Чтение онлайн

Если бы Аспен была здесь, она бы произнесла мне свою любимую цитату.

Если ты долго смотришь в бездну, то бездна тоже смотрит в тебя.

Может, мой статус богатого парня, как любит замечать Николо, это всего лишь маскировка монстра, которым я всегда должен был быть.

Нормальные люди почувствовали бы хоть каплю раскаяния или вины за то, что не чувствуют себя виноватыми. А я, с другой стороны?

Единственное, что я чувствую, глядя на их бессознательные, едва дышащие формы, это потребность в большем.

Я смотрю на кровь, капающую с их лиц и моих кулаков, как это делал бы серийный убийца.

— Инструменты не дают такого удовлетворения, как мои голые руки.

Смех Николо эхом отдается в пространстве со злобой суперзлодея.

— Ты уверен, что она все еще не твоя женщина? Потому что в данный момент ты делаешь для нее больше, чем мужчина сделал бы для своей жены, чести и власти.

Мне не нравится, как это звучит.

На самом деле, мне это совсем не нравится, до такой степени, что я решаю завязать с этим.

Оставив Николо позади, я беру свой портфель и пиджак с соседнего стула и ничего не чувствую, когда пачкаю кровью ткань. Но я делаю пометку купить сменную одежду по дороге домой.

— Что ты хочешь, чтобы я сделал с этими двумя?

Я смотрю на него через плечо.

— То, что ты делаешь лучше всего, Николо.

Он не нуждается в уточнениях. Его садистская ухмылка последнее, что я вижу, когда закрываю за собой дверь.

Аспен

Мы встретимся снова, мой красный георгин.

Я просыпаюсь, задыхаясь от несуществующего воздуха. В глазах скапливается влага, а сердце едва не выплескивается на пол.

На секунду я теряюсь в догадках, где нахожусь. Но вскоре воспоминания снова накрывают меня, устойчивые и ужасающие в своей точности. Я почти слышу удар и звук моих подавленных криков боли.

Я поворачиваю голову и вздрагиваю от резкого движения.

Медленно сползая с кровати, я ожидаю, что тень Кингсли появится из ниоткуда и снова повалит меня на матрас.

Я испускаю прерывистый вздох, когда этого не происходит.

Только этот придурок будет заботиться о пострадавшем человеке, размахивая при этом своим дипломом об окончании «Школы ублюдков».

И все же… я смотрю вниз на свое грязное платье и синяки на руках и плече, на карту разрушений по всему телу. И самое яркое чувство, которое переполняет меня, это благодарность.

Если бы не он, я бы потеряла сознание в каком-нибудь неизвестном углу и меня ждала бы участь похуже, чем быть избитой до полусмерти.

Я осторожно выбираюсь из комнаты, пытаясь не впечатлиться особняком.

У этого места есть душа, которую можно почувствовать за километр. Как старый готический собор, в котором прятали скелеты.

Я впервые оказалась в его стенах. Во время свадьбы Гвен я видела только сад этого внушительного здания.

Ранее известное как поместье Блэк Вэлли, это место так же мрачно, как и его нынешний владелец, но у него есть и свои прелести.

Вычурные антикварные колонны принадлежат какому-то архитектурному музею, а мраморный пол отражает изысканный вкус. Здесь так много пространства, коридоров и затейливо украшенных зон отдыха, что легко потеряться в его стенах.

В душе дома витает атмосфера зловещих намерений. Опять же, копия его владельца.

Судя по его весьма публичным разбирательствам по поводу владения особняком, Кингсли испытывает к этому месту сентиментальную привязанность. Поэтому, когда умер его отец и его жена, Сьюзен, унаследовала его, Кингсли пришел в ярость. Тот факт, что он унаследовал почти все остальное, — портфели на миллиарды и более высокую налоговую планку, — не имел для него никакого значения.

Он из тех сумасшедших, которые могут доказать, что его отец в последние годы жизни был в старческом маразме, признать его завещание недействительным, а затем вернуться к самому последнему завещанию до этого, по которому он владеет этим особняком. В конце концов, он родился здесь и должен унаследовать его как представитель десятого поколения клана Шоу.

Пресса изобразила его как «дьявола-дикаря» и добавила стандартные сексистские женоненавистнические черты, потому что он выселил женщину из дома, в котором она прожила большую часть своей жизни.

И хотя все эти прилагательные применимы к этому мудаку по другим причинам, это не тот случай, когда речь идет о Сьюзан.

Я встречала ее несколько раз, когда она появлялась, чтобы поразмять свои несуществующие мускулы в фирме, и это были печальные события, свидетелем которых я предпочла бы никогда больше не быть.

Если бы Кингсли не закончил школу мудаков, мне было бы его жаль. Но, опять же, птицы одного пера слетаются вместе. Так что, возможно, у него и его мачехи подходящая судьба.

Нейт никогда не видел очарования в этом доме, но я вижу. Отчасти это связано с тем, что моя дочь прожила здесь столько лет.

Ноги замирают перед огромной картиной с изображением демонов, пожирающих ангелов. Детали настолько поразительны, что это пугает.

У всех демонов отвратительные лица, рога и кровь на руках, а все ангелы кричат в агонии, когда их пожирают заживо.

Я уверена, что есть версия, где ангелы убивают демонов, но почему я не удивлена, что Кингсли предпочел эту сцену?

Черт, даже на внешних воротах расположен демон.

— Это была последняя картина, которую купила миссис Шоу.

Я вздрагиваю, но скрываю реакцию, когда невысокая женщина с изящными изгибами останавливается рядом со мной. Ее каштановые волосы собраны в консервативный пучок, а сама она одета в классический наряд горничной, который придает ей изысканность.

— Здравствуйте. Меня зовут Марта, и я единственная домработница, которую держит мистер Шоу.