Чтение онлайн

Тем не менее Карпухину удалось-таки уломать Леонида, и тот сообщил, что будет в спортивном клубе «Прометей» с восьми до десяти вечера. Майор подивился тому, что клуб работает так поздно, но обрадовался подвернувшейся возможности поговорить с Кадреску. Ведь о том, чтобы попасть к нему домой, и речи быть не могло: этот человек охранял собственное жилище, как средневековые английские бароны не охраняли свои замки – даже в самые смутные времена! Кроме того, патолог держал собак, некоторые из которых отнюдь не отличались дружелюбием. Артем готов был терпеть присутствие доброго пса Агнии, однако собаки Кадреску… Бр-р – это совсем другое дело, один его бультерьер чего стоит! Он слишком напоминает хозяина, чтобы по отношению к себе вызывать у кого-либо теплые чувства, и, несмотря на отличное воспитание, способен до чертиков напугать кого угодно.

Карпухин не ожидал увидеть совершенно пустой зал. Ну, «совершенно» – не совсем правильное слово, так как два человека там все же присутствовали. Один из них лежал под штангой, а второй, вернее, вторая – высоченная, загорелая девица с телом римского гладиатора – стояла, нависнув над ним, громко считая:

– Девяносто шесть, девяносто семь, девяносто восемь…

При счете «сто» штанга со стуком упала на упоры.

– Сегодня ты не в форме! – с явным недовольством произнесла «гладиаторша», помогая Леониду подняться.

Когда он слез со снаряда, Карпухину оставалось лишь подивиться тому, как похожи тела этих мужчины и женщины. Разве что ростом Кадреску превосходил тренера, а так оба напоминали картинки в учебниках по биологии и словно бы состояли из одних мышц и упругой кожи. Блестевший от пота Леонид походил на картинку с обложки журнала «XXL», и майор с тоской подумал о том, что его фигура давно потеряла былую гибкость. Хотя, вынужден он был честно признать, его фигура никогда не выглядела так, как у Леонида, даже в самые лучшие времена. И, конечно, дело не только в том, что Кадреску относился к своему телу как к храму, но и генетика, по-видимому, играет тут не последнюю роль. Так Карпухин успокаивал себя, приближаясь к этим двоим.

– Ну, извини, – вздохнул Леонид в ответ на нелестное высказывание тренерши. – Распустился.

– Это точно, – поморщилась она. – Почему вчера не пришел?

– Э-э…

– А позавчера?

Тон ее звучал обвинительно, и майор счел необходимым вмешаться.

– Боюсь, это моя вина, – сказал он, лучезарно улыбаясь.

Леонид как-то весь подобрался. Странное дело, но патолог, похоже, страшно боялся, что кто-то увидит его слабые места. Карпухину пришло в голову забавное сравнение: Кадреску напомнил ему дракона Смога из бессмертного произведения Толкиена. У дракона имелось одно-единственное незащищенное место, которое он никому не показывал, поэтому все считали его неуязвимым. Но об этом слабом месте случайно узнал старый дрозд и напел на ухо лучнику Барду, куда нужно целиться. Итак, Смог погиб потому, что кто-то пронюхал о его «ахиллесовой пяте». Может, и Кадреску считает, что его постигнет та же участь, если он подпустит кого-то слишком близко к себе? Совсем недавно Артему показалось, что патолог вроде бы нашел-таки женщину, которая могла внести свежую струю в его однообразную размеренную жизнь, протекавшую четко по расписанию. Майор ни разу ее не видел, но слышал о ней от Вики и Агнии. Эти двое были единственными людьми в мире, которых Леонид не опасался. Почему – бог его знает, но они по какой-то непонятной причине находились в курсе его дел. По крайней мере, частично. Интересно, та девушка все еще актуальна? Или, может, эта тренерша заняла ее место?

– Ваша вина? – удивленно переспросила молодая женщина. – А вы, простите, кто?

– Майор Карпухин, Артем Иванович, – представился он, слегка наклонив голову.

– Майор?

– Он следователь, Арина, – неохотно пояснил Леонид.

– У тебя неприятности? – нахмурилась тренерша.

Так-так, подумал майор, значит, она, как и все остальные, абсолютно не в курсе того, чем на самом деле занимается Леонид? Что ж, в этом весь Кадреску!

– Нет-нет, – поспешил разубедить женщину Карпухин. – Просто… мне необходима консультация специалиста.

– На сегодня закончим! – быстро свернул разговор патолог. – Завтра приду пораньше – обещаю. – И сквозь зубы, обращаясь к Артему, добавил: – Мне нужно в душ.

Надо отдать ему должное: Кадреску не задержался и вышел из душевой минут через семь.

– Вы что, до завтра не могли подождать? – недовольно проворчал он, натягивая чистую футболку. В раздевалке было пусто, и майор опустился на длинную скамейку.

– На завтра у меня много всего запланировано, – ответил он. – Боялся, что опять не успею к вам зайти. Так что там по нашему делу?

– Говорят, паренька опознали? – не ответив на вопрос Артема, спросил Леонид.

– Ага. Плохо работаем, плохо – если бы родители сами не начали морги обзванивать, так и потеряли бы тело! Вообще-то странно, что они так рано спохватились, ведь Щукин жил отдельно. К счастью… или к несчастью, у него были хорошие отношения с матерью, чего не скажешь об отце.

– Пришли результаты биохимии по этому Щукину. У него в крови обнаружены кое-какие гликозиды, происхождение которых я пока затрудняюсь объяснить. Зато точно знаю, что там точно есть следы психоделиков.

– Чего-чего?

– Проще говоря, галлюциногенов.

– Наркотики, значит?

– Нет, Артем Иванович, не просто наркотики – галлюциногены.

– Ну, разница-то невелика!

– А вот и ошибаетесь! – рассердился Кадреску.

Майор напомнил себе, что бурная реакция патолога вызвана его непримиримостью в отношении деталей. Леонид во всем любил точность и не терпел, когда в его присутствии играли словами и подменяли понятия, даже если делалось это без всякой задней мысли.

– Галлюциногены, – продолжал патологоанатом уже более спокойным тоном, – это препараты, вызывающие иллюзии и бред. От наркотиков их отличает способность изменять восприятие и настроение.

– И что там у него? – примирительно поинтересовался майор. – ЛСД?

– Мескалин.

– Меска… Звучит как-то знакомо.

– Мексиканцы пьют алкогольный напиток под названием мескаль. Южноамериканские индейцы использовали это вещество для достижения состояния транса. Понимаете, действие психоделиков уникально тем, что, в отличие от большинства других психоактивных веществ, к примеру, опиатов и стимуляторов, они не гарантируют достижения заранее известного состояния психики, а дают возможность испытывать неожиданные переживания, обычно недоступные при нормальном состоянии сознания.

– И как вы объясняете факт обнаружения мескалина в крови Щукина?

– Ну, молодежь сейчас бесконтрольно шатается по клубам, они употребляют всякую дрянь, но мескалин – это что-то новенькое! Вы знаете, что когда-то это вещество и его производные имели название фантастикумы?

Карпухин покачал головой: он легко признавал авторитет патолога, как гораздо более эрудированного человека, нежели он сам.

– Возможно, вы помните о своего рода буме употребления ЛСД, пришедшемся на середину шестидесятых годов? В Союзе, конечно, эта практика не получила такого широкого распространения, учитывая труднодоступность этого галлюциногена, но в США…