Имя – Смерть
Шрифт:
– Сказал – нет!
– Ты лучше меня послушай. – Приятель придвинулся к нему поближе. – Выставляй отсюда эту девку! Поигрался, и хватит! Зачем она нам тут?
– У меня насчет нее имеется идея.
– Завязывай со своими идеями! Чересчур хлопотно. И никогда не угадаешь, что у такой девчонки на уме!
– А мне плевать, что у нее на уме. Все равно будет по-моему.
В этот миг в ванной стало тихо. А через минуту оттуда появилась Алия – раскрасневшаяся, с мокрыми волосами, налипшими на шею и плечи. На девушке была только длинная черная майка, доходившая почти до колен. Она посмотрела на приятелей и улыбнулась:
– Добрый вечер!
– Иди сюда, – поманил ее Иван. – Знакомьтесь.
Это вот Серега, мой старый друг. Это вот Алия. Алияшка, садись. Выпьем, покушаем.
– Без меня. – Серега встал и, не глядя на гостью, вышел.
Алия сидела, виновато уставившись в стол, и молчала. Потом подняла глаза. Иван беззаботно уплетал расставленное на столе небогатое угощение. Он весело сказал девушке:
– Не бери в голову. Он всегда такой.
– Из-за меня вы ссоритесь, – подала голос Алия. – Мне, наверное, надо уходить.
– Не дури. Ешь.
– Я лучше выпью. – И Алия потянулась к бутылке с водкой.
Иван налил ей и увидел, как девушка жадно проглотила содержимое стакана. На миг ее затрясло, но тут же она расслабилась, порозовела.
– А говорила – не пьешь.
– А я и не пью.
– А что делаешь? – раздраженно спросил он.
Девица слишком много врала и слишком часто попадалась на вранье. Это ему уже не нравилось.
Алия, вместо ответа, вытащила сигарету и закурила, пуская в потолок быстрые струи дыма. Иван поставил на плиту чайник.
– Ну, услышу я сегодня правду или нет? – спросил он, поворачиваясь к ней.
Алия равнодушно пожала плечами:
– Спрашивай – буду отвечать.
– Ладно. Предположим, что в машине ты мне сказала правду и тебя зовут Алия. Предположим, что ты училась в Москве и тебя выгнали. Живешь по паспорту сестры. Мне, в сущности, плевать, так Это или нет. Мне другое интересно. Ты где собиралась жить, когда приехала сюда?
– У тебя, – спокойно ответила она.
– Ты что – решила заклеить мужика еще в аэропорту, чтобы на ночевку попасть? – Он задал вопрос нарочно грубо, чтобы ее расшевелить. Но впечатления на девушку не произвел. Она равнодушно ответила:
– Ну, хоть бы и так. А что?
– Ничего. Врешь много. К кому ты приехала?
– К тебе. – Она посмотрела ему в глаза и вдруг рассмеялась. – Да ладно! Если я тут некстати – только скажи. Я уйду. Мне-то что?
– Сиди! Друзья в Москве есть? – спросил он.
– Имеются.
– Спасибо, что не врешь. Они тебя ждут?
– Я им надоела. Живу у них. На нервы действую.
Денег у меня нет. Кому я тут нужна-то?
– Парень есть?
– Был.
– Подруги есть?
– Были. – Алия перешла на односложные ответы. Этот допрос ей не нравился, она ерзала на стуле, кусала губы и дымила второй по счету сигаретой.
– Ладно. А где ты работать собиралась?
– Пока не знаю. Нашла бы что-то. В Москве это несложно. Во многих местах даже паспорт не просят.
– Верно. – Иван все больше убеждался, что она чего-то боится. – Ну а деньги у тебя есть?
Девушка слабо улыбнулась:
– Пятьсот.
– Баксов?
– Тысяч. Рублей.
Иван присвистнул:
– Фью! На неделю скромной жизни!
– Это такому бугаю, как ты, на неделю. А мне бы на месяц хватило.
– Мало ешь? Зато пьешь не хило.
Девушка отодвинула стакан с остатками водки и встала из-за стола:
– Спасибо за угощение. Но я, кажется, за все расплатилась авансом?
– Сядь! – прикрикнул на нее Иван.
На этот раз она послушалась. Видно было, что она сама не горит желанием поскорее уйти.
– Я найду тебе работу, поняла? – сказал Иван, тоже присаживаясь за стол. – Постой, выпьем еще по маленькой. – Он разлил остатки теплой водки и придвинул ей стакан:
– Пей и закусывай.
Она послушно выпила и зажевала водку кусочком колбасы. Щеки у нее горели, глаза блестели, волосы совсем высохли и распушились. Иван видел, что девушка совсем еще молоденькая и очень хорошенькая.
Сколько же ей лет? Сказала – двадцать пять, но может быть и пятнадцать. Правды пока не добьешься.
Он негромко и уверенно заговорил:
– Жить будешь пока что тут. Со мной. Поняла?
– Поняла.
– Устраивает?
– Да. Ты мне нравишься.
Он проглотил эту наивную лесть не поморщившись и продолжал:
– Будешь делать, что я скажу. Работа – не бей лежачего. Хорошо оденешься, проблем у тебя не будет.
Только отдашь мне свой паспорт, настоящий, советский. Прописку мы тебе устроим. Временную, правда, но самую настоящую.
Алия смотрела на него как на инопланетянина.
Потом покачала головой:
– Я не проститутка. Ты что подумал? Я с тобой переспала по-хорошему, но я этим делом не зарабатываю. Ты ошибся!
Она хотела встать, но парень поймал ее тонкую руку и стиснул так, что она вскрикнула:
– Пусти!
Он не отпустил, а наоборот – пригнул ее руку к столу, так что она вынуждена была сесть. Девушку перекосило от боли, с лица разом сбежали все краски, она задыхалась от ярости и страха.
– Пусти… – выдавила она.
Иван отшвырнул ее руку, и Алия по инерции стукнулась плечом о стену. И немедленно заплакала, потирая красные пятна на запястье:
– Слома-ал…
– Цела твоя рука, не реви, – хмуро ответил он, – В проститутки не желаешь? Так и я не сутенер. Я тебя на панель не выставлю. Там своих достаточно. Но ты, Алияшка, усвой себе – теперь ты моя. Хочешь уйти – иди. Я тебя отпущу. Пока.
А хочешь остаться – я не против. Я только за. Но тогда уж слушайся. Внакладе не останешься. Слово даю. А мне можно верить. А кому ты, кроме меня, нужна?