Чтение онлайн

– Какое пари?

– Два пари, - нахмурился Смит. – Первое, кому достанешься ты, а второе и более важное, сможешь ли ты узнать что-нибудь о нас, раньше.

– Ты выбрала Марса, - продолжил Мэдс. – А мне вот что любопытно, Марс. Почему ты ее не взял? В Le Gavroche хотя бы? А? Ты отказался от нее. Неужели она так тебе не зашла? Отказ от пари равен проигрышу. Ты знаешь это.

Он направил на Марса дуло, наблюдая, как в лице Венеры проступает холодящий душу ужас. Она выбрала Марса, но тот не действовал, и Мэдс переиграл его. Жестоко, беспощадно и бесповоротно. Она посмотрела на сидящего рядом с ней человека.

– Второе пари, я не выигрывала.

– Пари между нами, - согласился Смит глядя на Мэдса. – За тебя это сделал твой муж. Он нашел доказательства причастности «Сафино» к нашим делам.

В следующий миг, все случилось на запредельной скорости света. Оба асура направили оружие и произошло два выстрела. Одновременных. Оглушительных.

Через долю секунду после, Венера в шоке, увидела рядом на диване с собой мертвое лицо Мэдса с кровавой дыркой во лбу, опаленной кожей и злым выражением. Из его руки пистолет, с металлическим грохотом упал на паркет. В воздухе пахло порохом. Джефри Смит оказался более быстрым. Таким, что она подняла на него одурелый взгляд, не в силах пошевелится, парализованная случившимся. Ощущая, как реальность для нее стала потрясающе насыщенной. Как остро воспринимается ею ее собственное тело и все предметы вокруг.

Она перевела взгляд на Марса. Тот смотрел на Мэдса бесчувственным взглядом, без какого либо сожаления, затем перевел его на нее, чуть расправился, просветлел.

– Не оценивай, - посоветовал он. – У нас так принято.

А у людей нет. Вот, что ей хотелось ответить ему. У людей, все как у людей. По- разному и бывает очень жестоко, но вот смыслы у них не такие. Вероятно, эти трое, ненавидели друг друга очень давно и глубоко, так надежно, что пари для них стало своего рода точкой разборки. Завершением конфликтов.

Венера врач, она видела смерть в разных обличиях. Она знала, как часто та бывает в больничных палатах, в реанимациях, в неотложках. Много чаще, чем принято думать. К виду крови она давно привыкла, хотя и волновалась. И все же происходящее не вписывалось ни в какие рамки и нормы.

– Вы убили его.

– Он еще жив. В течение часа, если ничего не сделать, он умрет Венера.

Из ее глаз потекли слезы. Нервная система элементарно не выдерживала накала. Тело сотрясало от крупной дрожи, очевидной чужому глазу. И она чтобы хоть как-то себя успокоить, схватилась за голову, сжимая ее, клонясь вперед, пытаясь успокоиться.

– Славно, - произнес Джефри Смит, положив пистолет обратно на зеленый бархат. – Можем продолжить? Венера, возьми оружие Мэдса.

Та не поверила ушам, не поняла, что именно ей сказали. Что просят?

– Бери, детка, бери.

Она отняла руки и трясущимися пальцами взяла пистолет. В ощущениях он показался ей неподъемным, жгучим наощупь.

– Воот, умница. А теперь передерни затвор, взведи баек и наведи на Марса.

Ошалелым взглядом она скользила по лицам мужчин, то одного, то другого. Тяжесть оружия в руках, казалось десятикилограммовой.

– Убей его. Этого хотел Мэдс. Ты же хочешь сделать ему приятное. Хочешь быть им. Стать частью него.

Краем глаза она видела, как рука Смита берет оружие. Сжимает крепким хватом.

– Стреляй. Спаси его.

Она подняла ослабевшую руку, обливаясь слезами. Та дрожала, как бывает, дрожат руки стариков с тремором. Казалось, одно малое движение и она выронит его. Они смотрели с Марсом друг на друга. Она видела, как взгляд того становиться понимающим, пустым, горячим. Венера кусала губы, дыша трудно и яростно.

– Хочу, хочу, - тихо шептала она.
– Не хочу разрушать.

На секунду в лице Марса проскользнуло нечто удивительное, уверенное. Он выпрямился. Его взгляд дрогнул. И эта усмешка словно говорила ей «Значит, выбрала малышка». Венера повернула оружие к Джефри Смиту.

Раздалось два выстрела.

В следующую секунду она опустила руку, и та повисла, словно не ее. Джефри Смит был мертв. Или, как он говорил, будет через час. Она перевела нервный взгляд на Марса. Тот тоже был мертв. Выстрел Смита пришелся на область сердца. Из ее пальцев выскользнуло оружие. Она бросилась к Марсу, обшаривая карманы в поисках телефона, не замечая, как пачкается в крови. Как ярко и сильно она пахнет для нее. Набрала номер скорой.

А затем медленно уложила раненного в горизонтальное положение, оказывая первую помощь.

– Как ты поняла? – спросил он, давясь собственной кровью, не сводя взгляда с девушки. – Венера, как?

– По Le Gavroche.

Старинный Le Gavroche с изысканной французской кухней располагался недалеко от станции Bond Street. Его драпированный интерьер был оформлен в приятном английском стиле – в красных и зеленых цветах со старомодной отделкой позолотой и смешными медными декоративными фигурами животных на каждом столе.

Их встреча состоялось за два дня до операции Руфуса. В ресторан Венеру пригласил Андрей, вспомнив о том, что рассказывала ему Алиса на пикнике в честь пятидесятилетия клиники. Ему удалось каким-то чудом забронировать столик, а чтобы вероятно не выглядеть странным, он взял с собой жену. Так решил Марс, когда увидел ее в строгом коктейльном платье в стиле Шанель. Черный цвет хорошо оттенял светлый волос Венеры. Она подкрасилась. И выглядела женственно, хрупко, одев впервые за многие месяцы, высоченные шпильки.

Совпадение ли - на первом этаже в зоне ожидания, они столкнулись с Марсом Брицкригом в окружении Алисы и известной модели.

От неожиданности оба даже не нашлись, как реагировать. Вероятно, потому что Венера не ожидала никого встретить, а тем более его. А ее муж ожидал встретить Алису, но не с Марсом и еще одной подружкой.

Обе дамы были в вечерних, смелых платьях. Они томно кутались в тончайшие шитые драгоценностями шарфы, которые больше привлекали внимание к оголенным и просвечивающим местам, чем скрывали что-либо. Концы шарфов свисали в аккурат, где начинался разрез на подоле вдоль бедер, открывая взору сексуальные женские ножки в дорогой обуви. И та и другая разгоряченные, навеселе, да и сам он не совсем трезвый. Он знал, что от него пахло собой, тестостероном и едва уловимым парфюмом.