Чтение онлайн

С неба, из самого сердца урагана вниз камнем упал орел, черный, как грозовая туча. Растопырив когти, потрескивающие молниями, он готов был вот-вот схватить и юношу, и кристалл. Видя его приближение, Финн закричал от ужаса и попытался перекатиться набок. Под руку ему попалось несколько спутанных в узел тросов. Не глядя, Финн ухватил один из них и хлестнул им по воздуху что было сил. Тяжелый, просмоленный конец просвистел в нескольких дюймах от груди птицы. Повернув в сторону, орел пронесся мимо и взмыл вверх, намереваясь спикировать вновь. Финн бросился в укрытие, к Аттии и Гильдасу.

— Возвращается! — пронзительно вскрикнула девушка.

— Ему нужен Ключ!

Гильдас согнулся под хлеставшим сверху дождем. В громовых раскатах теперь слышался чей-то оглушительный голос, яростный рев, доносившийся издалека, из самого поднебесья.

Орел снова ринулся вниз. Кейро, оказавшийся в самой уязвимой позиции, сжался в комок за штурвалом. Птица закружила над палубой. Из широко раскрытого клюва вырывался злобный клекот. Внезапно, повернув на восток, она исчезла во мраке.

Финн выхватил Ключ и нажал на панель. Против ожидания, Клаудия появилась сразу же — заплаканная и растрепанная.

— Финн, — произнесла она. — Послушай. Я…

— Не сейчас! — Он с трудом держался одной рукой — так швыряло и раскачивало корабль. — Клаудия, нам нужна твоя помощь! Скажи отцу — пусть остановит этот шторм, иначе мы все погибнем!

— Шторм?! — Клаудия помотала головой. — Отец… он не станет помогать вам. Твоя смерть будет ему только на руку. Финн, он обо всем знает! Все время знал!

— Тогда…

Услышав вопль Кейро, Финн поднял голову. То, что он увидел, заставило его крепко сжать пальцы. Но, прежде чем связь разорвалась, на долю секунды эта картина предстала и перед Клаудией.

Впереди, насколько хватало глаз, вставала огромная, незыблемая стена из металла — Стена на Краю Мира. Она поднималась из неведомых глубин и взмывала вверх, уходя за облака.

Корабль несло прямо на нее.

Было уже поздно — колокол на Эбеновой башне отбивал десять часов. В залитых летними сумерками садах порхали ночные бабочки, издалека доносились крики павлинов. Клаудия торопливо шагала по крытой галерее, мимо с трудом кланявшихся ей слуг, тащивших стулья, гобелены и огромные оленьи окорока. Приготовления к завтрашнему празднеству шли уже несколько часов, и во всем дворце царила страшная суматоха. Клаудия сердито нахмурилась — она не знала, где находится комната Джареда, а спросить не решалась.

Он сам разыскал ее. Как только у фонтана в виде четырех лебедей она свернула за угол, чья-то рука высунулась из темноты и, ухватив ее, потянула под сырую арку. Притворив дубовую дверь, Джаред приник к щели, наблюдая за происходящим снаружи. Клаудия, задохнувшаяся от неожиданности, стояла неподвижно. Через некоторое время мимо кто-то прошел — ей показалось, что она узнала отцовского секретаря.

— Медликот следит за мной?

Джаред приложил палец к губам. Он выглядел еще бледнее и изможденнее чем обычно, и в его движениях ощущалась какая-то нездоровая лихорадочность, встревожившая девушку. Учитель повел ее вниз по ступенькам, потом они прошли через запущенный дворик и свернули на тропинку, накрытую сверху желтыми гроздьями цветущего ракитника. Чуть задержавшись здесь, Джаред шепнул:

— Там, впереди, павильон, который я приспособил для своих целей. Моя комната под наблюдением.

Над дворцом висела огромная луна, поверхность которой испещряли следы, оставшиеся со времен Дней Гнева. Ее серебристое сияние заливало сад и оранжереи. Из приоткрытого окна, поблескивавшего ромбиками стекол, доносились негромкая музыка, смех, голоса и звон тарелок. Темная фигура Джареда впереди проскользнула между двух колонн с изображениями танцующих медведей. Здесь, в самом заброшенном уголке сада, среди зарослей лаванды и мелиссы высилась небольшая, пристроенная к стене башенка — Клаудия успела разглядеть только полуобвалившийся, заросший плющом парапет на самом верху.

Джаред отпер дверь, и они вошли. Внутри было темно, пахло землей и сыростью. Над головой у Клаудии задрожал огонек — Джаред зажег небольшой факел и указал на следующую дверь.

— Туда, быстрее.

Изъеденная плесенью створка буквально крошилась под пальцами. В комнате за ней царил полумрак: окна закрывал плющ. Пока Джаред разжигал светильники, Клаудия огляделась — на шатком столике стоял электронный микроскоп, в раскрытых коробках лежали книги и инструменты.

— Почти как дома.

Джаред обернулся; в неверном свете факела его лицо казалось совсем осунувшимся.

— Клаудия, ты должна взглянуть. Это меняет все, абсолютно все.

Боль в его голосе испугала ее.

— Пожалуйста, успокойтесь, — мягко произнесла она. — Вы хорошо себя чувствуете?

— Да, вполне. — Джаред склонился над микроскопом. Длинные пальцы проворно задвигались, подстраивая изображение. Выпрямившись, он отступил на шаг. — Помнишь кусочек металла, который я поднял с пола в кабинете? Посмотри-ка на него.

Клаудия, озадаченная, приникла к окуляру микроскопа. Картинка была размыта. Девушка чуть-чуть подкрутила фокус и замерла. Джаред знал, что она поняла все, едва увидев. Он отошел в сторону и устало опустился прямо на земляной пол. Завернувшись в плащ, он сидел среди плюща и крапивы и молча смотрел ей в спину.

Перед ними была та самая Стена на Краю Мира. Если, как гласила легенда, Сапфик и вправду пролетел ее всю, от самой вершины до подножия, ему понадобились бы для этого годы. Ветер, разбиваясь о ее невероятную громаду, ревущим потоком устремлялся в вышину. Обломки и мусор, принесенные им из самого сердца Инкарцерона, взмывали вверх и вновь падали в бесконечном круговороте, однажды попав в который, ничто уже не могло его покинуть.