Чтение онлайн

– Фамилия, имя, отчество, дата рождения? – голос женщины был спокоен, но при этом отдавал таким отчетливым звоном металла, что мужчине стало не по себе.

– Титов Денис Егорович. Двадцать пятое февраля две тысячи сорок третьего…

– По коридору до конца. Левая дверь.

И все. Никаких напутствий и пожеланий. Рутина во всей красе. Сколько таких вот, как Денис, уже прошло по этому коридору, терзаясь чувством неизвестного? И сколько прошло мимо этой женщины, что она стала такой холодной, профессионально равнодушной стервой? Титов на секунду отвлекся от мыслей о равнодушии сотрудников станции, и заглянул в один из пересекающих центральный коридор проходов. Архитектура блоков была одинаковой, но у блока «А» обнаружилось одно отличие. Дверей в жилых секциях было всего три. Комнаты тут были явно больше отведенных серой массе пассажиров под номерами. На секунду закралось в сознание чувство сожаления о том, что нельзя осмотреть эти помещения более внимательно, но лишь на секунду. Денис подавил соблазн и продолжил движение по коридору. У выхода стоял еще один вооруженный охранник, и провоцировать его мужчине очень не хотелось.

Титов вышел за дверь и замер. Перед ним лежала ночь. Не непроглядный мрак южной ночи его родной Керчи, а светлая, больше похожая на ночи средней полосы. Но что поразило Дениса больше всего, так это глубина ночного неба. Бездонное, усыпанное искорками звезд, с выделяющимся на их фоне контуром Млечного Пути. Тысячи, миллионы звезд.

Денис удивленно смотрел вверх, а потому не сразу обратил внимание на окрик. А когда чужой голос все же ворвался в его сознание, и он опустил глаза, то увидел в двадцати метрах от себя большой летательный аппарат, похожий на вертолет. Аппарат имел два винта с управляемым углом наклона, и поистине огромную кабину. И именно от аппарелей этой кабины ему махал рукой человек.

– Парень! Оглох?! Давай сюда!!

Титов скорым шагом преодолел отделявшее его от вертолета расстояние, взбежал по аппарелям и оказался в простеньком салоне, который в восемь длинных рядов занимали кресла.

– На небо, что ли, засмотрелся? – Денис повернулся к говорившему и узнал старика, который учил его премудростям новой профессии. – Так, то еще не небо, то обманка. Потолок разрисованный, чтобы вы меньше думали, что делаете, и радовались красоте. Давай на борт живей, не задерживай!

Денис ничего не ответил. Отвернулся и направился выбирать себе место. Он всегда любил летать возле иллюминатора, чтобы было видно и землю с высоты, и слой облаков, пронзаемых самолетом. Но у этого аппарата иллюминаторов не оказалось, а потому он прошел до занятых кресел в голове салона, и сел рядом с невзрачным парнем.

– Привет. – бросил он дежурное приветствие, не рассчитывая на ответ, но парень оторвался от своих мыслей, и улыбнулся совершенно мальчишеской улыбкой.

– Привет. Меня Артемий зовут. А тебя?

На вид Артемию было не больше двадцати. Совсем юнец. Тонкое лицо густым слоем усыпали мелкие веснушки, а лихорадочный блеск в глазах выдавал дивную смесь эмоций, свойственных лишь юности, столкнувшейся с неведомым. Испуг, любопытство, надежда… Денис невольно вспомнил себя, впервые покинувшего в семнадцать родительский дом ради учебы в Краснодарском институте. Он с такими же мыслями и эмоциями ехал на междугороднем автобусе в неизвестность, и верил в чудо. Тогда чуда не случилось. Поступил, отучился, получил диплом. Но все это было обыденно, не так как виделось в мечтах.

– Денис. – Титов протянул парню руку. – Ты как тут оказался?

– Ты имеешь ввиду участие в проекте?

– Да.

– Набирали добровольцев. Я согласился. Я ж деревенский, из-под Курска. У нас там ни работы нет сейчас, ни зарплаты. Вот и согласился, чтобы в огороде всю жизнь не ковыряться. А матери за меня денег дали.

– Компенсацию? – удивился Денис.

– Ага. Много дали. И хату новую поставить хватит, и сестер с братом поднять.

– Значит, ты знал, на что соглашался.

– А ты разве не знал?

– Нет. – отрезал Денис и замолчал.

Этому пареньку можно было позавидовать. Для него это все приключение, выбранное добровольно. Неважно, по каким причинам он записался в космические колонисты, но он сделал это сам, а Дениса сюда впихнули против воли. Впихнули, потому что кому-то это показалось целесообразным. Или просто интересным и забавным. Мысль, конечно, здравая, сэкономить государству денег на компенсации родственникам, и отправить в космос приговоренного к смерти. Жаловаться-то, по сути, и не на что. Но на душе от этой мысли становилось так паршиво, что хотелось выть.

Где-то через полчаса погрузка пассажиров завершилась. Назвать процесс загона людей на борт привычным словом «посадка» у Дениса не повернулся язык. Натужно взвыли винты, и вертолет начал набор высоты. Титов прикрыл глаза, надеясь подремать, но хоровод мыслей так и не позволил этого. Перед глазами вновь встала горящая девушка, и мужчина поспешил их открыть.

Артемий с разговорами после резкого ответа не приставал, и Денис решил сам разговорить мальчонку, лишь бы отвлечься от собственных мыслей и воспоминаний.

– Артемий, а ты помнишь посадку на космический корабль?

– Нет, не помню. – парень склонился к самому уху Дениса, чтобы перекричать шум винтов. Звукоизоляция у этого автомобиля была отвратительной. – Помню, нас собрали группу человек в сорок, и привезли на автобусе в какую-то лабораторию. Там укол сделали, сказали, что это нужно для подготовки организма к перелету. А проснулся уже тут, на станции. А у тебя также было?

– Примерно так. – подтвердил Денис. Не став уточнять, при каких обстоятельствах ему делали этот укол. – А ты из той группы кого-нибудь видел?

– Нет. Они, скорее всего, раньше меня проснулись. Но скоро я с ними увижусь. – Артемий улыбнулся, вполне открыто, но в холодном прищуре глаз паренька Титов на одну короткую секунду увидел неприкрытую угрозу.

– Хорошо, если так. – еще одна, едва промелькнувшая, маленькая надежда разбилась вдребезги. Найти своих соратников вряд ли теперь получится.

Они были вместе последние четыре года. В одно время прибились к революционной ячейке в Туле, увлекшись идеей построения социально справедливого общества. Вместе проходили подготовку в закрытых лагерях на Урале. Вместе ходили на митинги и шествия подогревать толпу. И тоже вместе, почти в одно время, пришли к мысли, что к своей мечте они идут не той дорогой. Что их используют, как хорошо подготовленное мясо, в политических играх, очень далеких от идеалов равенства и братства. Та акция в Москве должна была стать последней, после которой все их звено намеревалось уйти. Уйти получилось, но совсем не так, как они планировали.