Чтение онлайн

Она сняла кольцо, водрузила его на средний палец, а потом мне же и показала этот самый средний палец, оглушительно засмеявшись. Я метнулась к ней и укусила за его фалангу. Безенчучка взвыла, оттолкнула меня, я отлетела на пол – а во рту у меня остался ее перстенек.

– Отдай, сволочь! – крикнула Софья, бросаясь на меня.

Я же плотно сжала зубы. Когда речь шла о ее собственных побрякушках, к тому же таких дорогих, то она не ведает пощады. И что мне теперь делать с перстнем? Проглотить? А что, ведь Софье тогда придется копошиться в моем дерьме, дабы отыскать камешек…

Видимо, Софья поняла мои намерения, потому что истерично завопила:

– Только не глотай его! Верни мне его, Катюша, мы тогда станем хорошими подругами…

И тут она вцепилась мне в шею и принялась душить! Софья добивалась того, чтобы я открыла рот. Я же схватила ее за лохмы и стала выдирать их. Мы катались по паркету, сшибая вазы, этажерки и статуи. К моей большой радости, один из мраморных бюстов свалился на спину Софке, и та болезненно вскрикнула. И почему он не упал ей на черепушку?

Никто из нас не хотел уступать сопернице. Оказывается, тестостерон кипит в крови и у женщин!

Я чувствовала, что кольцо вот-вот провалится мне в горло. А что если оно там застрянет и я задохнусь? «Смерть в девятнадцать с половиной каратов» – прямо-таки название кассового иронического детектива! Но и отдавать перстень я не желала, ведь тогда Софья окончательно восторжествовала бы надо мной, а это требовалось любым способом предотвратить.

Не знаю, чем бы закончилось наша драка, вероятно, мы бы замерли, сцепившись и получив смертельные ранения. Но до такого не дошло, потому что нас принялись растаскивать любимые мужчины – меня Марк, а Софью ее жених. Безенчучка плаксиво жаловалась пасынку Золотой Антилопы, что я украла у нее кольцо, а тот приговаривал, что купит ей новое, с камнем в два раза больше.

– Но я хочу именно это! – капризно потребовала Софья.

Марк подозрительно спросил меня:

– Кольцо у тебя, Катюша? Отдай его мне.

Я отрицательно замотала головой. Безенчучка закричала:

– Она проглотила мое кольцо с бриллиантом, сумасшедшая! Ее надо в психушку запереть!

– Катюша, прошу тебя. – произнес с укором иллюзионист, и мне не оставалось ничего иного, как выплюнуть Софьин перстень на пол. Возликовав, светская красавица потянулась за ним – и, вдруг побледнев, в ужасе прошептала:

– Что такое? Мне не хватает воздуха! Мне больно! Ах, я сейчас умру!

От ее слов даже Марк переполошился не на шутку, но я жестко схватила его за руку:

– Ничего с ней не будет, Софка только комедию валяет.

Оказалось, что нет – у Безенчучки были сломаны два ребра и имело место смещение межпозвоночных дисков вследствие падения на ее спину мраморного бюста, произошедшего во время нашей битвы (впрочем, выяснилось это немного позже). Я была чрезвычайно довольна случившимся и даже посоветовала Софье пить побольше молока и есть побольше творога, тогда кости не будут такими хрупкими.

Наследник миллиардов подхватил стонавшую Софку на руки и унес из комнаты. Мне так хотелось, чтобы и Марк поступил подобным образом со мной, но иллюзионист, казалось, был чем-то расстроен и даже разозлен. Он стремительно вышел вслед за пасынком Золотой Антилопы, оставив меня, совершенно беспомощную, одну. Пришлось медленно ползти по полу, а потом взбираться самостоятельно на кушетку.

Ничего у меня особенно не болело, но ужасно хотелось реветь. И почему Марк пренебрег мной? Неужели наша любовь давно прошла и ему какая-то Софка Безенчук намного важнее меня?

Наконец Марк вернулся и, заметив мое заплаканное лицо, присел рядом, прижал к себе.

– Глупая моя девочка! Ты сама не знаешь, что наделала. Вляпалась в историю, которая тебе еще аукнется...

– Ничего не аукнется! – заявила я, прильнув к груди Черносвитова. – Или ты думаешь, что мамаша Софьи, сенаторша Совета Федерации, снова устроит мою травлю? Или Софья теперь наймет киллера, дабы тот замочил меня?

Марк поцеловал меня в лоб и устало сказал:

– Бедняжка! Кто бы мог подумать, что произойдет такое? Даже передвигаться нормально не может!

– Отчего же, я могу! – с легкостью соскочила я с кушетки. – Это у Софки чего-то там в организме треснуло, видимо, ржавые велосипедные спицы, на которых держится ее скелетик.

– И ей придется соблюдать постельный режим. Бедняжка Софья! – добавил Марк.

Меня как поленом по голове огрели – мой милый иллюзионист пекся, оказывается, о здоровье Безенчучки! После всего того, что она мне причинила! Просто не может быть! Как он смеет? Или провел со мной несколько ночей, и все, можно отношения завершать? И его новой пассией станет Софка? Впрочем, она ведь собралась замуж за пасынка Роксаны Петрухиной...

Чувствуя, что меня душат горячие слезы, я выбежала из комнаты, не обращая внимания на окрики Марка. Вот и доверяй после этого мужикам! Отчего они такие коварные и ветреные?

Я все искала свои апартаменты, но никак не могла найти их – резиденция Золотой Антилопы по размерам не уступала дворцу саудовского шейха. Я блуждала по обставленным с вызывающей роскошью комнатам и вскоре поняла, что заблудилась – даже вернуться назад, к Марку, уже не могла.

Поэтому не оставалось ничего другого, как залезть с ногами на один из шикарных, обтянутых шелком диванов, дать волю слезам, а потом прикорнуть. Снилось мне что-то приятное и чувственное, а главным персонажем видения был Марк. Но в самый занимательный момент я внезапно проснулась, причем мне понадобилось несколько мгновений, чтобы осознать, где я нахожусь.

Надо мной склонился дворецкий. Обрадовавшись его появлению, я заявила:

– Вот что, уважаемый, проводите меня в отведенные мне апартаменты, а то я заблудилась в вашем лабиринте!

– Госпожа Саматоха, вас желают видеть Роксана Фаридовна, а также господа из кризисного штаба, – прошелестел он. И добавил сакраментальную фразу: – Соблаговолите следовать за мной!

Я с бьющимся сердцем двинулась за дворецким. Итак, Софка нажаловалась своей будущей свекрови, и та решила устроить мне взбучку. А с Золотой Антилопой, как я узнала на собственной шкуре, лучше не связываться. Но что она может, в конце концов, сделать? Разве только наорать и пригрозить серьезными последствиями за то, что я обидела ее будущую невестку. И, не исключено, заставить извиниться перед ней, изнеженной дрянью. Ни за что! Даже если мне будет грозить четвертование и последующее сожжение на костре! Прошли, безвозвратно прошли те времена, когда я добровольно намеревалась посыпать голову пеплом и униженно вымаливать у Безенчучки прощения. Прилюдно плюну ей в лицо и осведомлюсь, как ее боевые раны, вот что я сделаю!