Индексация
Шрифт:
Конечно, однокурсницы заглядывались на высокого и симпатичного брюнета, а просьба помочь «передвинуть мебель», скорее имела иной смысл, то бишь познакомиться и развить отношения дальше. Но «рукастый» однокурсник держался нейтрально, хоть не отчуждённо, и, сделав работу, поглощал предложенный обед и уходил со словами:
– Если что, то моя комната 612. Обращайтесь.
Но, как бы ни крепился молодой парень, всё же гормоны сделали своё дело.
Со своей будущей женой – Ириной, Макс познакомился, когда ему было всего 20 лет, в 1997 году, на студенческой практике в стройотряде в посёлке Дагомыс, куда их направили от учебных заведений на всё лето. Море, солнце, фрукты и молодое вино, которые он позволял себе по вечерам после смены, явились дополнительным катализатором для обострения природных инстинктов.
Молодую девушку, работающую штукатуром в другой бригаде, он приметил сразу.
Она была среднего роста, с идеальной фигурой и очень симпатичной, настолько, что в сознании Макса всегда возникал диссонанс между внешним образом девушки и работой, которую она выполняет. Он представлял её скорее участницей какого-нибудь конкурса красоты, нежели в студенческой строительной робе и с ведром раствора.
Иринка была весёлой и улыбчивой, громкой и работящей. Шутки и подколки сыпались из неё практически беспрестанно. Как казалось Максу, она была светлым и чистым человечком.
Иринка тоже бросала взгляды на Макса, в которых зачастую сквозил вызов, типа, слабо подойти?
И однажды Макс подошёл… И не отходил почти 10 лет!
Их первый поцелуй был настолько страстным и голодным, что они кусали друг друга (разве что не грызли), впивались дёснами и высасывали губы, причиняли лёгкие раны и снова губы в неистовстве смыкались в единую субстанцию. Голод был ненасытен. Губы были синими.
Иринка была на 2 года старше Макса и также училась в областном центре Южноуральской области, откуда была родом, но только в другом институте – планово-экономическом.
После летней практики, они встречались в городе каждый день. Иногда пропускали лекции, чтобы побродить по городу или посидеть в парке, иногда, когда у Иринки никого не было дома, приезжали к ней и с порога, сбрасывая все вещи на ходу, мчались в постель.
Через год они поженились и Макс переехал, в выделенную для молодых, комнату квартиры родителей Ирины.
Оставшиеся два года студенческой жизни протекали по графику: институт, библиотека, подработка на стройке, сон. Секс тоже был, но уже не такой яркий, поскольку от усталости оба валились с ног.
В тот год (2000), когда институты «выплюнули» в мир готовых специалистов, Макса и Ирину, им было соответственно, 23 и 25 лет.
Однокомнатная «хрущёвка», купленная в складчину родителями и молодожёнами стала их первой семейной собственностью. Это, конечно, был не предел мечтаний, но всё же отдельное от родителей жильё, где ты был сам себе хозяин и ощущал в полной мере свою независимость.
Вроде бы всё наладилось – есть жильё, у обоих работа: Макс – мастером в строительном управлении ЕМУ-4, Иринка – сметчицей в планово-экономическом отделе районной администрации, но именно тогда пара столкнулась с серьёзной проблемой – у них никак не получалось завести ребёнка.
Они не один раз сдавали все анализы, прошли все тестирования, ездили на заговор к «бабкам», пили отвары, соблюдали диеты и вели здоровый образ жизни, но всё было тщетно. Оба были здоровы, но не совместимы. Специалисты только разводили руками.
Последней неудачной попыткой было безрезультатное ЭКО – экстракорпоральное оплодотворение, в начале 2000-х набирающий популярность метод искусственного оплодотворения.
Макс, после этой неудавшейся попытки, испытывал не только боль, но и разочарование в справедливости провидения. В каком-то эмоциональном душевном порыве, он даже написал стих, но не решился его показать Иринке, чтобы ещё больше её не травмировать:
Вопрос, вгоняющий в тупик:
«Откуда происходят дети,
Откуда взялся человек,
Который громче всех на свете?»
Подарок аиста – избито,
Нашли в капусте – детский сад,
Другая версия – забыта,
Как производная услад.
Нет явственного алгоритма,
Когда, зачем и почему,
Господь услышит ту молитву:
«Пошли детей и дай семью!».
Сей божий дар и это точно,
Даётся любящим сердцам.
Ребёнку с ними будет проще,
На радость, мамам и отцам.
Вопрос: «Откуда дети взялись?» -
Адресовать имеет смысл
Тому, чьей воле мы отдались,
Тому, кто нас благословил!
С неудачей пришло и чувство неотвратимого краха. В отношениях появился холод и отчуждённость. Про страсть, пылающую вначале, не могло быть и речи. А затем:
– откуда-то, распахнув бездонную пасть, пришло равнодушие;
– откуда-то, злорадно скалясь, пришла безответственность;
– откуда-то, извиваясь скользким червем, пришла измена…
Макс, как военнообязанный, раз в три года, призывался на 2-х месячные военные сборы. Так и в 2007 году его не было дома 2 месяца…
Вернувшись, он сразу заметил перемены в поведении жены: ускользающий взгляд, растерянность и суетливость, частые смс-оповещения, сразу же стираемые, отлучки к родителям или подругам по нелепым поводам, тягостное нехарактерное молчание и задумчивость.
Разговор был недолгим и без эмоций, как между посторонними людьми, которые всё понимают, но ничего изменить не могут. Не было ни слёз, ни сожаления, всё куда-то ушло, в пустоту… Оба понимали, что будущего у них нет.
На следующий день после объяснений, Макс уволился и уехал к родителям, в родной Белогорск.
Родители, как и всегда, поддержали Макса. Их забота, казалось бы, возросла ещё на одну степень. Уже будучи пенсионерами, они, как два пернатых кормильца, окружили своего птенца вниманием и соучастием в его судьбе. Мама неустанно хлопотала на кухне, пытаясь приготовить что-то новенькое и повкуснее любимому сыну, отец подбадривал советами и пытался отвлечь внимание сына своим новым «пенсионерским» хобби – рыбалкой. Они неустанно повторяли одно: