Чтение онлайн

Поэтому все трое двигались очень медленно, прогулочным шагом. Двое — напряженно следя за третьим, а третий — из последних сил стараясь не упасть, кусая губы и сосредоточенно шепча…

Сначала — привычные храмовые молитвы. Но они почему-то не помогали, а только отвлекали, потому что перед глазами начинали мельтешить воспоминания. А когда вместо ступеньки лестницы ты видишь оскал монстра, сидящего на тебе сверху, или алтарь, на котором разрывают на части того, с кем ты прожил рядом более десяти лет, то идти вперед лишь сложнее.

Молитв Наинэ, богине воинов, подходящих для такого случая, Азмирк не знал.

Поэтому начал просто считать ступени. Это очень важно — сосредоточиться, изучить взглядом каждую выбоинку, каждую щербинку, каждую неровность… поудивляться гладким целым краям — ведь крепости, наверное, очень много лет! И только потом поставить одну ногу, упереться на нее, вцепиться в перила и поставить рядом вторую… Сто двадцать восемь? Да, сто двадцать восемь с того момента, как он начал отсчет. Впереди еще… вечность…

Тут идущий впереди мужчина обернулся, и Азмирк, сжав зубы, быстро сделал несколько шагов подряд… Покачнулся, ухватившись за перила сразу двумя руками. Голова кружилась все сильнее и сильнее…

— Крови много потерял, — услышал он через вязкую вату, но разглядеть, кто это сказал, уже не смог — серый туман затопил все вокруг.

Но потом вновь стали проступать страшные морды, кровь повсюду… море крови, в котором он тонул, захлебывался, давился и закашливался… А еще стали слышаться чавкающе-всасывающие звуки, крики жертв на алтаре… хруст костей близко-близко, буквально над ним…

Иногда появлялись раскосые сине-зеленые глаза, глядящие на него в упор… и страшный клыкастый рот… и кусок мяса у монстра в руке… в руке, которую тот протягивал тонущему в море крови юноше… и…

…муравей, ползущий куда-то по своим мирным делам.

Азмирк очень обрадовался, когда вместо мелькающих сквозь туман кошмарных картин увидел этого муравья, быстро спешащего по земле и совершенно не замечающего, что творится вокруг. Словно старого знакомца встретил!

Как только юноша стал следить за деловой букашкой, засасывающее его кровавое месиво испарилось, начали проступать очертания храма, еще не уничтоженного… и лес вокруг, немного не тот, к которому он привык, но настоящий, живой… пахнущий хвоей и травой, и… солнце ярко засветило в глаза, заставляя их открыть.

— Уф! Ты как? — приподнявшись на локтях, Азмирк с удивлением уставился на сидящего рядом с ним парня. Его убили в самом начале, юноша хорошо это запомнил, потому что даже позавидовал чужой храбрости. Он вот не смог кинуться на монстров одним из первых, лишь с копьем в руке… Только со всеми, толпой.

— Вроде бы в порядке. Это был сон? — Азмирк, нахмурившись, внимательно оглядел сначала родной до самого последнего камушка храм, а потом совершенно чужой и незнакомый лес за забором.

— Если ты про жуткое землетрясение, то нет, это действительно случилось — наш мир изменился. Теперь многие боятся покидать храм, только самые храбрые выходят и постепенно изучают все вокруг. Главный жрец считает, что мы выжили потому, что усердно молились, так что теперь все тихса-каны молятся еще больше, чем раньше. А нам, наоборот, оставлены обязательными только утренняя и вечерняя молитвы. Потому что основная наша цель — исследование нового мира и добыча еды.

— А аусваинги? — опасливо уточнил Азмирк, почему-то ощутивший, что его… предали?.. бросили?.. обманули?! Кн-иг-о-ед-.-нет

— Ты тоже их видел? Несколько дней назад мы нашли в лесу четверых наших рахса-канов. Они постоянно упоминали аусваингов, но ничего путного от них добиться не вышло. Они не помнят большое землетрясение, наверное, потеряли сознание, как и ты… Я думал, что ты уже не очнешься! Все время метался, кричал, руками размахивал… Главный жрец над тобой уже отходную молитву прочитал. Один я верил, что ты выкарабкаешься!

Азмирк попытался улыбнуться, уселся и даже благодарно склонил голову перед тем, кто верил и заботился о нем какое-то время. Вот только почему-то совершенно не хотелось признать, что все случившееся — нападение аусваингов на храм, алтарь, крепость… предназначение… что все это ему померещилось. Нет! Он все ясно помнил, слишком ясно! И Итшуана… И как в него вливали кровь, а он кашлял и захлебывался. Да, в крепости, это было еще в крепости, через вязкую вату в ушах и серый туман в глазах он все равно вспомнил того мужчину, который привел его, и другого, второго, который водил их в душевую, и… Итшуана. Они все трое по очереди сидели у его кровати и поили его кровью. А потом…

— Прости…

Азмирк с усилием встал — мышцы слегка ослабли, но это не беда, он быстро восстановится. Осторожно, по стеночке, юноша дошел до ворот храма, посмотрел на двух рахса-канов, но те не стали мешать ему выйти.

Оглядев незнакомый лес, парень побрел по тропинке как можно дальше, потом присел на землю, оперевшись спиной о толстый ствол. Глубоко вдохнул и заорал, задрав голову вверх:

— И-и-и-и-итш!

Кричал он, пока не охрип. А после, закрыв глаза, сидел и едва сдерживался и старательно дышал, успокаиваясь. Нет! Не могло такое привидеться! Землетрясение? Харакел парах! Нападение аусваингов!

…Лес пах насыщенно, ярко, головокружительно… весной!.. Одуряюще пьяняще пахло весной, и оглушающе звонко распевали птицы. Тихие «перефьюти», опасливо-настороженное «чьиви»… Суймеры было не слышно и не видно, зато… Азмирк печально улыбнулся, расслышав в общем весеннем гомоне знакомое до боли «тирли-лирли».

Нет, может, землетрясение и было, но и нападение аусваингов тоже! Даже запястье заныло, едва юноша вспомнил, как его и Кнека тащили в крепость…

Поднявшись, Азмирк постоял, держась за дерево и оглядываясь вокруг, потом еще раз на всякий случай выкрикнул:

— Итш!

Подождал, убедившись, что никто не откликнется, и побрел обратно в храм. Там он первым делом нашел тех четверых, с которыми вместе, связанный, ждал своей участи, стараясь не смотреть, как гибнут на алтаре их товарищи. Не смотреть, не слышать… Теперь им дали возможность все забыть. И четверо из выживших ею воспользовались.

— Не помним мы ничего! Отстань, Аз! Мне только по ночам перестали кошмары сниться…

— А что снилось?

— Я не хочу говорить об этом…

— А тебе снились странные птицы, потом обернувшиеся в еще более страшных старух?!