Чтение онлайн

Но он должен был сказать ей кое-что еще.

Джонни скользнул рукой вниз по нежной коже ее руки, по боку, по талии и бедру, а затем между бедер.

Коснулся клитора, нажал, перекатил, она ахнула, и Джонни сказал ей на ухо:

— Я тоже влюбляюсь в тебя.

Она вскрикнула, ее киска плотно сжалась вокруг его члена, тело содрогнулось под ним, задница сильно прижалась к его паху. Это было настолько интенсивно, настолько приятно, что он не мог объезжать ее во время оргазма, поэтому уткнулся лицом ей в шею, вошел глубоко и, застонав, выстрелил в свою Иззи.

Когда он вернулся в комнату из того места, куда его увела Иззи, то сильнее прижался лицом к ее шее и держал ее ногу согнутой, пока нежно и сосредоточенно трахал, запоминая каждый дюйм внутри нее, выходя из шелковистой влажности невероятно медленно, пока внутри не оставался лишь кончик, а затем также медленно погружаясь обратно.

Он чувствовал ее дыхание в своих волосах, ее уютное и податливое тело под собой. Его рука поднялась от ее бедер к груди, обхватывая ее.

Он услышал, как ее ладонь двинулась по одеялу и накрыла его руку.

Наконец, Джонни погрузился в нее и остался там, обводя губами линию ее шеи.

Она дернулась, отведя голову в сторону, будто хотела отстраниться от него.

Он начал приподниматься, но она произнесла нежно, но настойчиво:

— Не надо. Мне просто щекотно. Твоя борода. Но мне нравится.

Он провел бородой по ее шее.

Иззи задрожала под ним.

И именно тогда он понял.

Это было оно.

Все, что у него когда-либо будет.

Иззи.

Ее тело. Ее киска. Ее волосы. Ее шея. Ее груди. Ее запах. Ее вкус.

Ее живот, который увеличится, когда он посеет семя в ее лоно.

Ее кожа, которая с годами покроется морщинами.

Ее волосы, которые, в конце концов, поседеют.

Он будет оплакивать ее, когда ее не станет, и для него не будет другой женщины.

Или он покинет эту землю первым, зная, что она сделает то же самое.

Это была она.

Его жизнь.

Простая.

И невероятно чертовски красивая.

Джонни сделал решающий шаг, дико трахая Иззи в своей постели.

Но он подумал, что это было уместно, учитывая, что именно так все и началось.

Он прикусил ее за мочку, поцеловал и тихо спросил:

— Хочешь в ванную?

Она не произнесла ни слова, лишь кивнула.

Он поцеловал ее в шею. В плечо. Вышел из нее, развернул, притягивая к себе, и завладел ее ртом в глубоком поцелуе.

Когда он закончил, Иззи посмотрела ему в глаза, лениво моргнув, а когда ее веки снова поднялись, ее глаза улыбались.

— Сейчас вернусь, — прошептала она.

Он кивнул.

Она встала, а он наблюдал, как она ходит голая, обыскивая пол.

Найдя то, что, как он знал, она искала, Иззи наклонилась, подняла его футболку, выпрямилась и, натягивая ее через голову, направилась в коридор.

Она не стала заморачиваться с трусиками.

Рейнджер последовал за ней в ванную.

Джонни ухмыльнулся.

Они оставили Демпси и Вихря с Адди и Бруксом, потому что Иззи хотела, чтобы сестра была дома под защитой.

Так что сейчас здесь был один Рейнджер.

И от Джонни не ускользнуло, что даже в его отсутствие Рейнджер всегда был его собакой. Казалось, он не скорбел и даже не был сбит с толку тем, что Шандры больше нет в его жизни.

Он был дома.

Тем не менее, будучи полностью Джонни, его пес не сблизился с Иззи. Ему нравилось внимание, которое она ему оказывала. Он был собакой. Такова его сущность.

Но он никогда никуда не следовал за ней, оставив при этом Джонни.

Теперь он был в ванной с женщиной Джонни.

Все еще ухмыляясь, Джонни встал с кровати, нашел свои боксеры, джинсы, натянул их, а затем подошел к бокалу Иззи.

Взяв его, отнес на кухню, достал из холодильника бутылку, выдернул пробку и наполнил бокал.

Он взял себе еще пива и, вернувшись к кровати, поставил бокал с вином на тумбочку рядом со своей бутылкой.

Он как раз располагался на кровати, когда Иззи и Рейнджер вернулись.

Она подошла прямо к нему. Переползла через него, прижалась бедром к его бедру и рухнула сверху, тесно прижавшись.

Он скользнул рукой по ее бедру, задрал футболку и обхватил голую задницу, затем нашел пульт и нажал «воспроизвести».

Рейнджер опустил голову на край кровати.

Джонни убрал пульт на тумбочку, потянулся к псу и потрепал его за ушами.

В тот момент, где ему показалось, что они ничего не пропустят в сюжете, он пробормотал:

— Если тебе требуется пространство, детка, бери его.

Она толкнулась глубже в него, наклонила голову и поцеловала его грудь, затем потерлась щекой и пробормотала:

— Спасибо, милый.

— Воспользовавшись им, чувствуй себя в безопасности. Но просто к сведению, если тебе нужно выговориться, даже если ты на меня злишься, и нам нужно что-то решить, выскажи мне все. Я рядом. Я выслушаю. Будешь ли ты разговаривать со мной, огрызаться или кричать. Я выслушаю. И мы во всем разберемся.

На это она его не поцеловала.

Она повернула голову и уткнулась в него лицом, как сонная кошка или новорожденный малыш.

Сердце Джонни сжалось, а затем еще сильнее, когда она прижалась щекой к его груди и прошептала:

— Хорошо, h"aschen.

Она запомнила.

Запомнила, как бабушка называла его.

И вернула ему это прозвище.

Он смотрел на экран телевизора и ничего не видел, просто пытался вспомнить, как дышать.

Когда Рейнджер лизнул его запястье, голос вернулся к Джонни, и он пробормотал: