Искатель, 1991 № 6
Шрифт:
Она улыбнулась, обнажив прекрасные зубы.
— На него откликнулось около восьмисот человек. Вот уж я навидалась психопатов. Но расскажите мне о вашем случае.
И он поведал со всеми подробностями: потрясающий первый рассказ Сига Вейсса, чувства, которые он вызывает у читателя, и что представляет собой сам Сиг Вейсс.
— Могу поклясться, — закончил он, — что Сиг Вейсс просто не способен написать такую вещь.
— Да, я тоже читала этот рассказ, — сказала она. Крис только сейчас заметил, что у нее очень полная нижняя губа. — Чудесная проза.
— А вам уже удалось обнаружить столь быстрое превращение дьявола в святого? Или вы просто надеетесь…
— Нет, я пока еще не видела. Но знаю, что это может случиться.
— Как?
Она помолчала, словно к чему-то прислушиваясь.
— Не могу вам сказать. Я… знаю что-то такое, что может оказывать такое воздействие. Я пытаюсь выяснить, где оно находится.
— Не понимаю. Вы думаете, Сиг Вейсс находится под влиянием, о котором вы говорите?
— Я сама хотела бы его об этом спросить. Мне нужно знать, насколько это стойкий эффект.
— Ну, что до стойкости… — Крис мрачно усмехнулся. — В, меня он стрелял уже после того, как написал «Скалу- путещественницу», не раньше. Да и не только это…
И он рассказал о втором творении Сига Вейсса.
— Вы думаете, он написал это в тех же условиях, что и «Скалу»?
— Почему бы нет? Хотя погодите! Как раз перед уходом я сказал ему… Ну да, я сказал, что эта вещь читается так, будто написана в другом месте и другим человеком. И он не разозлился. Даже посмотрел на меня как на ясновидца. Похоже, я попал в точку.
На ее лице что-то промелькнуло — она опять к чему-то прислушивалась…
— А у него есть… — Она закрыла глаза, морща лоб.
У него есть, радио? Я хочу сказать… коротковолновый передатчик… диатермическое устройство… какой-нибудь генератор радиоволн?
— Почему вы об этом спрашиваете?
Она открыла глаза и робко улыбнулась ему.
— Мне это только что пришло в голову.
— Н-ну… А вы не слышите голоса? Ох, прошу прощения!
Она опять улыбнулась.
— Так есть там радиогенератор или пет?
— Не знаю. — Он задумался. — Электричество у него есть. Должен быть, наверно, и радиоприемник. Об остальном ничего не знаю. Он меня на экскурсию не водил. А вы скажете, почему вас это интересует?
— Нет.
Он открыл рот, собираясь возразить, но увидел, какое у нее лицо, и снова закрыл. Она спросила:
— Какие у вас планы в отношении Вейсса?
— Расстанусь с ним. Как же иначе?
— О, пожалуйста, не нужно! — Она умоляющим жестом положила руку ему на плечо. — Пожалуйста!
— А что же мне еще делать? — спросил он с некоторым раздражением. — Такой клиент просто не нужен. Я занят. У меня всяческие осложнения.
— К тому же он с вами грубо обошелся.
— Это не имеет никакого… хотя вообще-то вы правы. Если бы он вел себя как человек, я бы с ним еще повозился, а так…
— У него есть новая проза наподобие «Скалы», я в этом уверена.
— Это сказали вам… ваши голоса?
Она кивнула, едва заметно улыбаясь.
— Тогда объясните, все толком. Почему вы интересуетесь Вейссом? Что это за штука с изменением характера? Какова, ваша конечная цель? Чего вы ждете от меня? Последний вопрос означает; что от всего этого буду иметь лично я?
— В-вы, оказывается, можете быть резким, верно?
–. Зато я всегда искренен. Ну, я вас слушаю.
— … Вы представить себе не можете, что мне пришлось пережить. Какие только психи не откликнулись на мое объявление, Все уверяли, что у них есть доказательства, на самом же деле речь шла об исправившемся пьянице или о человеке, который принял кришнаитство и перестал бить свою жену… с прошлого вторника. — Она остановилась перевести дыхание и едва заметно улыбнулась, а он невольно ощущал к ней симпатию. — Лишь сейчас я впервые нащупала нечто похожее на то, что мне нужно. — Внезапно она нахмурилась.
— Вы мне нужны. У вас уже есть контакт с Сигом Вейссом,.. вам известно, как он работает. А я, если бы мае пришлось делать это самой, я бы просто не знала, с чего начать. Но дело-то срочное, понимаете — срочное!
Он заглянул в ее глубокие синие глаза и сказал:
— Я все прекрасно понимаю.
— Если я расскажу вам… одну историю, — неуверенно проговорила она, — вы обещаете не задавать потом вопросов?
— Нет, не обещаю.
Она растерянно улыбнулась.
— Я все равно ее вам расскажу. Только учтите, это не вся история, всю я рассказать не могу. И не допытывайтесь, пожалуйста.
— Я буду вести себя пристойно, — пообещал он.
— Ладно. У вас много клиентов, пишущих фантастику?
— Нет. Зато самые лучшие, — скромно сказал он.
— Ну, давайте притворимся, что перед нами сюжет фантастического рассказа. Как же начать…
— Жила-была… — подсказал он.
Она расхохоталась.
— Жила-была в другой галактике очень развитая гуманоидная раса, беспрестанно ведущая войны — много войн. В конечном счете гуманоиды научились ими управлять, однако время от времени что-то у них не срабатывало, и тоже вспыхивала новая война, ужаснее предыдущей. И с каждой из них появлялось все более мощное оружие — такое, по сравнению с которым водородные бомбы покажутся обыкновенным костром. Эти гуманоиды научились уничтожать планеты, взрывать солнца. Делать вещи, которые нам даже представить трудно. Они и временем научились управлять.
— Вам это все легко дается? — поинтересовался он.
— Сейчас да, — робко ответила она. — В конечном счете они создали абсолютное оружие — оно лишало смысла все остальные виды оружия. Процесс его производства очень сложен, поэтому сделали всего несколько экземпляров. Впоследствии технология была утеряна, а имевшийся запас оружия постепенно истратили. Близится время применения этого оружия — нет, нет, не на Земле.
Итак, грузовой корабль, оснащенный гиперпространственным двигателем, находился между галактиками. По какой-то дикой случайности, вероятность которой равна один к миллиарду, он перешел в нормальное пространство посреди планетоида. Планетоид оказался небольшим, и корабль не погиб — но был сильно поврежден, а из экипажа не уцелел никто. Вез он это самое сверхоружие в единственном экземпляре. Потребовались тысячи лет, чтобы проследить путь этого экземпляра, но наконец это удалось. Предполагают, что оружие попало на поверхность одной планеты. В нем очень нуждаются.