Чтение онлайн

Губы англичанина дрожали, лицо скривилось от отчаяния, и я почувствовал невольное отвращение.

«Луи, в наших жилах течет одна кровь. Я имею в виду… мы же цивилизованные люди, а не эти дикари!»

«Постарайтесь успокоиться, Морган, – сказал я и протянул к нему руку. – Я хочу, чтобы вы мне рассказали, что же случилось после с вами и Эмили…»

Морган пытался достать бутылку, я помог ему вытащить ее из кармана и открыл пробку.

«Вы настоящий друг, Луи, – благодарно кивнул Морган. – Я поскорее увел Эмили оттуда. Они собирались сжечь труп прямо на кладбище. Она не должна была этого видеть… – он схватился за голову. – Мы не могли найти экипаж, чтобы уехать: никто не хотел везти нас в такую даль. До ближайшего спокойного места два дня пути».

«Но как же местные жители все это объясняют?» – настаивал я, потому что видел: молодой человек долго не продержится.

«Вампиры! – воскликнул Морган и расплескал виски. – Вампиры, Луи можете ли вы поверить?! – Он указал бутылкой на дверь. – Нашествие вампиров! Они все говорили шепотом, будто сам дьявол подслушивал за дверью: Господь смилостивился, и мы ее остановили! Та несчастная девушка с кладбища; оказывается, это она каждую ночь выбиралась из могилы и охотилась за ними! – Он снова присосался к бутылке и простонал: – О Боже…»

Я смотрел, как он пьет, и терпеливо ждал.

«А Эмили… – продолжал Морган, – ей все это казалось чарующим, как огонь в очаге, как славный ужин или стакан хорошего вина. Она не видела мертвой девушки, не видела, что с ней сделали. – В его голосе звучало отчаяние. – Как я хотел выбраться отсюда! Я предлагал им деньги, говорил: раз все кончилось, можно нас увезти и подзаработать».

«Но ничего не кончилось...» – прошептал я.

Его губы дрогнули, слезы навернулись на глаза.

«Как это случилось?» – задал я вопрос.

«Не знаю», – выдохнул Морган, покачал головой и прижался лбом к бутылке, словно искал прохлады.

«Вампир пробрался на постоялый двор?»

«Мне сказали, что она сама вышла к нему. – Слезы текли по его щекам. – Все было заперто! За дверями и окнами все время следили, но наутро поднялся крик: Эмили ушла. Окно было распахнуто. Я выбежал, даже толком не одевшись, и нашел ее на улице, позади дома. Эмили лежала под персиковыми деревьями, у нее была в руках пустая чашка. Они сказали, что вампир выманил ее, она хотела дать ему попить…»

Бутылка выскользнула из его рук. Он ссутулился, зажал уши ладонями, уронил голову на грудь.

Я сидел, смотрел на него и не знал, что сказать.

Он тихо плакал, говорил, что эти люди хотят осквернить его жену, они считают, что она тоже стала вампиром…

«Нет, – сказал я ему, – это не так». Но он уже не слушал меня. Чуть не падая, он подался вперед, потянулся к свече и, потеряв равновесие, толкнул ее так, что горячий воск затушил то немногое, что осталось от фитиля. Мы оказались в темноте, и он безвольно уронил голову на руки.

Теперь казалось, что весь свет в комнате собрался в глазах Клодии. Я сидел в некоторой растерянности, надеясь, что Морган не проснется, но когда тишина стала затягиваться, вошла хозяйка. Ее свеча осветила пьяного спящего англичанина.

«Теперь выйдите, – сказала она мне. Вокруг нее толпились темные фигуры, женские и мужские; старая деревянная гостиница наполнилась шарканьем шагов. – Ступайте к огню».

«Что вы собираетесь делать? – Я поднял Клодию и прижал к себе. – Я хочу знать, что вы решили предпринять!»

«Идите к огню», – приказала женщина

«Остановитесь, не делайте этого», – сказал я.

Глаза хозяйки сузились, она процедила сквозь зубы:

«Выйдите отсюда!»

«Морган», – позвал я англичанина, но он не услышал меня.

«Оставьте его», – с яростью сказала женщина.

«Но это же глупо! Разве вы не понимаете – эта женщина уже умерла!» – взывал я к ней.

«Луи, – прошептала Клодия неслышно для остальных, обняв меня за шею, – оставь этих людей».

Крестьяне входили в комнату, устремив на нас мрачные взоры, и становились вокруг стола.

«Но откуда они? – прошептал я. – Вы же обыскали кладбище! Если это вампиры, то где они прячутся от вас? Эта женщина уже не причинит вам вреда. Лучше уж устройте охоту на вампиров».

«Днем, – мрачно кивнула хозяйка. – Мы их поймаем днем».

«Где? Там, на кладбище? Будете разрывать могилы?»

Она мотнула головой.

«Развалины, – ответила женщина. – Мы ошиблись: они прятались там всегда, еще во времена моего деда. И сейчас ОНИ там. Если придется, мы разберем это место камень за камнем. Но сейчас… уходите из комнаты. Мы вышвырнем вас вон, прямо в темноту! – Она вытащила из-под фартука зажатый в кулаке кол и подняла его в мерцающем пламени свечи. – Слышите меня, уходите!» – повторила она. За ее спиной, молча сверкая глазами, сгрудились мужчины.

«Да… – ответил я. – Прочь отсюда. Так будет лучше»,

Я прошел мимо, чуть не отбросив ее в сторону. Остальные отступили назад. Я взялся за щеколду и одним быстрым движением отодвинул ее.

«Нет! – закричала женщина на своем гортанном немецком. Она с ужасом смотрела на щеколду. – Вы не понимаете, что делаете!»

«Где эти развалины? – холодно спросил я. – Надо ехать налево или направо?»

«Нет, нет!» – Она отчаянно мотала головой.

Я открыл дверь, мне в лицо ударил холодный воздух. Одна из женщин около стены что-то зло и отрывисто сказала. Всхлипнул во сне ребенок.

«Я ухожу. Мне нужно только одно. Скажите мне, где эти развалины, чтобы мы держались от них подальше. Ну, говорите».

«Вы не знаете, что делаете», – бормотала она.

Я взял хозяйку за запястье и медленно потянул за собой. Доски пола заскрипели, она упиралась. Мужчины подвинулись было ближе, но, когда женщина ступила на порог в темноту, остановились. Она вскинула голову, и волосы упали на ее дикие, расширенные глаза, свирепо глядевшие на мою руку.

«Говорите же», – сказал я.

Она смотрела уже не на меня, а на Клодию. Клодия повернулась к ней, и отблески огня освещали лицо девочки. Я знал, что женщина не видит сейчас ни пухлых щечек, ни детских губ, а только глаза, полные темной дьявольской мудрости. Хозяйка нервно покусывала губы.