Имя – Смерть
Шрифт:
– Муха, Муха…
Та подняла голову и отрывисто спросила:
– Кала капай? <Как ты? (каз.)>.
– Жаман… <Плохо (каз.).>.
Дана вытянула шею, прислушиваясь к этому почти беззвучному разговору. Но Алия быстро замолчала, облизывая губы. Видно было, что она с трудом выходит из транса.
– Она понимает, – сказала Муха.
– Она все понимает! – подтвердила Дана.
Муха отошла от постели.
– Есть у тебя сигареты? – спросила она.
Дана встала, с улыбкой прошла вдоль стенки, нашарила пачку в старом, полуразрушенном буфете.
– Вот. А спички на подоконнике.
Муха закурила, еще раз подошла к постели. Алия спала.
– Как Жумагалиев передаст ей деньги? – спросила она.
– Ты согласна?
– Я спросила, а ты отвечай.
– Все, поняла, – кивнула Дана. – Деньги поступят на ее имя, в банке будет открыт валютный счет на сто тысяч долларов. Ими сможет распоряжаться только она. Больше никто. Но в тот период, пока будет идти реабилитация, она, конечно, не сможет сама о себе заботиться. И на другой счет тоже поступят деньги. И та же сумма. Ты сама назови одного из ваших родителей. Они и будут оплачивать лечение Алии с этого счета.
– Что это будут за банки?
– Какие ты захочешь, Мухаббат.
– Я в этом не разбираюсь, – нервно сказала девушка. – Вдруг банк лопнет?
– Значит, выбирай такой, чтобы не лопнул. Ну, хоть в Сбербанк России положи. Там, правда, проценты маленькие. Но зато сумма какая?!
– А можно такую сумму класть?
– Можно. Она поступит в рамках акции благотворительного фонда.
– А… Того самого?
– Чем он плох?
– Дальше… – продолжала Муха. – Кто ее отсюда заберет? И когда?
– Да хоть сейчас. Называй любого человека, я его сюда вызову. Он возьмет Алию с собой.
– У меня никого тут нет…
– А твой парень?
Муха нахмурилась:
– При чем тут он? Уж лучше пусть родители приедут… Постой… – Она затянулась сигаретой и пристально взглянула на Дану. – С чего ты взяла, что он мой парень?
– Ваня-то? А что ты его стыдишься? Очень милый парень. Симпатичный. Немножко простоват, но, может, это и к лучшему.
– Дана, слушай, может, ты мне объяснишь? – спросила Муха. – Кто в него стрелял, когда он к тебе приходил? Он думал на меня.
– Я стреляла, – просто призналась Дана. – Ему очень хотелось тебя найти. Не могла же я допустить?..
– А с чего ты вообще взяла, что он мой парень?
Сама говорила – он спрашивал Алию.
– Но спал-то с тобой.
– Нет, он не подходит, чтобы забрать Алию – Муха докурила сигарету до фильтра, бросила на пол и растоптала.
– Тем более, что у него сейчас у самого большие проблемы, – согласилась Дана.
Муха взглянула на часы, потом подошла к окну, отодвинула штору. Увидела гаражи, освещенные подвесным фонарем, деревянный барак, еще более древний, чем тот дом, где они находились. Скучный пейзаж, в котором не было ничего знакомого, ничего родного. «Неужели это будет последнее, что я увижу на воле? – спросила она себя. – Именно вот это? Ведь пошли последние часы…»
Уже начинало светать. И вдруг до нее дошел смысл слов, сказанных Даной. Она повернулась и резко спросила:
– А ты-то откуда знаешь про его проблемы?!
Глава 17
Дана неуверенно подошла к столу, взяла сигареты, прикурила, едва не обжегшись от прогоревшей спички. Выглядела она сейчас не самым лучшим образом. Видно было, что женщина давно не спала, очень устала и сейчас ее мучают боли от побоев.
Муха тихо, но отчетливо произнесла:
– Я все знаю про Ивана! У него неприятности с девушкой. А откуда ты пронюхала?
– Поставь чайник, – сказала Дана.
– Я задала тебе вопрос.
– Я не могу сама поставить чайник, – невозмутимо пояснила Дана. – На этой проклятой кухне стоит газовый баллон Я ничего в нем не понимаю Крутила-крутила, плиту так и не зажгла, а газу нанюхалась до смерти.
– Меня не колышет, чего ты нанюхалась! Хоть бы и подохла!
– Голова болит… Открой окно.
На кровати зашевелилась Алия. Она отвернулась к стене и вдруг принялась кашлять. Звуки были такие, будто она выкашливала душу. Муха подошла к ней, крепко взяла за плечо.
– Ты хочешь чего-нибудь?
– Ей тоже не помешает чай, – вставила словечко Дана.
– Она больна?
– Похоже на то.
Вдруг Муха повернулась к собеседнице с искаженным лицом. Ей в голову пришла одна мысль – весьма резонная и страшная.
– Они ее ничем не заразили? – глухо спросила она. – Те.., скоты?..
Дана вздернула острые плечи:
– Я не врач. Откуда мне знать.
– Если у нее СПИД… Зачем мне тогда жертвовать собой?
– Опять начинается?
– Надо сделать анализы… Хоть как-то узнать…
Пригласить врача…
– Сюда его все равно не пригласишь. Надо вывезти отсюда девочку. И в любом случае придется заплатить хорошие денежки, чтобы она пришла в себя. У тебя таких денег нет. Почему ты решила, что у нее обязательно СПИД? Может, она вообще здорова. А если даже СПИД? С ним можно прожить лет двадцать И это будут хорошие двадцать лет.
– Она со СПИДом, а я на зоне… Замечательно проведем время… – горько сказала Муха. – Откуда в тебе эта наглость. Дана? Ты же сама почти покойница, насквозь больная… А все равно тебе надо еще нас в могилу утащить.
– Не болтай глупостей, до могилы вам обеим далеко! – одернула ее Дана. – Поставь чайник. Если не для меня, то хоть для нее. Она же как ребенок – сама не может попросить.
– Я поставлю чайник, – решилась Муха. – Но ты пойдешь со мной.
Дана усмехнулась:
– Не веришь? Чего боишься?
– Ты вызовешь сюда ментов.
– С чего ты взяла, глупая?
– А ты все время пытаешься выставить меня отсюда или сама выйти…
– Тебе это все кажется с перепугу.
Муха жестко посмотрела на нее: