Чтение онлайн

— Как приятно снова видеть вас, лейтенант! — сказала она певучим грудным голосом. Ее серые глаза придирчиво и внимательно осмотрели меня, как будто оценивая. — Боюсь, мы до сих пор не имеем известий от Чарити.

— Не беспокойтесь, миссис Самнер, я пришел повидаться с вашим мужем.

— О Господи! — Она сожалеюще улыбнулась. — У вас сегодня неудачный день, лейтенант. Его нет дома, он поехал в одну из рощ Вэлли. Но не думаю, что будет долго отсутствовать. Вы желаете подождать его?

— Благодарю вас, я обожду здесь, если не возражаете. Поброжу тут немного, возможно, это мне поможет кое-что обдумать.

— Конечно. — Она с минуту поколебалась. — Лейтенант, вы не посчитаете меня слишком навязчивой, если я составлю вам компанию?

— Я буду очень рад! — совершенно искренне ответил я.

Мы обошли сбоку массивное, беспорядочно выстроенное здание и оказались на просторной лужайке позади него. Именно там, как говорила Чарити, стоял приземистый уродливый мавзолей, то есть приблизительно в сотне футов от дома.

— фамильный склеп, лейтенант, — беспечным тоном сообщила Джессика Самнер. — Я считаю, что иметь рядом с домом такое чудовище отвратительно, но это одна из семейных традиций, а Самнеры их не нарушают.

— Черт побери, какая громадина! — пробормотал я.

— Дедушка Самнер соорудил его в расчете на три-четыре последующих поколения, и это тоже семейная традиция. — Она невольно поморщилась. — Вы не представляете, как у меня «поднимается» настроение, когда хмурым осенним утром я смотрю из окна на эту семейную усыпальницу и думаю, что придет такой день, когда и я присоединюсь к остальным, кто уже покоится там!

— А сколько их там? — спросил я как бы между прочим.

— Четверо. Родители Криспина и дед с бабкой Самнер.

— Вы когда-нибудь заглядывали внутрь? Она зябко поежилась.

— Нет уж, благодарю! Придет время, когда у меня не будет выбора. Впрочем, даже если бы я и захотела туда заглянуть, это было бы невозможно.

— Почему?

— Еще одна семейная традиция, что же может быть иное? — Она вздохнула. — Самнеры буквально благоговеют перед традициями. В склеп ведет массивная бронзовая дверь, честное слово, это какой-то абсурд! Нечто средневековое. По традиции ее можно открывать только тогда, когда кто-то из членов семьи готов обрести там свое последнее убежище.

— Ну а что случится, если, скажем, кто-то потеряет ключ? Дело здорово усложнится?

Я слегка подмигнул ей. Она тоже мне подмигнула в ответ.

— Дело куда сложнее! Вижу, лейтенант, вы недооцениваете Самнеров. Дверь снабжена цифровым кодом, как сейф! — Она двинулась дальше. — Полагаю, на сегодня нам вполне достаточно этого мавзолея. Давайте-ка обойдем дом с другой стороны, хорошо? Оттуда открывается прекрасный вид на Вэлли, весь городок лежит у ваших ног. Поверите ли, мне никогда не надоест им любоваться.

И уже через пару минут мы стояли и восхищались прелестным видом. Она права: зрелище было потрясающим. Но я-то приехал вовсе не ради этих красот, да и ее, насколько я понимал, занимало сейчас нечто иное.

— Когда я вчера уходил из дома, миссис Самнер, — заговорил я беспечно, — у меня сложилось впечатление, что вы хотите о чем-то со мною поговорить. Возможно, я ошибался…

Она осторожно разгладила ладонью перед своей нарядной шелковой блузки и хмуро глянула на великолепную панораму внизу.

— Вы правы, лейтенант, хотела. Правда, сейчас не могу сообразить, с чего начать, и еще труднее разобраться во всем происходящем и объяснить вам причину моих волнений.

— А вы не расстраивайтесь по этому поводу, просто расскажите о том, что у вас на душе.

— Хорошо… — Она повернулась ко мне лицом, ее встревоженные серые глаза придирчиво изучали мою физиономию. — Из-за чего все эти волнения, лейтенант? Я ровным счетом ничего не понимаю. Почему Криспин так обозлился, когда вы вчера пришли к нам? Два последних дня он совершенно невозможен! В чем дело?

— Но вы же должны были сами прочитать об этом в газетах, миссис Самнер? — высказал я предположение. — Каким образом полиция получила новые данные в отношении нераскрытого убийства пятилетней давности?

Она на мгновение закрыла глаза.

— Эта отвратительная фотография мужской головы, которая была отсечена от тела, и она улыбается!

— Тем, что заставило вновь открыть данное дело, было предсмертное признание умирающей женщины по имени Эмили Карлью, но ведь вам и об этом тоже известно, не так ли?

— Знаю… Бедняжка Эмили была замечательной кухаркой.

— Если история, рассказанная ею, правдива, значит, перед самой смертью убитый находился в этом доме в качестве гостя и, видимо, был болен. Но это категорически отрицали в свое время и ваш супруг, и его отец, и сестра. Ваш муж не допускает подобного, а мы не уверены, что он говорит правду. Вот что я могу сказать вам в ответ на ваш вопрос, миссис Самнер.

Она прикусила нижнюю губу и довольно долго молчала.

— Не знаю, что и думать, лейтенант. Я люблю своего мужа, но часто не понимаю его. И с самого первого дня приезда в этот дом после нашего медового месяца я почувствовала, что между этими двумя существуют какие-то трения. Я имею в виду Чарити и Криепина.

— Трения? — медленно повторил я.

— Это если мягко выражаться, — вздохнула она. — Правильнее было бы назвать это ненавистью. Они так сильно ненавидят друг друга, что трудно в это поверить, об этом можно прочитать лишь в страшных сказках. Это тем более противоестественно, что они родные брат и сестра. Сначала я надеялась, что это со временем пройдет, и в конце концов они совладают со своими дурными характерами. Но за три года их взаимная антипатия лишь усилилась, порой мне кажется, что они жаждут уничтожить друг друга. Но это еще не все… — Теперь ее лицо выражало полнейшее недоумение. — Между ними существует какая-то тайна. Только им двоим известно что-то такое, о чем не знают и даже не догадываются другие.