Иногда

Здесь каждый рассказ – отдельная история. Увлекательная, своя, жизненная. Трагичная, смешная, повествовательная. Но всегда – интересная.

Содержание не основано на реальных событиях, это и есть реальные события: то, что происходит с вами, с людьми в доме напротив, в соседнем районе, в ближайшем городе. Происходит сейчас и не дает оставаться равнодушным.

Сделайте перерыв после чтения, даже если история короткая. Дополнения к основной части – тоже рассказы, но уже об известных писателях, а также несколько цитат о текстах с комментариями.

– Ты часто смотришь на ночное небо.

– Иногда.

Он подошел к ней, стоящей на балконе и задумчиво поднявшей глаза к темной дымке наверху, накинул на плечи тонкий плед и обнял.

Потом она расскажет. Как когда-то, еще в детском садике, нежно огибали ранимые, острые углы детской души. Как воспитатель, добрая, мягкая женщина, голосом, почему-то проникающим в самую глубину, рассказывала, что люди, уходящие из мира, который рядом, превращаются в звездочки на небе.

Как обрывки памяти выхватывают из детского прошлого, когда тебе еще нет даже семи, картинки то в цветастых, то в серых тонах.

Как быстро мама, еще такая звонкая, юная, молодая, в ярком, белом сарафане с красными маками, подхватывающая ее на руки и кружащая вокруг до оглушающего визга, до летящего навстречу солнца и прикосновений теплого ветра в волосах, – как быстро мама стала совсем другой.

Как подолгу она стала оставаться в своей комнате. Одна. Как временами ее увозили, и было видно из окна, как ей помогали дойти до машины, а через несколько дней она возвращалась, и только на одну улыбку для дочери у нее и оставалось сил. Как несколько раз в квартире были посторонние – врачи, так почему-то грустно и виновато бросающие взгляды на маленькую девочку, то стоящую в дверном проеме, то молча сидящую на краешке кресла.

Как однажды ночью она вдруг проснулась и, не надевая тапок, босыми ногами, тихонько зашла к маме в комнату, подошла к кровати и обхватила ее лежащую вдоль тела руку своими маленькими ладошками. И как в полоске луны на ее лице она разглядела одну капельку, которая бежала по щеке.

Как, вернувшись из садика на следующий день, она уже все знала. Как долго стояла в пустой комнате. Как заходила, заглядывала туда снова и снова в надежде, что все вернется. Что мама вернется. Даже – пусть не будет больше никогда того искрящегося солнца, того ветра в волосах и заливистого смеха. Пусть никогда не будет.

Потом она расскажет. А пока просто со светлой, молчаливой грустью, которая стала такой через два десятка лет, постоит и молча посмотрит на небо. Где какая-то звезда для каждого горит немного ярче других. Но для нее – намного ярче. Иногда.

Когда незнакомые туристы в горах встречаются друг с другом, они здороваются. На тропе, идя навстречу. Сначала это удивляет. За десятки километров от цивилизации, где не ловят мобильные телефоны и нет соцсетей, люди начинают вести себя по-другому. Более чутко, более внимательно и вежливо.

Потом узнаёшь, почему все говорят тебе «здравствуйте», а многие еще и вглядываются, словно хотят ощупать лицо глазами и запомнить. Он хотят подсознательно запечатлеть в памяти твой образ.

Потому что через несколько часов эти же люди, возможно, будут тебя спасать. Искать, заблудившегося в тумане или ослепшего от выпавшего снега. Свернувшего с маршрута и упавшего с обрыва. Отставшего от группы или путешествующего в одиночку, но подвернувшего ногу и не добравшегося до приюта. Потерявшего рюкзак, спички, силы и надежду.

Поэтому, наверное, слишком мало людей попалось навстречу туристам группы № 93 на Западном Кавказе, 21 человек из которой погиб в сентябре 1975 года.

Наступил вечер, день рождения заканчивался. 10 лет, 10 гостей, которые уже ушли. Развлекательный центр, аттракционы, аниматоры, конкурсы и большой торт на заказ.

И 10 конвертиков с деньгами. Девочка разложила их на столе в своей комнате. Села удобнее в кресле, облокотилась на спинку. Медленно протянула руку, составила цветные картонки в стопочку: они плохо держались и все время скатывались.

– А правильно ли это? Разве так должно быть? – на кухне отец наливал по третьей рюмке коньяку.

– Не знаю. Слишком много поменялось. В приоритете прагматизм, за которым прячется лень, отсутствие фантазии и безразличие. Но детские впечатления нельзя заменить бумажкой с Ярославлем. Улыбку ребенка невозможно купить, можно только заслужить, – добрые глаза деда затуманились, – ты помнишь, как мог получить на Новый год или именины свитер с оленем? Или новые ботинки? Вижу, что помнишь. А знаешь, почему помнишь? Это. Был. Подарок.

Когда они заглянули в комнату, девочка уже спала. Она прижимала к себе куклу. Старенькую, в вязаном шитом платьице, но опрятную и красивую, которую бережно хранила бабушка и подарила в первый юбилей по наследству.

10 конвертиков валялись на полу. Кто-то смахнул их со стола. Может, ветер. А может, рука девочки. Мама собрала их, поцеловала дочь и вышла из комнаты.

Они приезжают туда, откуда принято уезжать. Бросать все, навсегда покидать родные места и за лучшей жизнью перебираться в мегаполисы, центры регионов, столицу.

Потому что в маленьких хуторах, селах, деревнях России живут так: без возможностей. И если взрослые чувствуют в себе силы, они увозят детей.

Но многие остаются. И продолжают мечтать.

Ведь они могут. Не хуже других сверстников могут. И хотят. И верят. А теперь еще и ждут.

Ждут «Кружок».

Это – независимый проект, сообщество энтузиастов: музыкантов, дизайнеров, веб-разработчиков, архитекторов, журналистов, даже – астрономов. Они приезжают в отдаленную точку на карте, а, например, многим жителям Москвы, любая точка за МКАД кажется отдаленной, и вместе с детьми воплощают их творческие идеи, выступая в качестве помощников и преподавателей. И делают это бесплатно – за свой счет или на деньги спонсоров.