Чтение онлайн

– Чего с тобой говорить – тебя драть надо, а не говорить! Такую задницу за счастье отодрать! – хохотнул парень с толстыми, блестящими то ли от жира, то ли от слюны губами. Он что-то пережевывал, и когда Сергей присмотрелся, увидел в уголках рта охранника коричневую пену – наркотик. Парень жевал специальную жвачку, насыщенную акраном.

Сергей сделал три шага вперед, подошел к громиле, бессмысленно улыбавшемуся в лицо подошедшей «девице». Прежде чем охранник успел защититься, сделать хоть какое-то движение, молниеносно выбросил руку вперед и, вонзив пальцы в глотку парню, вырвал кадык!

Кровавый кусок плоти шмякнулся на мостовую рядом с толпой замерших в оцепенении охранников, а тот, кого убил Сергей, заклокотал порванной трахеей, забулькал, зажав рукой страшную, зияющую рану, будто надеялся не пустить вылетающую к небесам душу. Потом ноги подогнулись, и он упал навзничь, раскинув руки, уставившись в синее небо открытыми белесыми глазами. В воздухе резко запахло мочой, и под телом убитого разлилась вонючая лужа – организм, расслабившийся после смерти, открыл все запоры, и нечистоты полились наружу.

Смерть всегда неприглядна и грязна – внезапно подумалось Сергею, стоявшему над трупом, по которому еще пробегали мелкие судороги. Ноги охранника подергивались, возбуждаемые последними импульсами умирающего мозга.

– Это что… она его убила? – с ужасом спросил один из охранников, отодвигаясь от Сергея. – Убила?! Вот так просто – взяла и убила?

– Кто еще хочет комиссарского тела? – Серг мило улыбнулась и подошла поближе к тому, кто выступал зачинщиком бунта. – Ты? А может, ты?! – она указала на первого, кто начал протестовать против начальства женщины. – Может, все-таки поговорим?

– Или что? – сорокалетний мужчина крепко вцепился в рукоять меча, готовый выдернуть его за долю секунды.

– Или ты умрешь, – так же безмятежно сказала Серг, стоя на расстоянии вытянутой руки от бунтовщика. – Я всего лишь хочу понять, почему вы уходите. Я вас не устраиваю как боец, или же вы просто не любите женщин?

– Хмм… мы любим женщин, – мрачно хмыкнул мужчина. – Но только… хмм… не так. Хорошо. Поговорим. Раз уж ты настаиваешь. Я бы мог, конечно, убить тебя, но…

Мужчина не договорил – Серг метнулась вперед, как клещами сжала его руку, лежащую на рукояти меча, а пальцами другой вцепилась в горло собеседника, ухватив так, что охранник захрипел и задергался в ее захвате.

– Значит, ТЫ мог бы меня убить? Сейчас я сожму сильнее, мои пальцы войдут в твою глотку, затем рвану, и от тебя останется только хладный труп – такой, какой остался от наглеца, осмелившегося оскорбить свою госпожу. Запомните, я могу убить любого из вас так же верно, как если бы у меня в руках был меч. Возможно, что если вы все вместе навалитесь на меня, то, может, и победите, но половина из вас умрет, это точно. Оставшихся в живых добьет Пиголь. Вам это надо? Я ученица мастера Гекеля, воин. Если я похожа на какую-то там нищенку – это ваши проблемы. Все просто – вы служите господину Пиголю, получаете деньги, как все порядочные наемники. Я же делаю так, чтобы вы зарабатывали как можно больше и рисковали как можно меньше. Тем, кто останется и будет верно служить, жалованье будет увеличено в полтора раза. Это пока – в полтора раза. Потом – будет больше. Обещаю! А я всегда держу свое слово.

Сергей отпустил горло стражника, отошел назад, внимательно следя за реакцией толпы – результат мог быть неожиданным, хотя он все просчитал, и по его расчетам выходило девяносто процентов успеха. Все солдаты любят деньги, любят сильных командиров, которые могут наказать, но могут и наградить. А в этом мире – тем более. Культ силы, культ бойца был поставлен во главу всего.

Молчание. Отпущенный охранник потирает шею, не глядя по сторонам. Остальные тоже молчат, не двигаясь с места. Потом один из парней вдруг произнес:

– А сказали – шлюха какая-то! А она ученица Гекеля! Какой дебил нас надурил?

– Какой? Вот он и надурил, – второй парень показал пальцем на труп убитого. – Он. Говорит – ему кто-то из кухонных баб сказал…

– Тихо все! – внезапно вмешался тот, кого отпустил Сергей. – Я говорить буду. Госпожа Серг, прости. Нас ввели в заблуждение. Мы готовы служить. Господин Пиголь, хозяин, прости. Действительно, этот вот, убитый, нам сказал, что над нами ставят постельную шлюху хозяина. Прости за такие слова, госпожа… я все как есть говорю. Как было. Мы будем служить. А жалованье на самом деле увеличат?

– На самом деле, – криво усмехнулся Пиголь, – раз госпожа Серг так сказала, значит, так и будет. Вечером зайдите ко мне, впишем изменение контракта.

– Здорово! Слава! Слава хозяину! Слава госпоже Серг! Слава! – охранники возбужденно загомонили, а Пиголь, иронически усмехаясь, добавил:

– Все, кто свободен от дежурства, могут получить вина за мой счет. Только не напиваться, а то я вас знаю, придурки! В меру пить! Те, кто на дежурстве, получат свою порцию после службы.

– Славься! Славься! – охранники вопили так, что с ближайшего дерева поднялась стая черных птиц и замахала крыльями, спасаясь от неминучей гибели – ведь так вопить могут только атакующие хищники.

– Все! Госпожа Серг отдаст распоряжения, я оставляю вас на нее. Да – труп убрать. Выбросьте эту падаль в канализацию. Оружие его сдать кладовщику. Деньги, если у него есть, поделите и пропейте.

Пиголь повернулся и зашагал к дому, оставив Сергея наедине с беснующейся радостной толпой.

«Как легко завоевать расположение толпы! – отстраненно подумал Серг. – Одного убить для острастки, другого едва не убить, дать денег, налить кружку вина – и все, они твои, они тебя боготворят! Пока – боготворят. Спиной к ним поворачиваться не рекомендую».

«А придется. Ты же с ними пойдешь в бой, как можно не доверять тем, с кем вместе воюешь?»

«Так и можно. А что, в армии все были безупречными? Бой расставит все на свои места. Плесень отсеется, останутся крепкие парни. Нужно выделить из них костяк – самых боевых, – создать что-то вроде диверсионной группы. Начальником над ней – вот этого крепыша. Похоже, что он видал виды».

– Построиться! Становись! Как твое имя?

– Хан.

– Хан?

– Хан Виног. Наемник.

– Я вижу, что не торговец зеленью. Виног, ты будешь моим заместителем. Если я буду какое-то время отсутствовать – ты меня заменишь. Теперь вот что – сегодня, когда я проходила через ворота, на стене дежурили два бойца. Где они?