Инвиктум
Шрифт:
серьезные.
– Пошел ты, - к счастью, это я могу сказать.
– Кому-то нужно поехать с ним, до дома, - продолжает болтать этот придурок, - Я не
могу, Ксана. У меня ночное дежурство по городу, ты же знаешь. Мама просила забрать вас.
Где Реми?
– Она не здесь, только никому не говори.
Они болтают о чем-то еще, но я уже не слушаю. Я отключаюсь, а когда прихожу в себя, то оказываюсь дома. Кто-то мертвым грузом сваливает меня на постель.
– Спасибо большое, - слышится знакомый раздраженный голос. И где я слышал его? А, точно. – Ну что, пьянчуга, надеюсь тебе так же хреново, как и мне.
14
0
Megan Watergrove 2015 INVICTUM
Ксана Стоук возвышается надо мной в своем коротком платьице, и мне становится
интересно, почему такая фигурка досталась этой невыносимой девице. Как ни странно, мне
лучше. Возможно, помог свежий воздух. Или время. Поднимаю свое тяжелое тело и сажусь
на кровати. Провожу ладонями по лицу. Оно холодное, слегка влажное.
А вот и отходняк.
– Ты тащила меня сама? – недоуменно спрашиваю я, осматриваясь. Да, я действительно
в своей квартире. Ксана скрещивает руки на груди и смотрит на меня с нескрываемым
презрением. Усмехаюсь. – Не надорвалась?
– Не знаю, зачем я вообще тебе помогла, - отвечает она, качая головой, - Возможно, если
бы ты загнулся на полу того туалета, то извлек бы для себя урок. Как можно быть таким
идиотом? Сколько ты принял?
– Не твое дело.
– Ха. Знаешь, это я идиотка, - фыркает она, - «Спасибо» не дождусь, верно?
Она разворачивается и уверенно шагает к двери. Подрываюсь вперед и хватаю ее за
руку, прежде чем та касается ручки двери. Ксана часто дышит. Ее грудь то поднимается, то
опускается в такт биению сердца. Она моргает, взмахивая гигантскими ресницами, а глаза
мутнеют. Я знаю, почему такое может происходить.
– Спасибо, - шепчу я ей в губы, а затем целую. Она пытается вырваться, и это еще
больше заводит меня. Прислоняю ее к стене, завожу руки над ее головой, и с еще большим
энтузиазмом терзаю ее рот. Ксана еле слышно стонет. Это заставляет меня ухмыльнуться.
– Отпусти меня! – вопит она истерично, отрываясь от моих губ, - Слышал?
– Я говорю «спасибо». Разве ты не этого хотела?
Она буквально рычит, но не ясно, отчего именно – от того, что ей действительно не
нравится то, что я делаю, то ли наоборот. Ее щеки краснеют, глаза блестят. Она стоит
напротив, такая распаленная, и меня переклинивает.
– Давай переспим, - предлагаю я напрямую. Она округляет глаза и почти задыхается от
явного возмущения.
– Совсем рехнулся?
– Почему нет?
– Что значит почему?
– Найди весомый довод, Кис-Кис, - мурлычу я, снова подходя к ней, - И я тебя отпущу.
Клянусь.
Она нелепо моргает, открывает рот, чтобы сказать что-то, но молчит. У нее доводов нет.
У меня тем более. Это всего лишь секс. Обычное удовлетворение человеческих
потребностей. Ксана тяжело дышит.
– Потому что ты сволочь, - наконец, изрекает она с весьма гордым видом. Смеюсь.
– Так себе довод, - говорю я и прижимаю ее к себе.
14
1
Megan Watergrove 2015 INVICTUM
(Р)
Мы встречаемся в парке, на нашем месте. Джед одет в длинное твидовое пальто черного
цвета, на ногах тяжелые ботинки. А волосы – темные. Я удивленно вскидываю брови, кивая
на его голову. Он ухмыляется, кивая на мою. Смеюсь.
– С ума сойти, - говорит он, дотрагиваясь до моих волос, - Тебе идет легкий налет тьмы.
– Аналогично, - отвечаю я и беру его под руку. Мы гуляем по тропинке, разглядывая
шелестящие деревья, подрезанные кустарники и ухоженные садовниками клумбы. Джед
молчит. Изредка смотрю на его профиль, и каждый раз он кажется мне еще более
задумчивым, чем прежде. Размышляю, что же может происходить в его голове сейчас. Я
вроде и знаю его, а вроде и нет. На самом деле совсем не знаю. Ничего, кроме его имени и
фамилии, ну и того, что он живет по соседству и является пасынком Малкольма Роу,
министра финансов Акрополя. Но отчего-то чувствую себя так, словно он единственный на
свете, кто понимает меня.
Приходим в кафе, в котором обычно бываем в последние дни. Садимся за крайний
столик в углу, заказываем салат. Наблюдаю за его движениями. Он делает все медленно, немного растянуто, словно в замедленной съемке. Тонкие пальцы обхватывают вилку,
подносят к красиво очерченному рту. Он ест так, словно ему вовсе это не нужно. Лениво, скучающе, но с аппетитом.
Иногда он проводит рукой по волосам. Наверное, не привык к новой прическе, -
думается мне. Он не поднимает взгляда. Может, его что-то тяготит? Почему он такой
молчаливый? Обычно его не заставишь помолчать. Но через какое-то время он все же
заговаривает.
– Ты уже час ковыряешь еду в тарелке, - замечает он, - Что-то не так?
Улыбаюсь.
– Думаю о тебе.
– Думаешь обо мне, пока я сижу напротив?
– Теперь я только и делаю, что думаю о тебе, - пожимаю я плечами и поднимаю на него
взгляд. Джед тоже смотрит в тарелку, но через секунду его губы тянутся в ухмылке, а затем
он, наконец, глядит своими невозможными глазами в мои.
– Раз уж у нас вечер откровений, у меня для тебя парочка новостей. Первая, и самая