Чтение онлайн

– При всем уважении, сэр, это несправедливый вывод.

– И, насколько я могу судить, ваше активное участие в расследовании практически отсутствует. Лейтенант Элиот, похоже, берет на себя большую часть расследования.

– Я очень близок к выявлению конкретного ритуала, - заявил Джек.
– Если я смогу...

– Ритуал - это тупик. Преступники, очевидно, психопаты.

– Это тоже неправда, сэр. У нас есть множество доказательств, позволяющих предположить, что...

– Я все знаю о вас, капитан, о вас и ваших радикальных методах расследования. Я не хочу слышать о психиатрических профилях и сатанинских ритуалах. Расследование убийств должно вестись проверенными методами, а не шарлатанскими расследованиями.

– Позвольте мне напомнить вам, сэр, что мои прошлые достижения в этой области...

– И я не хочу слышать о ваших успехах, наградах и орденах за заслуги. На мой взгляд, многие из ваших операций имели сомнительную законность, а ваш ордер на обыск и выемку в деле Генри Лонгфорда едва ли соответствовал конституции.

– Прошу прощения, сэр, но...

– И более того...

Джек, наконец, взорвался.

– Не могли бы вы, черт возьми, дать мне хотя бы минутку поговорить, сэр!
– прокричал он.

Тишина, повисшая после его крика, казалась густой, как мокрый цемент. Ларрел Олшер и Рэнди опустили глаза в пол. Нойл продолжал стоять неподвижно, заложив руки за спину. Он улыбался.

– И есть еще один тревожный вопрос, - продолжил Гентцель после паузы.
– Лейтенант Нойл?

Нойл шагнул вперед.

– Очевидно, что ваше поведение в целом достаточно плохое, и это только вредит вашей профессиональной честности и честности департамента в целом. Я никогда не видел такой безответственности со стороны высокопоставленного офицера, ни разу за все время моей работы в департаменте.

Джек больше не мог этого выносить.

– Все твое время?
– возразил он.
– Сколько же это, около шести месяцев? Я работаю в этом отделе уже десять лет, малыш. Я ловил наркоторговцев, когда ты еще играл с Джи-Ай-Джо. И на случай, если ты не заметил, я старше тебя по званию.

Но Нойл продолжал холодно, как камень.

– И, если вы не заметили, капитан, отдел внутренних расследований работает под непосредственным руководством окружной администрации. Когда мы слышим о чем-то в департаменте, мы проводим расследование. Это наша работа. И мы немало о вас слышали.

– Хорошо, конечно, - сказал Джек. Его единственной тактикой было опередить этого подонка.
– Я немного свихнулся после дела Лонгфорда, и у меня было несколько личных проблем, и иногда я выпиваю лишнего, но я никогда не употреблял алкоголь на службе.

– Вы были пьяны прошлой ночью, капитан?

Джек не ответил.

– Вы были пьяны две ночи назад?

"Этот ублюдок приставил ко мне сторожевых псов", - понял Джек.

– В те две ночи вы пили спиртное в таверне "Подземелье"?

– Да, я пил спиртное, - признался Джек.
– Я почти уверен, что "сухой закон" был отменен пару лет назад.

– Разве вы на самом деле не напились до состояния полного опьянения, капитан? Это правда, что вы так много выпили, что потеряли сознание в баре, и вас пришлось выносить оттуда?

Джек кипел от злости. Теперь ему все было ясно, так что не было причин сдерживаться.

– Ты маленькая фея с подхалимским личиком.

– Это моя работа - расследовать публичное поведение любого офицера, чья профессиональная надежность поставлена под сомнение. Основываясь на своих документах, Отдел внутренних расследований пришел к выводу, что у вас серьезная проблема со злоупотреблением алкоголем, и в офис комиссара было рекомендовано, чтобы вы поспешно прошли окружную программу реабилитации от алкоголизма.

"Поспешно, - подумал Джек.
– Только слабак мог бы использовать такой термин как "поспешно"."

Внезапно он почувствовал, что вся его карьера в руках этой чопорной, помешанной на анальном сексе маленькой шлюшки.

– Я сделаю это, - сказал он.

– Кроме того, было рекомендовано отстранить вас от действительной службы с сохранением заработной платы до тех пор, пока вы успешно не завершите указанную программу. Пожалуйста, знайте, что у вас есть право оспорить рекомендации ОВР. Однако я бы настоятельно не советовал этого делать.

– Пожалуйста, не отстраняйте меня от расследования дела "религиозного треугольника", - попросил Джек.

– У вас также проблемы со слухом, капитан?
– спросил Гентцель.
– С этого момента вы отстранены от всех следственных действий. Согласны вы или нет, но вы отстранены от расследования дела "религиозного треугольника".

– Пожалуйста, сэр. Отстраните меня позже, я пройду курс реабилитации позже. Мне просто нужно еще немного времени. Я действительно близок к этому.

– Капитан, единственное, к чему вы действительно близки, насколько я вижу, - это к обвинению в нарушении субординации и психическому срыву. С нашей стороны было бы неразумно позволять неуравновешенному алкоголику руководить расследованием особо важного убийства. Вы потратили драгоценное время и деньги, но не добились никаких положительных результатов. Я передаю это дело лейтенанту Элиоту, который будет работать под непосредственным руководством лейтенанта Нойла.

Джек был ошеломлен.

– Нойл? Вы, должно быть, издеваетесь надо мной, сэр! Он сотрудник ОВР, а не коп! Вы не можете позволить этому чокнутому панку возглавить расследование ритуального убийства!

– Хватит, Джек, - посоветовал Ларрел Олшер.

– Нет, не хватит!

– Лейтенант Нойл - компетентный следователь, - сказал Гентцель.

– Он просто сладенький пирожок, который не смог исследовать даже свои собственные руки!
– закричал Джек.

Рэнди схватил его, пытаясь подтолкнуть к двери. Напряженная поза Нойла и его неизменная улыбка подчеркивали его триумф. Когда Рэнди вывел Джека в коридор, Джек продолжал кричать:

– Он развалит это дело, Гентцель! Он так все испортит, что вам никогда не поймать этих парней!

Дверь захлопнулась. Рэнди удержал Джека.
– Ты что, с ума сошел? Ты не можешь так разговаривать с заместителем комиссара.

– Да пошел он, - сказал Джек. Он высвободился.
– И этот засранец Нойл, пошел он на хуй вдвойне, - его ярость, как облачко дыма, внезапно сменилась ощущением физического поражения.

– Забудь об этом, чувак, - предложил Рэнди.
– Ты сделал все, что мог.