Чтение онлайн

Я подхватил телекинезом растерянную и не понимающую ничего из происходящего мелочь, притянул её к себе. Лютик была растеряна и не понимала, что происходит. Я гладил её маленькую головку, пока она плакала, заходясь в истерике. Она даже не заметила, как я достал информационный кристалл из её амулета и подключил его к своему рабочему месту, чтобы внести небольшие поправки. Она очнулась только на руках у Лики, которая вытирала ей слёзы и шептала на ушко, пытаясь её успокоить и объяснить мои действия. Лика сама забралась ко мне на руки и устроилась рядом с рыдающей мелкой.

Подправив проект, я распечатал его, поставил свою подпись и печать всучил в ручки еще похлопывающей парочки. Не знаю, как долго мы так просидели втроём, в тот день я не следил за временем. Только ближе к рассвету Лика унесла уснувшую Лютик, чтобы отдать её сёстрам.

Три раза я спускался в палаты исцеления, опустошая свой немалый резерв и помогая пострадавшим. Я был своеобразной батарейкой для дочери, которая латала пострадавших мелких. Они пока единственные, кого мы не можем вылечить полностью.

Жертва их сестры и Большучих либри спасла их души от выжигания, приняв на себя основной удар, но полностью уберечь их души не удалось. Кризис мы прошли, смерть им теперь не грозит, но и будить мы их не стали. Души мелких были в мелких ранах, а ещё запущен процесс поглощения кусков души древнего, который заставляет душу перестраиваться и эволюционировать. Всё было бы хорошо, если бы они не получили духовные раны. Помимо этого, у них идёт уплотнение духовных оболочек, а слой, отвечающий за выработку праны, получив добровольно отданный кусочек оболочки от орков, слегка меняет их как вид и быстро прогрессирует.

Возле каждой либри сейчас сидит пятёрка катаров и биологов с тремя матерями, помогая и купируя разрывы в духовных оболочках. Не менее сотни Рексов удерживают разумы мелочи, переправляя часть боли на добровольцев из числа орков, которые устраивают многосоттысячные очереди. Порядка пяти тысяч орков хватает примерно на пять-шесть часов, после чего они вырубаются, уступая место своим братьям. По прогнозам, на излечение уйдёт ещё не меньше месяца, и то нам слегка повезло. В отличие от моих духовных ран, либри получили царапины и мелкие парезы, но за счёт поглощения кусков души и помощи других детей заживление их ран проходит ударными темпами.

Также у нас порядка сорока миллионов мелочи, которая сидит в медитациях, стремясь усвоить разодранную душу древнего и интегрировать кусочки оболочек души, которые им подарили орки, принося себя в жертву. К каким это приведёт последствиям, ещё никто не может понять. Предполагают, что помимо общего усиления мелочь за счёт добровольно переданных оболочек может увеличить ток и выработку жизненной энергии, получит ослабленную сопротивляемость орков. Что они получат от древнего, никто даже предполагать не хочет, ибо это либри!

Я, например, получил комплексное улучшение тушки, обзавёлся новыми стильными конечностями. Ведь я толком не начал поглощение доставшихся мне кусков, а псионика обрадовала меня некой формой предвидения. Я просто знал некоторые вещи, слава Зерусу, не став пророком. Все эти сплетения нитей будущего — их место в вулкане, — мой сугубо материальный научный разум точно протечёт от такого, так что я надеялся, что меня не начнёт накрывать видениями будущего. Пророки всегда плохо заканчивают, во всех известных мне историях, как и герои, стремящиеся исправить или предотвратить судьбу, которую им напророчили эти горе-предсказатели.

Инквизиция, как и грозилась, выжгла всю территорию стаи Зилван до стеклянной корочки. На время на лике Зеруса появилось пустое пятно. Впрочем, наш мир не терпит пустоты. Скоро там или зародятся новые уникальные особи, или же Зерус вернёт все на место. А значит на месте выжженного пятна вновь прорастут молодые джунгли, а за ними придут и обычные их обитатели.

Только когда я понял, что Звёздочке и её сёстрам моя опека и срочная помощь не требуется, я немного расслабился. Терять их после той горькой цены, уплаченной сотнями жизней, я не хотел.

Как бы я ни откладывал, но мне и самому нужно было погрузиться в медитацию и завершить поглощение кусков души Древнего. Они постоянно давили на меня и отнимали большую часть контроля.

Когда я запустил процесс поглощения, я начал получать весьма удивительные ощущения и знания. Древний зерг, Зурван, которого к слову держали как консервы про запас, был истинным древним зергом. А загадочный древний, Кулку, был единственным, кто пережил битву в небе и изгнал сверхразум зергов с Зеруса. Он же внушил Зурвану спрятаться, а затем внушил ему мысль о необходимости впасть в анабиоз, чтобы переждать нашествие порченных.

С поглощением оболочек древнего я получил необходимый контроль над управлением пси-потоком. Мои ментальные и телепатические силы возросли, и я наконец понял, откуда ко мне приходят знания. Моё подсознание банально считывало их с окружения, не только с детей, но и со зданий, компьютеров и всего остального, ведь вся наша продукция была полуорганической и имела примитивные души. Стоило мне коснуться предмета, как я мог рассказать всю его историю. Но главным, что я получал, были обрывки воспоминаний.

Кулку был зергом, истинным зергом. Сколько бы он не принёс мне бед, стоит отдать ему должное: именно он не дал поглотить сверхразуму Зерус все его ресурсы и смог отстоять маленький островок, из которого Зерус смог начать своё восстановление.

Дальше у Древнего пропал некий стимул к развитию. Юные зерги были ему неинтересны и не могли дать ему ничего в плане развития, кроме Зурвана, которого он держал про запас. Так древний перешёл на циклы бодрствования. Сначала раз в тысячу лет он просыпался буквально на пару-тройку дней, чтобы осмотреться и оценить процесс восстановления Зеруса. Затем он, устав ждать, решил подстегнуть развитие некоторых особей, даруя им свою кровь. Тут-то он и попал в ловушку лени.