Чтение онлайн

Чабрецов выехал на тракт, поглядывая в зеркало заднего вида, и двинулся к городу, намереваясь сразу же положить деньги в ячейку. Он сделал все, как попросил Никифоров и не сомневался, что тот оставит пленку в ячейке камеры хранения. Теперь оставалось одно — дать сигнал о срочном контакте.

Припарковав машину недалеко от автобусной остановки, Чабрецов осмотрелся. Все в порядке, он не заметил ничего подозрительного, люди спешили по своим делам, не обращая внимания на остановившийся «УАЗик». Достав лист чистой бумаги, он написал фломастером: «Объявление» и чуть ниже — «Продается спальный гарнитур, гарантия качества 200 %. Обращаться после 17 часов». Порезав низ листа на полоски, он оторвал их, создавая впечатление старого объявления, номера телефонов которого уже разобраны покупателями. Уже собираясь выйти из машины, он увидел подходящего к нему гаишника. «Черт», — выматерился он про себя, заметив знак «остановка запрещена».

— Ваши… Извините, товарищ генерал, не узнал сразу, — стал оправдываться сотрудник.

— Откуда ты меня знаешь? — спросил в свою очередь Чабрецов.

— В прошлом году мы помогали вам в одной из операций, вы лично инструктировали нас, — ответил он.

— А-а, помню, было такое дело, спасибо за службу.

— Всегда рад помочь, — милиционер козырнул и отошел в сторону от проезжей части.

«Под знаком часто останавливаются машины — наверняка отловит кого-нибудь и сдерет штраф, а пока прячется, чтобы его не заметили», — подумал Чабрецов. Выждав несколько минут, он направился к остановке и незаметно приклеил объявление среди имеющихся таких же листочков. Еще раз осмотревшись, он подошел к машине, гаишник уже отловил кого-то и составлял протокол. «Сорвал парню левый заработок, наверняка на свой карман «выписывал» он штрафы, а теперь старается не засветиться, оформляет все, как положено», — усмехнулся Чабрецов. О том, что они в свободное от службы время стоят на дорогах и зарабатывают денежку — знали все. И милицейское руководство, и прокуратура, и ФСБ и народ. Особенно «зверствовали» те, у которых имелся радар. Про ГИБДД или как говорили в народе — гиблое дело дороги, все с удовольствием рассказывали анекдоты, и уже как-то прижилась их надпись на спинах: ДПС, дорожно-патрульная служба, которую водители переводили более правильно — дай парню сотню.

Чабрецов вздохнул и поехал в гараж. «Пообедаю дома, отдохну и свяжусь с агентством недвижимости, они быстро продадут квартирку, благо спрос есть и не малый в этом районе. А там — ку-ку». Он еще не решил куда уедет, надо найти тихое местечко, где можно провести остаток жизни, лучше в средней полосе России.

Пустовалов размышлял над объявлением, его люди сняли объявление крупным планом и компьютерный листок-фотография лежал на столе. Он не сомневался, что это сигнал для связи, но где и когда она произойдет? Может в 17 часов? Сегодня, завтра? И что обозначают 200 %? Толковой мысли в голову не приходило, беспокоила еще и другая — Никифоров подсунул липу Чабрецову и непонятно, как он не разглядел фальшивку сразу. Чабрецов просмотрит дома кассету и все… Многого не понимал в этой ситуации Пустовалов и, боясь ошибиться, сделать неверный шаг, решил пойти к Степанову.

Рассказывая последнюю поступившую информацию, Пустовалов решился спросить:

— Я не совсем понимаю, товарищ генерал, у Никифорова в квартире мы установили видеонаблюдение, исходя из которого четко видно, как он просматривает кассету и делает с нее копию. Но на ней…

— Ты хочешь сказать, — перебил его Степанов, — что на кассете снят сам Никифоров с двумя проститутками и именно эту кассету он хочет отдать Чабрецову?

— Да, Борис Алексеевич, но как вы догадались? — удивился Пустовалов.

— А так сразу и было задумано, — рассмеялся Степанов, — только Никифоров не знает, что на пленке он сам снят со шлюхами, а не Михайлов. Немного гипноза и он вместо себя видит другого, как и Чабрецов. Проститутки вообще не задумываются над этим, они запрограммированы и действовали строго по плану.

— Теперь я понимаю, товарищ генерал, зачем появлялся Михайлов на обычных маршрутах Никифорова и Чабрецова — он гипнотизировал их.

— Что заметил появление академика, это хорошо, — похвалил Степанов, — но гипноз это или другие его «увертюры» — не нам судить, мы станем констатировать факты, а про гипноз или как его еще там, нам ничего не известно. Четко известно одно — Михайлов не был и никогда не соблазнится на проститутку. Ты же видел его жену — красавица, разве такую меняют, даже на время?

— Еще есть один вопрос, который бы я хотел обсудить. Неизвестное пока нам лицо, которому Чабрецов передаст пленку, если он просмотрит ее — все пропало. ЦРУ задумает что-то другое, а так было бы все нормально. Они получат кассету и просмотрят ее, вскоре приедет академик, времени на подготовку другой операции у них не будет. Вряд ли они станут в этот раз с ним разговаривать вообще, станут ждать другого его посещения и готовиться к нему тщательно.

— А как ты сам считаешь, просмотрит мистер Икс пленку или нет? — спросил Степанов, всматриваясь в Пустовалова.

Он еще держал его в должности исполняющего обязанности начальника отдела и собирался утвердить или не утвердить после проведения операции «Заслон». Так условно обозначались мероприятия по прикрытию выдающегося академика. Поэтому ему было важно знать, как думает и мыслит кандидат, умеет ли быстро принимать логичные решения.

— Исходя из поставленной задачи, — начал Пустовалов, — им не выгодно афишировать в таком ракурсе академика. Если он согласится работать на них, думаю, что и Чабрецова они постараются убрать, зачистить тылы. Поэтому логичнее было бы отдать команду — доставить пленку без просмотра. А нам необходимо постараться, чтобы она не попала в Америку слишком рано, придумать какие-то объективные причины. Лучше, чтобы пленка появилась одновременно с Михайловым.

Получив фальшивку, американцы выработают две основных версии — подмена кассеты при ее доставке и изначальная липа, рассчитанная как раз на то, что ее никто в России смотреть не станет. Думаю, — продолжал развивать свою мысль Пустовалов, — что они предпочтут первую версию, слишком рискованно подсовывать липу, но не отбросят вторую вовсе. А чтобы поставить все точки над «и», они постараются прислать «инспектора», который станет выяснять — спали ли эти проститутки вообще с Михайловым. Если да, то и будут искать чужого среди своих. Нам это на руку. Надо бы с этими шлюхами поработать, чтобы они все подтвердили.

Пустовалов замолчал, ожидая реакции шефа на свои рассуждения, еще раз прикидывая все в уме. Нет, он все сказал правильно, только без подробностей, они здесь и не требовались. Михайлов нужен им и они найдут возможность прислать своего человека, найдут девчонок и переговорят с ними в постели — самый надежный способ.

— Что ж, рассуждаешь ты логично, посмотрим, что получится на самом деле. Можешь не беспокоиться, девочки подтвердят необходимую информацию, ничего в этом плане делать не нужно. Ты мне вот что скажи — что ты думаешь о Никифорове?

Пустовалов потер лоб пальцами, сморщился, как от головной боли.

— Думаю, что это отработанный материал для Чабрецова, он его на дух не переносит, получит кассету и забудет о нем, в смысле использования. Никифоров, конечно, гад, подонок, но под статью уголовного кодекса не подпадает, он же думает, что работает на ФСБ, но и в органах милиции таким не место. Считаю, что его можно будет взять после передачи кассеты Чабрецову, вернее, когда последний тоже передаст ее. Допросить, как следует, он ничего скрывать не станет, ну, а потом рекомендовать начальнику УВД уволить его.