Чтение онлайн

—Да ладно, у меня на родине говорят, что девушку нужно завоевать! Так что я всегда готов сделать это ради тебя!

—Ты уже и так это сделал. Но потом… — Шоу ещё что-то хотела сказать, но её перебил подошедшие капитан и начальник порта.

Началась деловая рутина. Товары, которые привезли из секты пылающего Огня, выгружали из корабля, потом перекладывали в специальные плетёные корзины, а уже эти корзины навешивали на тушки летающих животных, чем-то напоминающих лебедей. У духовных зверей почти не было артефактов, летающих в том числе, поэтому перевозки тут осуществлялись таким вот способом. На короткие расстояния, до десяти тысяч Ли, использовался тягловый скот и телеги.

Я думал, что из корабля придётся довольно долго всё разгружать, но нет. На берегу стояло несколько сотен ловких четырёхруких обезьян метра по три ростом, которые очень быстро всё сделали. Уже к следующему утру мы могли отправляться к Волшебному Холму.

—Шоу-эр, а почему твой брат постоянно ходит голым? Я имею ввиду, когда он человек. Да и многие другие тоже частенько голым задом щеголяют. — надоев пялиться на пролетающие внизу леса и горы, я развернулся в весьма удобном седле к Шен Шоу.

—Для нас это не доставляет дискомфорта. В звериной мы ипостаси или человеческой — в любой мы чувствуем себя комфортно. У вас, людей, почему-то сложился культ одежды, наверное, из-за того, что вы лишились шерсти. У нас такого не произошло — вот мы и не видим ничего плохого в том, чтоб быть без одежды, в каком бы виде не находились.

—Хм, а когда мы встретились первый раз — ты была в одежде.

—Ну да. Я тогда привыкала к традициям человеческого общества, всю дорогу пришлось быть в человеческой форме и в одежде. А если бы я была в звериной форме — ты бы напал на меня?! — внезапно ужаснулась Шоу.

—Ну что ты, я б не мог причинить вреда такому прекрасному песцу!

—Снежно лисе! — потребовала уточнить формулировку Шоу.

—Снежной лисе. — покладисто ответил я. А правда, помог бы я? Скорее всего бы нет. Наверное, дождался бы конца драки и попробовал стянуть пару трупов для себя. А то и добить победителя. Я-то тогда не знал, кто они. Но о таком лучше молчать.

К счастью, местные лебеди летели весьма резво, и уже через два дня мы подлетели к Волшебному Холму. Ещё за пару часов лёта до него я почувствовал мощною, тяжелую силу, изливающуюся где-то впереди. С каждым километром она становилась только сильнее. А потом я увидел сам этот холм — высокий, километров двадцать в высоту, холм, действительно холм, а не гора. Весь поросший каким-то странным разноцветным лесом, полосатый, как бок тигра, он медленно и полого поднимался, довлея над окружающим.

Но гораздо больше меня занимала испускаемая им Ци. Для чувства духа она виделась как огромный, толстый фонтан, извергающийся из холма и падающий вниз, на землю. Странно было то, что внизу, под холмом, ничего не чувствовалось. Должен же быть какой-то источник этого всего безобразия! Но нет. Мало того, что Ци была какой-то «тяжелой», придавливающей плечи к земле, так ещё и появлялась она неизвестно откуда и уходила неизвестно куда — та её часть, которая разливалась по земле во все стороны, была лишь каплей извергаемого фонтана.

—Дом. — с улыбкой прошептала Шен Шоу, когда Волшебный Холм во всей своей красе показался пред нами. — Я уже стала забывать, как тяжела, но так приятна его тень.

—Соскучилась? — понятливо спросил я. Да, в первый свой приход сюда, на Чан Далу, я тоже весьма скучал по дому в первый год.

—Конечно. Я почти всю жизнь провела тут, а путешествие в секту Пылающего Огня была, считай, первым моим дальним странствием. — Шоу взглянула на меня. — А ты как? Чувствуешь тоску по дому в секте?

—Не особо. Я вообще быстро привыкаю к новым местам, так что особо по старым не скучаю, но родной дом это всегда родной дом, конечно.

Семья Шен Шоу с местным правителем жила не на вершине холма, как я подумал сначала, а возле подножья. Три четверти самого Волшебного Холма занимали детские угодья — младшие дети правящей семьи и местной аристократии жили там до тех пор, пока не обретали разум. Хоть они и рождались не обычным зверьём, а на уровне как минимум чудовищ, но разума первые годы жизни у них почти нет. Так что на склонах холма они развиваются, охотятся и дерутся друг с другом. Так сказать, ритуал взросления, необходимый всем. А живущие вокруг холма не позволяют слишком сильным хищникам проникать на склоны, всё же рождённые с «серебряной ложкой во рту» бывают даже среди зверей.

Отправив лебедей с грузом и большую часть культиваторов к подземным хранилищам, мы с Шен Шоу и Шен Шагуа полетели к встречающим нас родственникам жены. Те расположились на большой поляне, настоящем поле в несколько гектаров площадью, а вместе с ними и местные знатные роди. Всего толпа насчитывала тысяч пятнадцать человек. В основном они были в человеческой форме, но примерно треть не стеснялась быть в своей животной форме. Так что эта полянка представляла собой живописную картину из голых и одетых людей, перемежающуюся гигантскими зверями. Ей богу, прям картина рая, где львы лежат рядом с ягнятами.

—Держись с достоинством. И ничего не бойся — никто тут тебя не съест! Но с уважением. Особенно к отцу. — голос Ци Шен Шоу давал мне наставления перед встречей с родителями. Видимо, сильно она нервничала.

—Всё хорошо, я не буду ковыряться в носу пальцем твоего отца или сморкаться в платье твоей мамы. Не волнуйся! — я взял её руку в свою и легонько сжал, успокаивая.

—Отец! Я доставил сестру и её мужа к тебе! — тем временем Шен Шагуа подошел к высокому плечистому мужчине с суровым, но по-мужски красивым лицом и серебристыми висками. Хотя и по силе, которая распространялась от этого мужчины, даже затмевая бурлящий на холме фонтан, было понятно, кто тут хозяин.

—Я вижу, сын. Твоя служба исполнена! — мужчина кивнул и посмотрел на нас. — Дочь моя! Мой… новый сын!

—Здравствуй, отец! — Шен Шоу поклонилась.

—Отец мой! — я сказал ритуальную фразу, которой меня ранее обучила жена, и тоже поклонился, но чуть менее глубоко, чем она.

—Приветствую тебя в моём доме! Я — Шен Шанхуан, в это — он указал на красивую женщину рядом с собой в элегантном платье. — Шен Нюван, моя первая супруга.

—Приветствую вас, матушка. — я поклонился женщине.