Чтение онлайн

– Это было не вполне честно, – заметил Лукас.

– К чертям честность. У этого парня конституция быка. Он сел и налил себе бокал вина. – И бьет хорошо.

Он потер челюсть.

Лукас похлопал его по плечу и показал пальцем. Д’Артаньян снова вставал.

– Вроде мы договаривались драться на кулаках, а не ногами, – сказал он. Его слова были неразборчивы, и он нетвердо стоял на ногах.

– И он прав, – сказал Лукас.

Хозяин трактира отважился вылезти из-под стола и теперь с интересом наблюдал за происходящим.

Финн встал.

– Не стесняйся использовать все, что пригодится, – сказал он и поднял кулаки.

Д’Артаньян, двигаясь быстрее, чем можно было от него ожидать, ударил Финна стулом. Стул разлетелся, а Финн упал на пол без сознания.

– Отлично пригодилось, – сказал Д’Артаньян. Он повернулся к Лукасу. – Теперь, месье, ваша очередь.

Лукас поднял руки.

– Только не я. Мы с вами не ссорились, месье. Если честь была удовлетворена, позволите ли вы мне разделить с вами наше вино, пока мой друг получил столь заслуженный отдых?

Д’Артаньян быстро обдумал приглашение.

– Честь удовлетворена, – сказал он, – хотя я не думаю, что это было тем, что имел в виду мой отец, когда советовал мне драться на дуэлях. К тому же, мне и самому не помешает отдохнуть. Ваш друг обладает силой десятерых.

Он сел за стол Лукаса.

Лукас налил ему бокал вина, который тот быстро выпил.

– Может, Финн и обладает силой десятерых, – сказал он, – но, как я вижу, на полу лежит он, а не вы. Позвольте мне вас поздравить. Я впервые в жизни увидел, как он проиграл бой.

– Финн? Что это за имя?

– Ирландское, – сказал Лукас.

– Ага. И вы тоже ирландец?

– Нет, я гасконец.

– Надо же! Мы земляки! Я тоже гасконец! Возможно, вы слышали о моем отце? Он был известным солдатом.

– Я действительно о нем наслышан, – сказал Лукас. – Именно поэтому я отговаривал моего друга скрестить с вами шпаги. Мы через многое прошли, и я не хотел бы, чтобы мой друг пал от руки сына знаменитого Д’Артаньяна. Если вы хотя бы вполовину столь же хороши, как ваш отец, то у моего друга не было бы шансов. И, в конце концов, это ведь было всего лишь недоразумение.

– Ну, по правде говоря, я пытался спровоцировать дуэль, – сказал Д’Артаньян, несколько смутившись.

– Потому что следовали совету отца.

– Точно. Он сказал, что необходимо драться на дуэлях, чтобы завоевать уважение и репутацию. Приношу вам свои извинения, месье. Мне бы не хотелось лишить соотечественника-гасконца его друга.

– Понимаю, – сказал Лукас. – В конце концов, к наставлениям отца должно прислушиваться.

– Как ваше имя, месье, могу я узнать, с кем имею честь общаться?

Лукас быстро пораскинул мозгами. Прист было английским именем, а Англия была врагом Франции.

– Дюма, – сказал он. – Александр Дюма.

– Рад с вами познакомиться, месье Дюма. Надеюсь, ваш друг не затаит на меня обиды, когда придет в сознание.

Финн застонал. И попытался медленно сесть. Трактирщик принес ему миску с водой и кусок влажной ткани. Д’Артаньян подошел и помог ему встать на ноги.

– Надеюсь, вы не ранены, сир, и что между нами не осталось неприязни. Месье Дюма все мне объяснил, и я вижу, что это все-таки было недоразумение.

– Кто? – спросил Финн.

– Он все еще не отошел, – сказал Лукас. – Наверняка ты помнишь меня, мой друг… Александра Дюма? Надеюсь, этот удар не отшиб тебе память. Оказалось, что мы с месье Д’Артаньяном земляки. Оба из Гаскони.

– Ты… Как, ты сказал, твое имя?

– Дюма.

– Я так и думал, что ты это сказал. Я просто не был уверен, что расслышал.

– Боюсь, я причинил вред его здоровью, – сказал Д’Артаньян с искренней обеспокоенностью.

– О, нет, с ним все будет в порядке, – заверил Лукас. – У ирландцев крепкие головы.

Пока Д’Артаньян помогал Дилейни встать на ноги, дверь в гостиницу отворилась, и в нее вошла толпа заливающихся громким смехом людей.

– Ты когда-нибудь видел такое животное в своей жизни? – спросил один из них, высокий, темноволосый кавалер со шрамом на щеке. – Оранжевая лошадь! Подходящий скакун для тыквы!

Д’Артаньян внезапно выпрямился, и лишенный поддержки Финн снова соскользнул на пол.

– Простите меня, – сказал Д’Артаньян, помогая Дилейни снова подняться. – Думаю, этот человек смеется над моей лошадью.

– Кто смеется над лошадью, тот смеется над ее хозяином, – сказал Лукас, вспомнив, что именно в этой таверне Д’Артаньян впервые повстречал графа де Рошфора, и что человеком, только что вошедшим с группой охранников, не мог быть никто другой.

– Вы так считаете? – сказал Д’Артаньян.

– Разве вы со мной не согласны?

– Возможно, – сказал Д’Артаньян. – Но мне бы не хотелось получить еще одно недоразумение. Без сомнения, человек сказал это просто так.

– Как это «просто так»? – спросил Лукас. – Ясно же, что он посмеялся над вами.

– Действительно? Что ж, возможно, вы правы. И все же не стоит торопиться. Посмотрите, мы сидим здесь как друзья, а еще минуту назад я был готов скрестить с вами шпаги.

– Это было совсем другое дело, – сказал Лукас. – Этот человек проявил наглость и должен быть наказан.

– Возможно, вы правы, – сказал Д’Артаньян. – И все же, мне бы не хотелось сделать поспешный вывод. Да и моя лошадь, боюсь, выглядит немного забавно.

– Что ж, я не собираюсь сидеть здесь и видеть, как моего соотечественника оскорбляют, – сказал Лукас. – Вы, сир! Вы, со шрамом.