Чтение онлайн

Иуан заговорил:

– Ты, наверное, слышал, Мойсе, о великом разливе, затопившем многие земли. Хапи разлился, как великое море, и вышел из своих берегов. Его волны сносили все на своем пути: не уцелело ни одной постройки первых царей, их статуи были повержены. Лишь пять Больших Меру на Западе Солнца устояли. Лицо одного из Великих ты видишь сейчас перед собой.

– А как его звали? – спросил Мойсе.

– Мы не знаем его имени – оно скрыто в земле, – отозвался Иуан.

– Так давай откопаем его! – с наивной юношеской горячностью сказал Мойсе.

В ответ Иуан усмехнулся:

– Посмотри, какая у него голова! Представляешь, какого размера тело? К тому же не стоит тревожить дух древнего владыки. Довольно того, что он дает нам эту воду. Кстати, она обладает силой, и ты скоро это почувствуешь.

Мойсе и правда ощутил необычную бодрость в теле. Усталость от пешего перехода полностью исчезла, а вместо нее появилась приятная дрожь, подмывающая бежать, как носятся маленькие сорванцы.

– С некоторых пор, – продолжал Иуан, – ко мне стали приходить люди за советом. Они жалуются на болезни и немощи, на бедность и напасти… Здесь я нахожу ответы на многие вопросы. Одна голова хорошо, а две – лучше.

Мойсе улыбнулся, но тут же сделался серьезным и предложил:

– Может быть, спросим у него, что мне теперь делать, куда идти?

– Спрашивай!

Мойсе посмотрел в каменные глаза головы и мысленно задал свой вопрос. Прошло какое-то время. Иуан обратился к Мойсе:

– Молчит?

– Молчит…

– А куда смотрят его глаза?

– В небо.

– В какую сторону?

– На восток.

– Ну вот, а ты говоришь – молчит. Иди на восток и обрати свои мысли к небу. Утром отправишься в путь.

Мойсе поднял голову. Солнце уже клонилось к закату, до темноты оставалось чуть больше часа. Нужно было спешить. Обратный путь показался ему много короче. Так всегда бывает.

Когда они вернулись в хижину, Мойсе без сил повалился на грубо сколоченную кровать, на которую указал ему Иуан, и мгновенно уснул. Старик же зажег масляную лампу и принялся собирать Мойсе в поход.

Для начала он принес из клетушки, служившей ему складом, корзину с лямками. В нее уложил бутыль с водой, искусно сделанную из плода вроде тыквы, положил хлеб, немного соли, несколько вяленых рыбин, какой-то пахучей травы, мешочек сушеных фиников, нож и пузатое стеклышко для разжигания костра. Удовлетворенно выдохнув: «Ну вот», – Иуан задул лампу, взял теплую накидку и вышел из хижины.

Спать он улегся в своей лодке, завернувшись в плотную накидку, когда-то давно сотканную его женой. Сияли звезды, Хапи катил свои волны к далекому морю, а Иуан думал, что вот так однажды он ляжет в эту же лодку, и воды небесной реки вынесут ее в море вечности, где он обретет покой и забвение.

Утром Мойсе проделал вчерашний путь до Головы и, постояв около нее, двинулся дальше. По едва заметной тропе он выбрался к окраинам великого города Эн – обители священников и мудрецов, которым открыты все тайны неба и земли. Дорога в город была ему заказана: его могли схватить воины Патипара. Хотя времени прошло не так много, рисковать не имело смысла, тем более что все необходимое для дальней дороги у Мойсе уже было. Он пошел на восход Солнца, оставив великий город по левую руку.

Проходя небольшую рощицу пальм, Мойсе обнаружил маленький храм – священное место памяти некоего знатного человека. А вот и сам хозяин. Гранитное изваяние, которое даже на корточках возвышалось на два человеческих роста, выглядело почти живым, словно бы плоть только что окаменела, встретив лучи восходящего солнца. На правой ноге его был вырезан нож и змея в короне, а на плечах – овалы с именем «Великий Смотрящий города Эн». Мойсе засомневался, правильно ли прочел иероглифы старого написания: «Смотрящий» или «Видящий»? «Интересно, что видит каменный смотрящий?» – подумалось ему.

До самого горизонта перед Мойсе расстилалась пустыня. Песок и мелкие камушки шуршали и скрипели на разные лады под ногами. Небо было чистым, ни облачка. Мойсе шел, уставившись в линию горизонта, как это делают мореходы, чтобы бороться с морской болезнью. Вскоре он почувствовал болезнь пустынную: жажду. Воды у Мойсе было не много, и он решил ее экономить. Постепенно все мысли оставили его ум, который наполнился созерцанием бесконечного синего неба и серовато-желтой равнины и хрустом камушков о песок.

Когда жажда стала донимать, Мойсе достал флягу Иуана и сделал небольшой глоток. Еще Иуан сказал, что, если взять в рот гладкий камушек и гонять его туда-сюда, будет меньше хотеться пить. Так он и сделал.

Солнце пришло к полудню. Становилось жарко. Следовало передохнуть. Осмотревшись, Мойсе выбрал крупный камень неподалеку и принялся устраивать возле него укрытие. Откопал, насколько это было возможно, яму в песке – песок в глубине был не таким горячим, как на поверхности, а камень давал тень. Прислонившись к камню, Мойсе достал из корзины флягу и сделал небольшой глоток.

«В первый день ничего не ешь, – говорил ему Иуан, – воду пей маленькими глотками, береги ее. Без воды – смерть». Мойсе запомнил эти его слова.

На жаре его разморило, и, привалившись спиной к камню, Мойсе задремал.

Проснулся он, когда Солнце уже клонилось к западу. Руки и ноги налились тяжестью, во рту все пересохло. В эту минуту, словно камень с неба, поразила Мойсе тяжелая удушливая мысль, которая заставила кровь прилить к голове.

«А вдруг я его убил?» – подумал он. Осознание того, что он стал подлым убийцей, – опозорил своего отца, поразил сердце матери, погубил возлюбленную, – достигло такого накала, что Мойсе застонал. Он подумал было вернуться, чтобы сдаться и погибнуть вместе с Меританейт.

Мойсе лежал долго, потом все же приподнялся, отхлебнул из фляги и с трудом встал на ноги. Нужно было идти. Он поднял с земли корзину, влез в лямки и поудобней устроил ее на спине. Снова захрустели камушки под ногами.

Чтобы не сбиться с маршрута, Мойсе решил останавливаться через определенные промежутки времени и, втыкая нож в песок, смотреть, куда указывает тень. Солнце на юго-западе, тень ложится на северо-восток, значит, ему брать правее.

Где-то рядом петляла дорога, едва заметная среди камней, но ему нельзя было приближатьсяк ней. Именно по этой дороге помчатся гонцы Патипара – известить дальние гарнизоны о розыске опасного преступника, врага Великой Пчелы и кеметского народа.