Чтение онлайн

Вспомнив о погибшем товарище, они помолчали в знак его доброй памяти.

На этом совещание закончилось.

Парфлай стоял на том же месте, где и раньше. Казалось, что за это время он ни разу не шелохнул и усиком.

— Мы согласны, — обрадовала его Филика. — Если вы не против, хотелось бы проверить…

— Да, пожалуйста, — согласился Парфалй.

Тос подошёл к первому выбранному им мешку и развязал узел. Золотые монеты. Настоящие. Пьянящие. Манящие. Звенящие… Драгоценное сырьё, из которого умный способен создать своё благополучие…

— Теперь слушайте и запоминайте. Хорошо запоминайте. И вглядитесь в их лица, — Парфлай щёлкнул пальцами и его шестёрка прим раздал наёмникам листы с портретами и записями карандашом на обратной стороне: как зовут, насколько опасен, каким оружием владеет в совершенстве и так далее. — Их всего восемь, — продолжал стрек. — Дрим — их предводитель, могущественный маг. В бою опасней его, поверьте мне, вам из мыслящих никого ещё не доводилось встречать. Джина, Ночная Бабочка, — бывшая воровка, теперешняя подстилка Дрима. Хорошо владеет кинжалами и метательным оружием. Опасна, но с ней вы, думаю, легко справитесь. Брок — могучий люрт, чья и без того непомерная сила подкрепляется магическим перначом из самой Стальни. С ним проблемы в бою серьёзные возникнуть могут. Тона — люртша, жена Брока. Любит двуручные мечи. Её вы убрали бы с закрытыми глазами. Бирюк — волк-маг. С ним связываться вообще не стоит. Лароус — сын Тризолуса, предавший отца и переметнувшийся к врагу. Он тоже маг. Но не совсем, чтобы человек… В общем, это не сам сын, а его душа. Заточённая в тело магомеханической машины. Кстати, он сыграл не последнюю роль в столь низменном падении из героев в разбойников. Что тут скажешь, яблоко от яблони… Кич — прим, лишённый в одном из боёв руки. Но это ни в коем случае не сказалось на его боевых качествах. Он непревзойдённый стрелок. Лучше не попадаться на линию огня его многозарядного мушкета… И Камоорн — щуп. Как и все щупы, искусен с гарпуном, копьём, сеткой и тому подобными глупостями. Вам он на один зубок.

— Да-а-а, не воодушевляет список, — сделал вывод Тартор.

— Я уверен, что вашего мастерства хватит выполнить задание, — подбодрил Парфлай.

— Есть какие-то предположения, откуда начинать поиски? — спросила Филика.

— Совсем недавно они залетали в Пашни, — сообщил стрек. — Там живут отец с мачехой Дрима. Адрес их дома записан на обратной стороне одного из листов. Это всё, чем я могу помочь.

— А как мы получим вторую часть платы за заказ? — задал всё это время терзающий вопрос Моррот.

— Даю слово: выполните задание — и я отыщу вас в тот же день, — сказал Парфлай. Его сетчатые глаза бликовали появившимся из-за туч солнцем.

Говорят, что золота, как и вина, слишком много никогда не бывает. Что ж, эти умники ничего не смыслят в жизни…

Десять мешков — это уже не шутки! Они тяжёлые и занимают место. Драгоценное место… Пришлось выбросить часть инвентаря. В основном это были тёплые вещи и тяжёлое снаряжение для суровых путешествий в горах. И не просто выбросить, а привести в негодность перед этим: чтобы случайный прохожий не нажился. Такова уж традиция Смертельных ищеек: или твоё, или ничьё… Но даже после этого решения лошади еле тянули. Другого выхода не осталось: надо выбросить две (последние!) бочки с вином. Когда Филика отдавала этот приказ, а Тос дрожащей рукой его выполнял, у Тартора и Моррота на глаза накатили слёзы… Из продырявленных бочек на засохшую землю вытекала прекрасная жидкость временного лишения всех проблем. Каждый напоследок — даже Филика — отпили из бочек столько, сколько только могло влезть. А запасливый Моррот даже наполнил все доступные фляги и подцепил на себя. Мол, на своём горбу нести буду, в карету ногой не ступлю и в мороз и в стужу, но добру пропасть не дам!

Прощание с вином оказалось слишком тяжким для здоровья. Непоколебимая Филика, отчаянно борющаяся с непослушными поводьями в ещё более непослушных руках, приказала сделать «небольшой привал». Её приказ услышал только Моррот, зигзагами плетущийся возле кареты. Тос с Тартором давно уже спали в обнимку на полу салона и всю грандиозную мудрость приказа командирши оценить не смогли…

«Небольшой привал» продлился до позднего утра. Филика проснулась от невыносимой жажды. Как она сидела тогда за кучерским креслом — так и заснула, зарывшись в груду шкур. Просохшее, как пустынный колодец, горло, монотонный, болезненный звон в голове, клятва самому себе никогда больше не пить — в общем, всё как обычно.

Тартор так и храпел на полу салона. Тос жадно лакал воду из бочки для попойки коней. А где же Моррот? Бедняга, расставание с вином сильно подорвало его душевные силы…

Крота нашли в сотне метров на запад. В выкопанной им же норе. Найти не было так сложно: выдавали пустые фляги, разбросанные по пути. На дне сверху заваленной ветками ямы свернувшись зародышем спал Моррот. Разбудить его так и не удалось. Бесцеремонно разбуженному ранее Тартору и возмущённому Тосу пришлось волочить крота на себе. Его расслабленное тело было тяжёлым и мягким, как шерстяной мешок с козьим помётом. Запах, конечно, отличался, но ненамного: приоткрытый рот и ноздри с каждым выдохом извергали чудовищную смесь винного перегара и тошнотворно-кислого запаха переваренных кореньев.

Моррот весь последующий день пролежал в карете. К вечеру проснулся и с ужасом в сердце обнаружил, что фляг с вином нет. Вернее, они есть, но пусты! Лежат в сундуке, где им и место. Как выяснилось, Филика вылила оставшуюся флягу на землю…

В ворота Пашней Смертельные Ищейки въехали уже полностью протрезвевшие. Полные сил, решимости и жгучего желания сдвинуть дело с начальной точки. До вечера оставалось несколько часов. Белые облака густой ватой заволокли солнце, земля была влажной, пахло последождевой свежестью и рогатым скотом. Городок показался наёмникам уютным, спокойным, тихим местом. Как раз таким, где можно провести заслуженную старость, воспитывая внуков в стенах уютного домика у подножья речки…

Филика и Тартор отправились в имения Плуверов. Тосу и Морроту предстояло решить проблему с перегрузкой кареты. Удивительно, как это ещё лошади не издохли от такого напряжения.

Долго дом искать не пришлось. Первый встречный драг указал правильный путь. Кто же в городке не знает, где живут Плуверы?

Каменный забор, незапертые ворота. По двору носятся, хлопая крыльями и крича, куры, гуси и утки. Цепной боброс возле ворот на пару с цепным псом из будки возле коровьих стойл разразились самозабвенным лаем.

Парадная дверь трёхэтажного кирпичного дома беззвучно отворилась. На пороге стояла белокурая женщина лет двадцати-двадцати пяти. Очень даже неплоха собой, как отметил про себя Тартор, хоть блондинок не сильно жаловал. Должно быть, сестра заказанного.

— Я чем-то могу вам помочь? — голос девушки звучал мягко, но и властно одновременно.

Боброс и барбос залаяли ещё самозабвеннее.

— Да, мы ищем Дрима Плувера, — перекрикивая лай, сообщила Филика.

— Тара, Бис, а ну замолчите! — топнула ножкой девушка. Цепные животные беспрекословно выполнили приказание хозяйки. — Прошу простить, если вдруг забыла… — не сходя с порога, белокурая прищурилась в попытке лучше разглядеть непрошенных гостей. — Мы знакомы?

— Нет, мы не знакомы, — грубо отрезал Тартор. — Но мы знакомы с Дримом Плувером. И нам бы очень, — на слово «очень» он сделал особый акцент, — хочется с ним увидится.

— Странно, а я-то думала, что знаю всех близких знакомых мужа… — растерянно сказала девушка.

«Мужа! Интересно, Джина знает?..» — проскользнула одна и та же мысль у наёмников.

— Ах, простите, совсем забыла представиться: меня зовут Нирма, — отрекомендовалась белокурая красавица.

— Филика, а это Тартор, — ответила на любезность командирша. — Мы пересекались с вашим мужем раньше. Деловые отношения, вы ведь понимаете…