Имя – Смерть
Шрифт:
Он насторожился:
– Зачем ты спрашиваешь?
– Да затем, что ты ни фига не услышал, – издевательски пояснила она. – А я услышала. Когда я заметила, как испугался Игорь там, в редакции, я стала прислушиваться внимательней. Шла запись разговора, помнишь его?
– Слово в слово.
– Ты ничего не заметил?
– Ну, лифт там работал.
– Э, подумаешь, лифт! Это деталь. Дело в другом. Ты в голосе того, другого, ничего не уловил? – И она торжествующе улыбнулась. – Так я и поняла. Ты следил только за смыслом слов. А Игорь услышал еще что-то, что его и напугало до смерти.
Хочешь, скажу, что это было?
– Я сам тебе скажу. Он узнал голос одного из своих знакомых.
– Совсем необязательно, что этот голос был ему знаком.
– Вот как? Он испугался незнакомого голоса? Что же в этом голосе такого было?
Она прищурилась и выпалила:
– Акцент!
– Акцент?! – поперхнулся он. – Рехнулась, что ли? Не было акцента!
– Да, именно акцент! – упрямо повторила она. – Но совсем небольшой, малозаметный. Но он был!
Я услышала! Я поняла!
Саша засуетился, достал диктофон, перемотал кассету, и они снова прослушали запись. Когда голоса умолкли, он неуверенно сказал:
– Кое-что есть, конечно… Но мне кажется… Это Не акцент. У того, второго, просто небольшой дефект речи…
– А у тебя – дефект мозгов! Ты хотя бы обратил внимание, когда напугался Игорь? Не сразу, миленький мой, не сразу! А только когда голос на кассете заговорил о том, чтобы Костя убирался! Вот тогда Костин собеседник разволновался, потерял над собой контроль и заговорил с акцентом! В этот момент Игоря и перекрутило по-настоящему!
– Ты хочешь сказать, что эта черепаха в роговых очках испугалась акцента?
– Ага.
Они молча смотрели друг на друга, пока Саша не почувствовал себя ужасно глупо. Он медленно начал снимать плащ.
– Правильно, милый, – сказала Ира. – Невежливо стоять полностью одетым перед голой женщиной. Раздевайся и ложись рядом.
Он повесил плащ в шкаф и заторможенно туда уставился. Ира нетерпеливо спросила:
– Что ж ты там увидел? Что может быть интереснее меня? Труп?
– А какой это акцент, Ира? – спросил он. – Ты не можешь определить?
– Да откуда мне знать? Мы этого во ВГИКе не проходили.
– Кавказский?
– Да пошел ты на фиг! Никакой! У него просто дефект речи! – Она натянула на себя одеяло. – Я уже замерзла, а ты все ломаешься. Если передумал раздеваться – катись к жене.
Он разделся и лег рядом с ней. Она прижалась к Саше и, дыша запахом виски ему в шею, горячо прошептала:
– Давай забудем, а? Давай все забудем. Это же глупо – так много о нем говорить.
– Я бы забыл о нем с радостью. Но речь идет уже о тебе.
– А, плевать!.. Поцелуй меня.
Он обнял ее гладкие, теплые плечи, глубоко вздохнул, потерся щекой о ее щеку, поцеловал. Она сразу успокоилась и протянула:
– Обними меня крепче! Еще! Ой… Теперь погладь… Ага, вот так… Саш, я так тебя люблю!
Он не ответил, спускаясь ниже и целуя ей грудь, живот… Она счастливо рассмеялась:
– Ну, наконец… Я люблю тебя, слышишь?
– Помолчи…
– Молчу! – шепнула она, закрывая глаза, выгибаясь на постели…
В эту минуту в гостиной зазвонил телефон.
Глава 8
Ира только охнула с досады, а затем заявила:
– Я не подойду.
– Почему? Звонят тебе.
– А если это твоя жена?
– Не говори глупостей. Думаешь, я оставил ей номер твоего телефона?
– Кто ж тебя знает?
Пока они препирались, телефон замолчал. Но через полминуты снова поднялся трезвон. Ира выползла из постели и, набросив на плечи плед, поплелась в другую комнату. Ее не было довольно долго, и, когда Саша уже собрался пойти за ней, она вернулась.
– Плохие новости? – спросил он, поглядев на ее измученное лицо.
– Я и сама не знаю… Звонил Игорь. Сказал, что придумал способ, чтобы опубликовать содержимое нашей кассеты. Просил завтра приехать к нему и передать ее.
– И ты согласилась?
– Да. Я рада была от нее избавиться.
Саша застонал:
– Ну, так я и знал! Я сразу понял, что этот тип объявится сразу после визита этих деятелей с телевидения! Я же говорил тебе – это прямо связано! Тебе сунули под нос деньги и славу, а теперь хотят заполучить кассету.
– Он ни слова не сказал про телевидение, – возразила она.
Он задумался и потом неохотно признался:
– Думаю, от кассеты действительно лучше избавиться. А взамен ты получишь престижную работу и деньги… Тебе не на что жаловаться. Тем более, что эта несчастная кассета нам все равно без надобности. Мы же не будем вести расследование, как ты думаешь?
– А может, лучше было бы отдать кассету следователю?
– Может, и лучше… Но следователь не устроит тебя на работу.
Она удивленно на него взглянула:
– Ты теперь горой стоишь за мою новую работу?!
Полчаса назад ты говорил другое!
– Я все обдумал и теперь вижу, что у тебя просто нет выбора. Ты ничего не понимаешь в этой игре. Ты не сможешь ее вести. Значит, надо слушаться… Боюсь только, как бы тебя не втравили в какую-нибудь гадость… Они могут.
– Ой, ради Бога, помолчи! – Ира снова легла рядом с ним. – Давай радоваться тому, что есть, и не думать о будущем!..
…На следующее утро она подъехала в редакцию с кассетой. Саша отказался составить ей компанию – ему нужно было идти на работу.
Ира пришла вовремя. Она постучалась в дверь кабинета завотделом информации, потом приоткрыла ее, осторожно заглянула… Там никого не было. Она решила подождать в коридоре. На нее вскоре обратила внимание какая-то девушка, то и дело пробегавшая мимо с кучей папок.
– Вы кого-то ждете? – спросила она.
– Да, завотделом. – Ира показала на дверь.
– Вы не Кукушкина?