Чтение онлайн

Уайлд поднялся и заставил встать Крейга,

— Передай всем, чтобы немедленно собрались у гравиплана. В защитных комбинезонах. Живее, чистик! Двигайся!

Еле переставляя ноги, Крейг вышел на серого дома. Уже темнело.

Базовый остров остался позади, и Крейг на полной скорости вел гравиплан на северо-запад. Они догнали солнце, и для них снова наступил день. В салоне, у Крейга за спиной, стояла пропитанная болью тишина. Он подался вперед, словно подталкивая гравиплан. Крейг старался ни о чем не думать. То, что происходит, должно произойти. Он знал это, но смириться не мог. Ему казалось, что прошла целая бесконечность, прежде чем они достигли острова Бертон. Крейг резко посадил гравиплан у домов покинутой станции. Они вышли наружу — мужчины в черных защитных комбинезонах и Мидори в блузке и юбке. Она спокойно стояла в стороне и смотрела на свой домик над обрывом. Вдоль всех тропинок уже поднялась темно-зеленая поросль танасиса — по колено человеку.

— Развязать ранцы. Взорвать все здания, — приказал Уайлд. — А ты, чистик, пойдешь со мной.

Он привел Крейга к дому Мидори и приказал ему закапывать в землю взрывные устройства через каждые три фута вдоль фундамента. Хотя и одного было бы вполне достаточно.

— Охотник не отдавал такого приказа. — сказал Крейг. — Разве нельзя хотя бы оставить ей ее дом?

— Дом ей не понадобится. Танасис убьет ее еще до рассвета.

— Тогда пусть Мидори умрет в этом доме. Она очень его любила.

Уайлд невесело улыбнулся.

— Она вне закона, чистик. Ты же знаешь, что это значит: у нее не должно быть ничего сделанного человеческими руками.

Крейг стиснул зубы и склонил голову. Пока он закапывал взрывные устройства, Уайлд что-то фальшиво насвистывал.

Потом они вернулись к гравиплану. Джордан доложил Уайлду, что все дома приготовлены к взрыву. Круглое и обычно жизнерадостное лицо Джордана было угрюмым. Мидори стояла неподвижно. Крейг хотел попрощаться с нею, но знал, что не сможет вымолвить ни слова. Разве что завоет, как собака. Ее легкая улыбка была такой странной, что казалось, будто Мидори уже перенеслась в другой мир, на миллион световых лет удаленный от Роя Крейга.

— Мы поднимемся в воздух и взорвем дома, — сказал Уайлд. — Если кто-то останется на этом месте, то будет убит взрывом.

Кобб недобро смотрел на Мидори своими крысиными глазками.

— Сперва надо забрать всю ее одежду, — сказал Кобб — Ты знаешь закон, Борк, — «ничего сделанного человеческими руками».

— Верно, — согласился Уайлд.

Мидори сняла блузку. Она смотрела Уайлду прямо в глаза.

Взгляд Крейга заволокло красным туманом, и больше он ничего не видел.

— Ранцы в гравиплан! — приказал Уайлд. — И сами туда же! Быстрее, сукины дети!

Крейг сел в пилотское кресло и сквозь боковое стекло увидел Мидори, идущую по тропинке к ущелью. Она шла так беззаботно, словно собралась к пруду на этюды. Танасис хлестал ее по голым ногам. И Крейгу казалось, что он видит, как вздуваются красные рубцы, и сам чувствует ее боль. Крейг включил мотор и поднял гравиплан в воздух. Когда Уайлд взрывал дома, он не смотрел вниз.

Окруженный воющей адской пустотой, Крейг вел гравиплан к Базе, на юго-запад, прочь от солнца. Вскоре их окутала ночь.

Морденцы боролись за Базовый остров, применяя химикалии, огнеметы и даже мотыги, но фитоны явно одерживали верх.

Крейг отупел от усталости, и это помогало ему спастись от собственных мыслей. Под землей с непостижимой быстротой распространялись корни серебристых деревьев. Новые деревья вырастали, как головы гидры: каждый день их число удваивалось. Новорожденные фитоны (размером не больше ногтя) весело кружились над островом. Однажды Кренг увидел, как коренастый биолог Джо Брин гонялся с топором за пляшущими в воздухе фитонами, ругаясь на чем свет стоит.

Барим, мрачный, как туча, отдал приказ: выстроить новый лагерь на Острове Зверя, а Базовый остров засеять танасисом. Крейга отправили на постройку нового лагеря, и однажды во время работ он свалился без чувств. Когда Крейг пришел в себя, то увидел голые стены маленькой больничной палаты.

Значит, его перевезли обратно на Базу. Пришел врач-морденец, взял у Крейга кровь на анализ и задал несколько вопросов.

Крейг признался, что уже несколько дней чувствовал тошноту и боль в суставах.

— Я работал, как проклятый, — оправдывался Крейг. — До меня как-то и не дошло, что это у меня болезнь началась.

— Зато теперь до вас до всех это дошло. — проворчал врач. — У меня тут двадцать человек таких.

Врач нахмурился и вышел из палаты. Крейг заснул. Во сне он убегал от женских глаз. Время от времени врачи будили его, давали таблетки, делали с ним что-то, и он снова засыпал!

И снова перед ним вставал Красный Зверь. Зверь смотрел на него загадочными женскими глазами. Утром следующего дня Крейг проснулся и увидел, что в его маленькой палате, у окна, теперь стоит еще одна кровать и на ней лежит Джордж Тояма.

Тояма улыбнулся Крейгу.

— Доброе утро, Рой, — сказал он. — Не лучшее место для встречи мы с тобой выбрали.

Тояма рассказал, что многие слегли и не меньше десяти человек уже мертвы. Белконтийцы вернулись в лаборатории и работают день и ночь, чтобы найти возбудителя и переносчика болезни. А Крейгу хотелось есть, и голова у него болела. Все остальное его почему-то не волновало. Словно сквозь дымку он увидел, как Милдред Эймс прошла мимо его кровати и потопталась у кровати Тоямы. Она взяла Тояму за руку:

— Ну вот, Джордж, мы нашли то, что хотели найти.

— Похоже, Милдред, ты не очень-то этому рада, — сказал Тояма.

— Да, я не очень этому рада. Сегодня ночью я закончила??? анализ. Джордж, это то самое, чего мы боялись.

— Понятно. — Голос Тоямы не дрогнул. — Все как на планете Фрао. Времени у нас осталось немного. Я хотел бы провести его с Хелин.

— Конечно, — сказала Эймс. — Это я устрою.

В коридоре раздались быстрые тяжелые шаги.