состоянию здоровья – но как бы пожелтел:
– Желудок… Да. Проблемы. И еще проблемы. Но что мы об этом?…
– А о чем же?… Дорогой, это – серьезно. Попробуй римскую диету. Значит, виноград. Много винограда – понял? да? А потом запиваешь молоком.
– Кипяченым или сырым?
– Я думаю, все равно. Тебе будет все равно. А ты можешь уже попробовать.
В дверь постучали. Принцепс отступил за портьеру. Дуче властным голосом разрешил войти – какой-то лысый угодливо вполз в кабинет и вприпрыжку помчался к столу с криком
– Слава Италии! Слава дуче!…
– Обезьянка, это гениально!…
Владыка Рима, оторопев, наблюдал его финиш у стола… потом, все так же приволакивая левую ногу, пятясь задом, тот помчался к двери, на ходу уточняя:
– Значит, мы увеличиваем врагам Италии дозу касторки? Муссолини величественно кивнул.
____________________
– Гай!… Как он после винограда с молоком позеленел!… Биде больше, чем песок арены. Настоящий зеленый!… Как он бежал!!! Быстрее, чем в Большом цирке. Ну, а запах!… Какой запах – Юпитер, по-моему, он все же не успел!…
Петроний слушал, смеялся, а сам думал о том, сколько еще ему удастся продержаться?… Месяц? Год?… Интересно даже, успею ли я: закончить свой роман. Он получается, этот роман. Да. Но могу не успеть. Ха-ха, совершенно не обязательно во всем винить императора.]ylory же я объесться персиками?… Нет, вряд ли. Я – вряд ли. H – ну… Споткнуться и упасть. Да. Споткнуться и… Главное, выбрать подходящий камень. И все же… какой там камень!… Но пока еще поживем.
____________________
Рыжая рука дернула Петрония за плечо.
– Гай, я вчера читал Софокла. Еще раз!… Я вижу себя: я – царь Фив… Вот… Нет-нет, Клавдий – мой неродной отец, но Эдип так боялся убить своего отчима, что убил отца. Лаий – это Клавдий наоборот. Вот эта дорога… вдоль нее растут грибы… убегающие жалкие слуги!… Почему слуги всегда убегают, Гай?…
Мне не смогут найти Иокасту… Агриппины больше нет. Нет ее. И я не найду Иокасту. А какое у нее было тело, Гай. Я знаю. Я знаю пожалуй столько же, сколько и Эдип…
Гай… Я – Эдип… А это – мои Фивы. Как ты думаешь, что решили Мойры?… Неужели я – Эдип?…
Без перехода цезарь, глядя на арену, заорал диким голосом: – Бей! Бей!!!
– , потом опять повернулся к Петронию и спросил:
– Сыграл бы я Эдипа?… Гай, получился бы у меня фиванский царь?…
____________________
Трехногий человек споткнулся и упал… В пыль, в серую пыль – палка откатилась – он искал ее на четвереньках, нащупывая руками… Он опять был на четырех ногах…
____________________
Стол стоял намертво. Невзирая ни на что. Они сидели вдвоем за огромным столом дуче и пили. Они выпили уже много. Император выпил больше, но пьян был меньше. Возможно, потому что он был моложе… Забавно, но моложе… Держался он все же лучше. Пытался Держаться за стол… Соскочив правым локтем, он ударился подбородком о твердый край и прикусил язык… Было больно… Дуче встрепенулся, услышав пронзительный крик: «Уи-ю-ю-юй!…»
– Что такоэ?… Кк-к. – поинтересовался он.
– М-лчи, ск-тина, – злобно сказал пострадавший, потирая подбородок.