Инженер магических сетей 7

Особняк рода Каминских, кабинет княжны Загорской.

Елизавета сидела за своим столом и тупо уставилась в одну точку, Она дышала медленно, размеренно. Рука замерла на чашке с уже давно остывшим кофе.

Тут дверь открылась, и в кабинет вошёл единственный человек, который позволял себе не спрашивать на то разрешения. И если раньше Елизавета принимала это как должное, скорее даже с радостью, потому что граф Гроздин был единственным, кому она могла доверять, то теперь такой поступок вызвал ярость.

— Тебя не учили стучать?! — змеёй прошипела она.

— Полно, вам, госпожа. Не стоит так нервничать.

Очень странным был его тон. Не как у подчинённого. Константин изменился после Тунгуса, стал более холодным и расчётливым. Но до сих пор держался некой грани в общении с княжной, а сейчас будто собрался её пересечь.

— Ты… — выдохнула Елизавета, — ты смеешь меня затыкать?!

Вдруг оцепенение, вызванное страхом из-за минувших событий, резко превратилось во вспышку ярости и негодования. Елизавета схватила чашку и швырнула её прямо в Гроздина.

Константин лишь немного наклонил голову, чашка со звоном разбилась о стену, осколки разлетелись по кабинету, а холодный кофе расплескался, замарав пиджак Гроздина.

— Госпожа, — ядовито протянул Гроздин, будто делая одолжение, называя её именно так, — успокойтесь, всё в порядке.

— В порядке?! — прорычала Елизавета. — В порядке?! Карающая Длань сгинула! Ты обещал мне прикончить Разина, но этот ублюдок до сих пор жив. Жив, ты понимаешь?! А теперь я узнаю, что грёбаный Главный Исток Польши взлетел на воздух! Как ты думаешь, кого обвинят?!

— Тихо! — вдруг приказал Гроздин.

Голос его будто был вовсе не человеческим. Страх пронзил Елизавету по всему телу, княжна оцепенела и не могла вымолвить ни слова.

Она что… испугалась?

Испугалась собственного вассала?!

Такого просто не может быть!

Затем произошло и вовсе невероятное. Граф Гроздин вальяжно прошагал к креслу, в котором могла сидеть только Елизавете. Она повсюду возила его с собой, если приходилось задерживаться хотя бы на несколько дней.

В нём она сидела и в Тунгусе, и в Москве, и в Варшаве. Это был её «домик», что-то вроде места силы, в котором само собой приходило чувство безопасности.

Никому не было позволено сидеть на этом кресле, даже Константину. Но Гроздин нарушил запрет с таким видом, будто это его личное кресло. Откинулся на спинку, закинул ногу на ногу и взглянул на княжну свысока, надменно. Так, как привыкла смотреть она сама.

— Все в порядке… госпожа, — обращение он вставил спустя некоторую паузу, будто ставя под сомнение, кто тут хозяин положения. — Да, Разина убрать не удалось, но это не страшно. Его люди ранены. А что до Карающей Длани — вы не повелевали ими лично. Только ваш статус главы рода. Это ненадёжные союзники, а избавиться от них было бы тяжелее, чем даже от Разина. Так что поблагодарим графа за подобную услугу.

Оцепенение слегка спало, и Елизавета начала понемногу приходить в себя.

— О-о чем ты говоришь?

— Я говорю о стратегии… госпожа. Ваш план натравить Болеслава на Разина был, конечно, неплох, но пытаться устранить его физически — это глупый поступок.

— Глупый? — удивилась княжна.

Разве подчинённый может сказать такое своему сюзерену?

— Именно, — кивнул Гроздин. — Если бы Разин погиб, вопросы появились бы и к нам, даже несмотря на участие Болеслава. Слишком уж явные мотивы. К тому же в Польше и без того сейчас начнётся беспорядок. А если бы Болеслава обвинили в убийстве представителя Сената, Великое княжество подняло бы бунт. И доказать свою пользу вам бы не удалось. Но сейчас все карты в наших руках.

— Да о чем ты, мать твою, говоришь?! Карающая Длань была там! Их следы приведут…

— Карающая Длань? — прервал её Гроздин, снова выказав неуважение. — Они не числятся в составе рода Загорских. Их личности никто не знает. Доказать, что эти люди действовали от вашего имени, просто невозможно. Их не существует, Ваше Сиятельство. Они миф. К тому же, судя по всему, они все сгинули.

Елизавета не нашлась, что ответить. Она чувствовала себя какой-то дурочкой, наивным ребёнком, который даже не подозревал, что вокруг происходит. У неё под носом плёл свои интриги граф Гроздин, а она ни сном, ни духом! Может, Елизавета переоценила себя?

Как до такого вообще дошло?!

— Так что нас никто не сможет обвинить, — продолжал Константин. — А что до Главного Истока Польши… — он хмыкнул и пожал плечами, — его можно восстановить! Пострадали лишь пустующие рудники и инфраструктура. А пока ведутся работы, снабжение Польши находится полностью в ваших руках. Резервные Истоки контролирует род Загорских, вы не забыли?

Елизавета будто снова очнулась ото сна. Она начала понимать, что текущая ситуация — это не её прокол. Это спланированный ход Гроздина.

— Я говорю, что все старания Разина провалились. Его работа попросту обнулилась. А Карающая Длань, которая сама по себе представляла угрозу, исчезла. Елизавета Аркадьевна, у вас все шансы стать человеком, который наладит порядок в неспокойном Великом княжестве Польском, и когда вы это сделаете, у Раскатова не останется шансов. Он будет вынужден признать вашу пользу и заслуги рода Загорских.

Наступило молчание. Константин дал княжне время переварить новую информацию, но затем вдруг встал, поправил пиджак с пятнами от кофе и улыбнулся так, что от этой улыбки будто ток пробежал по нервам.

— Однако, госпожа… Видите ли, британские агенты, устроившие взрыв на Истоке, по некоторым каналам связаны с родом Загорских. Об этом знают только два человека — вы и я. Так что нам следует держаться вместе. Понимаете о чём речь? Хорошего дня, Лиза.

Теперь Елизавету будто окатило ледяной водой. Она, не моргая, провожала взглядом уходящего Гроздина и наконец-то начала понимать, в какой заднице оказалась.

Гроздин и взрыв устроил?! О чём он только думал?! Если Сенат прознает, что род Загорских связан с врагом, не помогут никакие резервные Истоки или тайные военные организации.