Империя грез
Шрифт:
– Черный ворон, отгадай мою загадку, – послышался откуда-то незнакомый детский смех.
Он спокойно поднялся с земли и двинулся на едва слышные звуки впереди. Глава 20. Судьба "Салафея". Человек, облаченный в светлую походную одежду и плотно укутанного в нее от зимних морозов, медленно ехал верхом на лошади по широкой лесной дороге, ведущей его прямо в имперский город Предвечного Света, после войны переименованного самим Императором в Калиндар. Яркие огни простиравшихся внизу невысоких домов, узких улиц, церквей, соборов и казарм уже виднелись с лесного склона столь же отчетливо, как и светлое алое солнце, почти скрывшееся за неровной и зубастой грядой огромного города, обнесенного высокой каменной стеной. Вокруг на дороге в столь поздний час не было ни единой живой души. Даже птицы замолчали с наступлением долгой зимней ночи, ожидая света и обещания весеннего тепла. Некому было пристальнее разглядеть странника и его рослую и белую, как сливочный крем, лошадь. Любому могло показаться странным, что он ехал на ней абсолютно без седла и следовательно без стремян, что само по себе было ужасно неудобно. Но более удивительным и даже пугающим являлся тот факт, что у этой лошади совсем не было копыт, как это полагалось всем ее собратьям без всякого на то исключения. Вместо них она, словно лесная кошка, мягко ступала по хрустящему морозному настилу широкими и когтистыми лапами волка. Таинственное существо размеренно двигалось вперед, ступая плавно и с неимоверной грацией, и внезапно, без всякой видимой причины, резко замерло сильно качнув гривастой головой вниз и оскалив светло-желтые зубы. Если кто-то смог это увидеть, сразу бы стало понятно, что в пасте у нее вместо крепких резов, подходящих для сена и свежей травы, ровным рядом стояли острые клыки. И клыкам этим мог бы позавидовать любой самый матерый хищник на бескрайней земле Предвечного Света и далеко за ее пределами. Полулошадь-полуволк издала звук, напоминавший утробное рычание, и он не предвещал ничего хорошего тому, кому был столь щедро адресован. С одного из могучих дубов, уснувших на время морозной зимы, вниз прямо перед ними медленно сползла громадная серая змея. Она с шуршанием и завораживающим хрустом резала чешуей цвета глины плотный снежный настил, грациозно и плавно выползая на середину пустынной дороги. Гадина медленно, будто широкое сверло плотника, начала скручиваться по спирали, осторожно и уверенно поднимаясь все выше вверх над стылой землей. Спустя еще мгновение она с шипением обернулась женщиной в перепачканной грязью ритуальной одежде Ордена Знаний Кайра-Таири. Девушка с темными вьющимися волосами и взглядом демона, скрытого за прелестными темно-карими глазами человека.– Я уже думала ты вообще не придешь сегодня, старейший, – усмехнулась она одними губами, подняв руку в знак приветствия.
Всадник убрал с лица капюшон и явил ей и царившей вокруг ночи умное аристократическое лицо с тонкими и острыми чертами и совершенно лысую и бледную как костяной шар голову.
– О чем это ты, Рейна? Ты прекрасно знаешь, что эта встреча нужна мне намного больше, чем тебе, – голос полного и лысого всадника со светлой, почти прозрачной, кожей совершенно не соответствовал его несуразной и на вид слегка неуклюжей внешности. Его голосом могли бы говорить ангелы на небесах, если бы люди на грешной земле смогли их услышать хоть раз.
Коневолк, которого в народных сказаниях язычников чаще всего называли Вулвером, снова тряхнул прямоугольной головой и грозно зарычал, раскидав крупные хлопья пены из вытянутой клыкастой пасти.
– Успокой свою лошадь, Фледер, пока я не начала на него сердится, – Рейнариди-Дейриш нахмурила черные брови, будто грозная мать, собиравшаяся всыпать сильно нашкодившим детям.
Фледер спешился с невероятной легкостью, которую никогда нельзя бы было угадать в его тучной фигуре, если не знать кем он самом деле являлся уже не первую тысячу лет. Древний вампир осторожно погладил белогривое существо по холке и что-то добродушно ей прошептал сквозь зубы так, словно не хотел, чтобы посторонние смогли это услышать. Белый Вулвер разом утерял интерес ко всему происходившему вокруг него и словно вообще уснул, продолжая стоять на широченных лапах, словно бревно, вбитое молотом в землю. Старейшина дома Крейна шагнул на встречу демонице, широко и приветливо улыбаясь ей, как умел только он один.
– Ты так старомоден, клянусь проклятиями клятв. Разъезжать по Империи Грез верхом на подобном в нынешнее время мог только ты один. Это и правда Вулвер? Древний конь-призрак, если меня обманывают глаза?
– Воистину он!– согласно кивнул Фледер и снова широко улыбнулся. – Мне стоит хранить лишь одну ценность, Барбело. И ценность эта – мой старый и утомленный разум. А его оберегают только мои старые привычки. Вулвер – одна из них. Не стоит сердится на старушку Флер. Она старается оберегать меня от любого, даже от того, кто слабее меня.
Рейнариди в ответ на это замечание расхохоталась в голос, правда от ее смеха эхо не разлетелось по заснеженному лесу вокруг, как это было положено. Его вообще словно не было, хотя любой смог бы отчетливо это услышать.
– С тобой всегда было намного веселей, чем с твоим старшим братом. Он слишком сильно думает о судьбе этого мира, на который ему на самом деле давно уже наплевать.
– Уверен, ты то же самое сказала ему про меня.
– Почти, – она снова рассмеялась, правда по ней абсолютно нельзя было понять, что именно она чувствовала в данный момент. Одно было точно, какими бы ни были эти чувства от привычного людям веселья и радости, они были очень уж далеки.
– Твой брат Вильгельм слишком заигрался незначительными для него вещами. Кажется это и прервало его путь на этой земле. Он так искусно манипулирует всем, чего касается, что даже меня заставил спасти двоих людей из моего прошлого. Причем спасла я их вроде бы ради себя, но мы оба знаем, что он был в этом заинтересован ничуть не меньше. В итоге я при этом осталась у него в неоплатном долгу за услугу, которую ему же и оказала. Он просто виртуоз, клянусь всем темным. Беда в том, что совершенно не ясно, зачем все это ему нужно?
Фледер промолчал и лишь многозначительно пожал плечами, отведя в сторону взгляд.
– Расскажи мне, что с ним случилось? – голос древнего вампира стал вдруг холодным, а лицо накрыло подобие мрачной скорбной тени.
– Я знаю очень немного. Ты мог бы расспросить любую из ведьм, возможно они рассказали бы больше. Я, в отличие от них, не слушаю шепот ветра проклятых, который говорит таким как мы почти все и почти о всех на этой земле.
– Я спрошу. Но последним его выдела ты, а не ведьмы. Так что я хочу сначала поговорить об этом с тобой.
– Он плыл на старом языческом судне из диких земель вместе со свой любовницей. Думаю ты знаешь. Той самой предвечной святой Лилеей из Семериван. Я пришла расплатится с ним за спасение Маркуса и Рейва. На судно напал демон-двойник по имени Бьянка и пара упырей из клана Яростной крови. Я предложила помочь, но Вильгельм отказался. В результате их встречи Бьянка ударила его "Тенью Сувари", которую ей милостиво одолжила твоя старшая дочь Эреба-Халсай в обмен, кстати, на твою лысую голову. От удара судно разнесло в клочья. Твой брат бесследно пропал из этого мира, что для такого как он скорее всего приравнивается к гибели. Думаю, если не брать в расчет тебя, его исчезновением мало кто заинтересовался. Кроме разумеется тех, кто подстроил все это. Вот и все что я знаю, Фледер.
– Что стало с Лилеей?
– Ее забрала Бьянка. Понятия не имею зачем. Да и плевать мне, если честно.
– Ты знаешь, где она находится сейчас?
Рейнариди на секунду задумалась, будто прикидывая выгоду от того, что она может сейчас сказать или не сказать вампиру.
– Перестань. Ты меня знаешь, я в долгу никогда не останусь. Мне нужна эта девушка. И нужна не порванной на мелкие части.
Демоница равнодушно пожала плечами.– Это не такой уж страшный секрет. После того, как Вильгельм исчез из этого мира, они перестали опасаться чего-либо вообще. Ее держат в укреплении, носящей название "Судьба Салафея". Так теперь называют старые казематы рядом с горным перевалом Гриндло. Когда-то в самом начале войны за Книгу там был разоблачен культ "Салафея". Самый древний культ поклонников дьяволу и самый невезучий. Их всех казнили прямо там во время черной мессы, самые первые религиозные каратели Империи. Фанатики были безумно жестоки. Служители Салафея страдали долго. Сейчас, словно в назидание, там расположено местное отделение Инквизиции, но говорят, что по ночам крики замученных слышны там и сейчас. Бьянка передала Лилею под охрану инквизиторов. Скорее всего на время. И после бесследно исчезла. Но это еще не все.
– Продолжай, – Фледер слушал будто бы в пол уха, глядя в сторону и сосредоточенно что-то обдумывая или возможно пытаясь вспомнить.
– Ну хватит. Я тебе не щедрая благость с небес. Хочешь что-то узнать – заплати.
– Чего ты хочешь взамен?
– Расскажи мне, зачем твой брат попросил меня одеть кольцо обмена? – она показала ему тыльную сторону своей правой ладони. На ее тонком грязном пальце полированной красной искрой сверкнуло старое волшебное кольцо.
– Понятия не имею, – вампир остался бесстрастным.