Чтение онлайн

— Это просто поговорка, Аспен. Когда кто-то делает что-то правильно или так, что всем нравится, мы говорим, что он понял задание. Так что ты, типа, поняла задание, потому что общество на самом деле не так уж полезно. Папа говорит, что им можно только пользоваться, что, кстати, неправильно, потому что папа иногда бывает злым.

— Только иногда?

— Да, только иногда. Не верь всему, что о нем говорят СМИ. Они засранцы и любят изображать его дьяволом.

— Значит ли это, что ты снова в хороших отношениях с ним?

— Ну, он все еще хочет, чтобы я извинилась, а я отказываюсь.

Она дуется, выглядя совершенно очаровательно.

— Почему ты отказываешься? Я думала, ты хочешь, чтобы он тебя простил.

— Он… он больше не балует меня и… ну, я думаю, он все еще злится на меня, и я боюсь, что он снова причинит мне боль, если я извинюсь.

— Он не сделает этого.

— Почему ты так уверена?

— Просто он этого не сделает. В следующий раз, когда увидишь его, извинись. Хорошо?

Она слегка кивает.

— Ненавижу не быть его ангелом, но все в порядке. Он всегда будет моим отцом. Дьявол-дикарь, немного злой, и все между ними.

Счастливый ублюдок.

Вместо того чтобы изображать горечь и показывать свою реакцию, я спрашиваю Гвен о школе. Она рассказывает мне все об экзаменах и своих друзьях, а затем присоединяется ко мне в гостиной.

Она говорит, что скучает по Кэролайн и что хочет увидеться с ней, потому что она веселая тетушка.

И я в равной степени завидую и радуюсь, что могу разделить с ней эти разговоры.

Мы ставим фильм ужасов, по выбору Гвен, и она рассказывает мне, что у нее были проблемы с засыпанием, и она обычно смотрела фильмы ужасов, чтобы иметь возможность заснуть.

Мне предстоит пройти долгий путь, чтобы узнать о ней все, но мы будем делать это по одному дню за раз.

Пока она позволяет мне, я готова на все.

Вскоре после этого ее голова опускается на мое плечо с закрытыми глазами.

Я колеблюсь, прежде чем провести пальцами по ее рыжим волосам. Я хотела сделать это с тех пор, как узнала, что она жива, а не похоронена в безымянной могиле.

Гвен вздыхает посреди ужасающих криков, доносящихся из фильма.

Но потом они исчезают.

Я поднимаю голову и вижу, что Кингсли стоит, держа в руках пульт.

Он одет, выражение его лица замкнутое, когда он наблюдает за нами.

Несмотря на то, что в самом начале он возражал против моих отношений с Гвен, в последнее время он никак это не комментирует.

Но я не уверена, значит ли это, что он смирился с этим или нет.

— Пусть она останется на ночь, — шепчет он низким, глубоким голосом. — Если Нейт приедет за ней, она не сможет снова заснуть.

— Ты уходишь?

Несмотря на мою радость от того, что Гвен будет рядом со мной, я не могу побороть разочарование от того, что теряю его.

— Либо так, либо обломщица узнает. — он поднимает бровь. — Кроме того, разве не ты говорила, что я такой злой?

— Ты знаешь, что это так.

Он улыбается и наклоняется, чтобы поцеловать Гвен в лоб.

— Сладких снов, Ангел.

— Ммм, спокойной ночи, папочка, — бормочет она во сне, и клянусь, что моя грудь вот-вот разорвется от того, насколько она полна.

Она рассказывала мне о своих разговорах во сне, но наблюдать это наяву совершенно другой опыт.

Тот факт, что, хотя Кингсли немного сердится на нее, он все равно относится к ней, как к своей драгоценной принцессе, это еще одно душевное переживание.

У него есть твердая, защитная сторона, которую я никогда не видела ни в одном другом мужчине. Интересно, кем бы я стала, если бы у меня был такой любящий отец, как он?

Я жду, что он отстранится, но он захватывает мои губы в медленный, страстный поцелуй, пробирающий меня до костей.

— Видь сны обо мне, дорогая.

А потом выходит за дверь, унося с собой частичку моего сердца.

Кингсли

Мои пальцы крепко сжимают портфель, когда я смотрю на нелестную версию лица моей мачехи.

Но я хочу разбить вдребезги не пластиковый вид. Дело в чувствах, скрывающихся за этим. Злоба, сверкающая в ее глазах-бусинках. Ухмылка, которая держится на ее губах.

Мы стоим перед зданием суда, но, поскольку свидетелей много, убийство точно не пройдет незамеченным.

Эта сука только что имела наглость заставить своего адвоката утверждать, что мои недавние инвестиции, моя причастность к законным подставным лицам Николо опасны для наследия моего отца. Она обвиняет меня в некомпетентности, плохом суждении, и поэтому, по ее ошибочной логике, акции У&Ш, которыми владел мой отец, должны вернуться к ней. Они не вернутся. Они принадлежат мне по праву, и даже если будет доказано, что я некомпетентен, они перейдут к моему душеприказчику, а не к ней. Но она думает, что если подаст достаточно исков и бросит свой вес, то получит что-то.

Кроме моего непреклонного желания прикончить ее, она не получит ничего.

Сьюзан гладит розовый мех, лежащий у нее на плече, будто это домашнее животное.

— Я должна выразить должную признательность и поблагодарить тебя за то, что дал мне эту возможность. Лучше приготовь ключи от королевства.

— Единственные ключи, которые ты получишь, это ключи от клиники для отдыха, чтобы исправить то, что испортили твои пластические хирурги. — я смотрю на нее сверху вниз. — Твой адвокат немного некомпетентный тюфяк и, вероятно, забыл упомянуть, что деньги, которые я вложил, изначально были моими, а не моего отца, так что судиться за них все равно что ловить рыбу в Мертвом море. И никто, наверное, не сказал тебе об этом, но вот маленький совет, то, что ты можешь подать иск, не значит, что ты должна это делать.