Чтение онлайн

Начальство просьбу проигнорировало, прошли мимо страждущего, до конца ряда и на следующий. Через десяток минут, кои Сухмет оглядывался по сторонам, они поравнялись с ним.

— Шесть процентов от изначального количества, это максимальное значение, — старческий голос, звучал странно, будто в голове поселилась радиостанция.

Встряхнув головой, Сухмет бросил короткий взгляд на зеркальные скафандры. Движений в его сторону не было.

Не заметили! Он, почему-то считал это важным.

— Позвольте возразить коллега, два месяца назад, иммунными оказались семеро! — один из скафандров, согласно закивал.

Сухмет сложил вместе последнюю информацию. Сотня, в прошлый раз, такие же как мы… Сам не зная почему, но он был в этом уверен.

Чувствуя важность момента, он навострил уши. Но тут пришли другие чувства. Боль подкралась незаметно, вот она вполне терпима и раз, адская конница в голове. Вырвался стон и Сухмет валится на пол.

— Началось? — возражавший старику скафандр, подбежал к клетке.

— Возможно! — ответил тот, останавливаясь. Остальная процессия тоже замерла. — Я не расист, коллеги подтвердят, — глядя на тяжело дышавшего Сухмета, скафандры закивали. — Но грибок может выбрать по этносу… да-да! Так же, может сказаться суточное голодание, вдруг у него патологии!? А ещё, может проснуться дар! Как известно, проявление забирает много сил, коих и так не хватает… Это, как вариант, — словно успокаивая произнёс старик.

Совсем рядом, раздалось тихое урчание, затем ещё и ещё, через несколько минут, хор нечеловеческих голосов перекрывал матерные тирады оставшихся зэков.

— Ну вот коллеги, что и требовалось доказать, — старик посмотрел на встроенный хронометр. — 8.05 по Москве, — в голосе чувствовалось торжество.

— Но позвольте Альберт Карлович! Как такое возможно? Пять партий подопытных, прибыли с разницей в два часа каждая, а под контроль взяты, одновременно! — сказано было с недоверием.

— Ну что же вы, милейший, подзабыли? А ведь я, читал вам лекцию, об агрессивной среде этой планеты… Некоторые индивидуумы считают её разумной! Да, да я о планете! — он позволил себе усмехнуться.

Не обращая внимания на штурмующих клетки свежеиспеченных заражённых, учёный тронулся к выходу, коллегам ничего не оставалось, как отправиться за ним. Находясь в пограничном состоянии, Сухмет слышал всё, включая тот ужас, что происходил вокруг.

— Другая планета!? — шёпотом произнёс он, проваливаясь в пустоту.

«Наставники не готовили его к такому!» — размышляя Сухмет зажимал уши руками, иначе можно свихнуться.

Бег по пустыне и стрельба по мишеням, даже живым, не могут подготовить к этому аду. Эти в скафандрах говорили о другой планете?! Сухмет уже сомневался, а не послышалось ли это? Он ударился головой. Стараясь уйти от действительности, он попытался сконцентрироваться на боли,получалось не очень.

Голод. Больно свело желудок.

Голоса странные, будто радио слушал.

Открыл глаза.

Затуманенный взгляд ненадолго скрыл действительность.

Но тогда, что это? Кто они? Он опустил руки. Яростное урчание навалилось со всех сторон. Бывшие соседи, поблёскивая буркалами тщетно рвались наружу. Смотрели на него, из пасти текла мутная слюна. Нет в них ничего человеческого!

Разве такое может привидеться? За что? Он ведь жил по всем законам, молился каждый день!

—…Эй!

Во имя…

—…Эй 205й, ты в уме?

Несмотря на усилившееся урчание и грохот тел о металл, Сухмет расслышал голос, нормальный, человеческий. Поискал глазами. Твари словно взбесились, мотаясь по своим клетушкам. Хорошо, что они не в помещении, от грохота можно оглохнуть, или свихнуться.

Это был нацист, бледная помятая морда светилась надеждой, должно быть у Сухмета тоже, потому что, посмотрев на него, нацист обрадовался.

— Ура, я не один!

Ор тварей усилился, что он говорил дальше, расслышать было уже невозможно.

Неизвестно сколько бы это продолжалось, но тут появились «врачи». Акцент тварей сместился в сторону ворот. Те пришли не пустыми, десятки больших тележек, их содержание Сухмету не понравилось. Свиньи, точнее поросята, визжащие окровавленные тушки. Твари сначала притихли, бывший педофил, видимый лучше остальных, начал принюхиваться растопыривая ноздри. Нечеловеческие глаза вперились в тележки. Тут завизжал самый голосистый поросёнок, чем вызвал новый взрыв плотоядных эмоций. В этот раз Сухмет не стал закрываться. Борясь со слабостью и головной болью, обратил всё внимание на мучителей.

Дальше началось то, о чём он догадывался. Поросята пошли на корм, но не через входную решётчатую дверь, скафандры закидывали их на крышу и через секунду те проваливались внутрь. Срабатывал небольшой лючок. Сухмета не смутила быстрая расправа над животным, бывали зрелища и похуже, он задрал голову замечая очертания люка.

«Значит, есть у всех! Получается, ему повезло?.. Нет!» — Сухмет отбросил эту мысль. «Всевышний сохранил».

Между тем, тележки со свиньями приближались и уже было понятно откуда кровь. Они подрезали поросятам сухожилия, те лишь лежали, повизгивая и слабо дрыгались. Подавив непонятно откуда взявшуюся жалость, Сухмет посмотрел на соседа. Бывший педофил буквально изнывал от нетерпения смердя при этом.

Вонь — это нечто невыносимое, заставило сокращаться пустой желудок.

Внезапно, когда Сухмет решил, что всё, потеря сознания, а затем скорее всего смерть, пришло понимание, а верней чувство. Он уже слышал это, намного слабее, лёгкий запах разложения. А сейчас… Не было никакой вони, то есть пахло конечно, твари испражнялись какими-то остатками, что заметно по тюремной робе. Смердело на другом уровне.

Что происходит?

Стоило задуматься, как всё пропало.

Нет!

Сухмет был не из слабаков, он чувствовал, это приведёт к свободе. Облапав эту мысль, он улыбнулся, пожалуй, впервые за несколько лет прочувствовав значение слова. Даже не слово, манна небесная. Чего стоят годы без неё? Пустота! Разве можно сравнить глоток воды из горного ручья с болотом? А небо!? Его чистота!