Чтение онлайн

Павел раздвинул пальцами гладкие половые губы, коснулся клитора, вошел пальцем во влагалище – влажно и горячо. Щеки у Сони стали пунцовыми, и она судорожно перевела дыхание. Павел «осуждающе» поцокал языком:

– Ай-яй-яй, детка… Что мне приходится делать, чтобы узнать о твоем желании?

– Простите, хозяин, - выдохнула Соня. – Можно?

Она коснулась его руки и показала на палец, испачканный в ее смазке. Павел не возражал, и она тщательно облизала палец, имитируя минет. Теперь дыхание перехватило у него, потому что представилось, что она проделывает то же самое с его членом.

– Принеси ремень, детка. – Павел осторожно поставил Соню на ноги. – Иди, ты знаешь, где я храню вещи. Выбери любой.

Она принесла именно тот, который выбрал бы он сам: кожаный, гладкий, средней ширины. Пока она ходила, Павел пристроил диванную подушку сбоку дивана. Подлокотников не было, и упругая подушка позволила ему уложить Соню в удобной позе.

– Я не хочу, чтобы ты сдерживала себя, детка. – Павел надавил на поясницу, заставляя Соню еще сильнее прогнуться и выпятить ягодицы. – Я хочу слышать тебя и понимать, что ты чувствуешь. Ты меня поняла?

– Да, хозяин, - приглушенно ответила она.

Это прозвучало неуверенно, даже неохотно. Павел хмыкнул. Упрямство это или нет, придется разбираться позже. Если вообще захочется.

Шлепать Соню было приятно. Он продолжал придерживать ее рукой, поэтому ощущал, как она вздрагивала после каждого удара – едва заметно и как-то… трогательно. Он заставил ее развести бедра и периодически поглаживал между ног, дразня и соблазняя. И если она продолжала стоически молчать, то тело выдавало ее с головой. Да, Соня была мазохисткой. Возможно, воспитанной не по его вкусу. Возможно, запуганной и стеснительной. Но ей навилось то, что он делает, в этом не было сомнений.

После разогрева Павел взял ремень. По идее, «долг» - всего двадцать ударов. Ограничиться ими или попробовать довести девочку до сабспейса?

– Соня, посмотри на меня, - потребовал Павел.

Она подняла голову – удивленное лицо, совершенно сухие и ясные глаза. Ах, да… Он назвал ее по имени. Ладно, пусть будет двадцать, потом он решит, что делать дальше.

Под ремнем Соня все так же молчала, но ее ягодицы восхитительно дрожали после каждого удара, а по телу пробегала «волна боли». И пальцы на руках сжимались в кулачки. Дыхание участилось, и под конец она все же застонала – тихо и со всхлипом, от которого мурашки побежали по коже.

Павел не выдержал, отшвырнул ремень, встал позади Сони и спустил штаны. У них уже был незащищенный секс, больше он этого не допустит. И дело не в здоровье. Соня могла забеременеть, а это никак не входило в его планы. Ему еще дергаться до того момента, как станет известно, что она не залетела с того раза.

Павел провел членом по промежности и вошел, придерживая Соню за бедра и насаживая на себя. Она всхлипнула еще раз и прикусила кулачок.

– Все в порядке, детка? – хрипло спросил он.

– Да. Да, да…

Несколько резких движений – и Павел кончил, зарычав скорее от досады, чем от удовольствия. Он предпочитал контролировать процесс и растягивать его, чтобы и нижняя могла получить свой оргазм. Длительное воздержание отрицательно сказалось на его способностях.

– Прости, детка. – Он погладил Соню по ягодице. – Сейчас я помогу тебе.

Он натянул брюки и опустился на колени. Но едва язык коснулся клитора, Соня взвизгнула и шустро отпрыгнула в сторону.

– Нет! – закричала она.

– В чем дело?.. – растерялся Павел. – Соня, я всего лишь хотел сделать тебе приятное.

– Нет! Нет! – повторила она, как будто он предложил что-то ужасное.

Ноздри раздувались, губы дрожали, даже радужка глаз потемнела.

– Хорошо, не буду, - спокойно ответил Павел, поднимаясь с колен. – Успокойся, пожалуйста.

Он открыл ей свои объятия, намереваясь утешить и приласкать, но Соня качнула головой и отступила.

– Да что с тобой? – спросил он с досадой. – Что я сделал не так?

– Ничего… - Соня словно очнулась и посмотрела на него совсем другим взглядом – виноватым, пристыженным. – Вы – ничего. Это моя вина… простите…

И упала на колени, прижимаясь лбом к его ступням.

Павел подумал, что иметь рабыню – весьма нервно. Во всяком случае, такую, как Соня. С ней постоянно, как на пороховой бочке, причем не знаешь, когда рванет и от чего.

– Ты расскажешь мне, чего ты испугалась? – мягко спросил он, поднимая ее с колен.

– Нет…

Как и следовало ожидать. С другой стороны, она не обязана ничего ему объяснять. Она не его нижняя, требовать он не вправе. Он даже не уверен, что захочет снова ее видеть. Может, и хорошо? Ему не нужно пробиваться сквозь ее щиты. Ему не нужны ее оргазмы и сабспейсы.

– Хорошо, - вздохнул он. – Я иду в душ, потом спать. Устал. Можешь занять кровать наверху, я лягу тут, на диване.

Соня пошатнулась, как будто он ее ударил.

– Наверное, лучше я тут… - осмелилась возразить она.

Павлу показалось, что еще немного, и она заплачет. Однако этого не произошло. Он пожал плечами и ответил:

– Как хочешь. Если захочешь уйти, захлопни дверь. Ах, да… У тебя же нет денег, верно? – Он достал кошелек и положил на столик купюру в пять тысяч. – Вполне хватит, чтобы добраться до дома на такси.

Соня не смотрела на деньги, она смотрела на него. Причем с такой обидой и разочарованием, что Павел разозлился.

– Хочешь что-то сказать? – рыкнул он.

– Н-нет… я…

– Нет, так нет.

Он отодвинул ее в сторону и ушел в ванную комнату. Когда вернулся – Соня уже лежала на диване, свернувшись калачиком под пледом. Странно, он думал, она уйдет сразу. Павел погасил свет и поднялся в спальню. Долго лежал, прислушиваясь к тишине. Немного остыл и пожалел, что набросился на девочку. Даже спустился, чтобы послушать, не плачет ли она. Соня ровно дышала. Наверное, спала. Он снова лег и вскоре провалился в сон.