Чтение онлайн

Подъехав ближе, Лодин стал приглядываться к трубам бань. Уж очень хотелось в баню. Смыть с себя пыль, грязь, пот. Свой и конский. А также все печали, тревоги и заботы последних дней. Заприметив трубу, из которой шел слабый дымок, он безошибочно определил, что через час парилка будет готова и направился к прилегающему к бане домику.

– Эй, хозяева. – Зычно воззвал он.

Вскоре появились трое. Отец и два сына. Силушкой Господь не обидел всех троих. Самый маленький из них был на голову выше Лодина.

– Кто таков? – Осторожно спросил отец семейства.

– Путник, добрые люди, просто путник. Прошу ночлега. И вижу банька у вас растоплена. Заплачу, сколько скажете.

Глава семьи задумчиво потер бородку, окинул наемника оценивающим взглядом, после спросил:

– Ты один?

– Один. И две лошадки.

– Куда идешь?

– В княжество Пнежт. За семьей.

Лица хозяев мгновенно расслабились, появилось понимание и сочувствие.

– Проходи, путник. Баня скоро будет готова. А там и ужин. Баро, – позвал тот одного из сыновей, – накорми лошадей. Я Куне, это мои сыновья Баро и Тано.

– Лодин. – Коротко представился наемник.

Они пошли за дом, где прямо на улице был накрыт длинный грубо сколоченный стол, за которым сидели три девушки и женщина в годах. По-видимому, жена Куне и их дочери. Младшая была еще совсем ребенком. А те две, что постарше, с любопытством разглядывали Лодина. Даже, с интересом. Даже весь покрытый дорожной пылью, уставший, он оставался весьма красивым юношей. Даже шрамы не портили его, а лишь придавали мужественности и шарма.

– Это Лодин. – Обратился к семейству Куне. – Он едет в Пнежт за своей семьей. А это моя жена, Нара. Ну, а дочери уже поели и идут в дом.

Девушки, не смея перечить отцу, послушно поднялись и направились в избу, все же бросая украдкой на наемника любопытные взгляды. Все три, даже младшая.

– А ты не стой, присаживайся. – Продолжил Куне. – Перед баней есть не стоит. Воды испей. А я пойду погляжу, готова ли парная.

Сыновья молча сели за стол. Видимо, в этой семье не принято говорить без дозволения родителей. А, может, просто не знали, что сказать.

– Спасибо вам за приют. У вас очень добрый супруг. – Обратился Лодин к Наре.

– Ну что вы. – Мягко улыбаясь, произнесла женщина. Лодин выглядел ровесником ее старшего сына, и она явно прониклась к нему материнской заботой. – Твоя семья живет у границы?

– У самого ущелья. – Мрачно подтвердил он. – Пол дня пути пешком. Скажите, нет ли слухов каких? Не началась ли еще война?

– Нет, юноша, можете быть спокойны. Вы успеете. Князья еще собирают армию. Да и чтобы штольни подготовить, тут много чего надо. Пока никто жилу разрабатывать не начнет, войны не будет. Вот и собирают князья воинов, шахтеров, древесину.

У Лодина отлегло от сердца. Он даже не нашелся, что ответить от радости. К этому времени вернулся Куне.

– Иди путник. Все готово. Потом к ужину подходи.

– Спасибо. – Наемник коротко поблагодарил и отправился в баню.

В парилке было натоплено на славу. Прямо как в родительском доме. Он плеснул воды на камни и растянулся на полке. Полок был горячий, сильно жег кожу, волосы горели от жара, было очень трудно дышать. А все вместе доставляло такое невыносимое блаженство, что он аж застонал от удовольствия, не в силах сдержаться. Мучительная усталость сменялась усталостью приятной, спокойной. Когда дышать стало совсем трудно, Лодин вышел в предбанник и с наслаждением улегся на лавку. Минут через десять вернулся обратно. Плеснул еще воды на камни, на этот раз больше. Вода зашипела, мгновенно превращаясь в горячий, жгучий пар. Все тело моментально стало влажным. Набрав ушат горячей воды, он помылся, потом вновь растянулся на полке. На этот раз наемник пробыл в парилке значительно дольше, перебарывая себя, заставляя тело терпеть, а душу очищаться. Потом выбежал на улицу и с головой окунулся в большую бочку с ледяной водой, только что набранной из колодца. Глава закружилась, тело расслабились так, как это возможно только в случае, когда после жаркой бани окунаешься в ледяную воду. Он раз семь возвращался в парилку, потом вновь окунался, пока не ушли абсолютно все тревоги и переживания. Тело и душа были чисты и невинны, словно готовы были предстать пред Господом. Только тогда он вышел к ужину.

– Ну как? – С улыбкой спросил его Куне.

– Божественно!

– Давай ешь. Завтра, поди, рано выезжаешь?

– Хочу до рассвета.

Куне понимающе кивнул и жестом пригласил Лодина к столу.

– Благодарю вас, добрые люди. Дозволите спросить, как у вас тут жизнь протекает? Все ли спокойно?

– Да как тебе сказать, – хозяин запустил пятерню в волосы на затылке, – что-то новое тут происходит не часто. Но бывает. Иногда хорошее, чаще плохое. Мы ужо ко всему привычные. Живем потихоньку. А ты много по свету походил?

– Не очень, если честно. Но походил. Княжества все обошел, тут войн много. А таких, как я война кормит.

– Да уж, у меня, эвон, старшой тоже хочет в ваше братство податься. Не по душе ему на земле работать. Воевать хочет.

Лодин промолчал. Что тут ответить? Если хочет, скорее всего уйдет. Никто не отговорит. Только вот голову сложит в первой же битве. Плохие из крестьян солдаты. Их учить надо. А князья не любят учить. Дорого. Им проще новичков в бой кидать, количеством врага давить. Потом, зато, жалованье платить не нужно. Мертвым жалованье ни к чему.

– Ладно, путник. Ночлег в сарае тебя устроит? Там сено свежее.

– Конечно. Благодарю вас.

– Пустое. – Отмахнулся Куне. – Ты, главное семью спаси. Надеюсь, и мой сын, не приведи Господи нужда такая возникнет, нас также спасать поедет.

Лодин поблагодарил и направился к сараю. Тот оказался чистым и уютным. Половину строения занимал большой сеновал, где было навалено свежее благоухающее сено. Наемник кинул на кучу сена плащ, скинул одежду, с удовольствием лег сверху плаща и мгновенно уснул.

Проснулся он посреди ночи от того, что кто-то тихонько крадется. Он не подал виду, что не спит, но тело было готово дать отпор, если понадобится. Хотя Лодин уже понял, что опасности нет. Судя по звукам и легкому, нежному колыханию воздуха, к нему приближалась молодая девушка.

– Эй, путник, ты спишь? – Действительно, так и есть. Это была средняя дочь Куне и Нары. Красивая молодая девушка зим восемнадцати или еще меньше отроду. Русая, с большими карими глазами, пухлыми губками, красивой развитой девичьей фигурой, стройными сильными ногами, она стояла перед ним сейчас босая, в одной лишь нательной рубахе, сквозь которую в лунном свете просвечивали все ее женские прелести. А похвастаться девчонке было чем.