Чтение онлайн

Пентиум не понял, ибо еще не загружал систему распознавания речи.

Чтобы даровать ему голос, я без лишних слов набрал:

ИНФОРМАЦИЯ, Р.

Приятель хрюкнул, как обычно, и проскрипел:

— СЛУШАЮ.

— На меня совершено нападение.

— СОСТОЯНИЕ ЗДОРОВЬЯ КРИТИЧЕСКОЕ?

_Нет

— ДЛЯ ВВОДА ИНФОРМАЦИИ РЕКОМЕНДУЮ ПАССИВНЫЙ РЕЖИМ, — сказал мой заботливый друг.

— Согласен.

И он принялся терзать меня своими вопросами: что говорил Доницкий и как, да где напали, да сколько их было…

— ОРУЖИЕ ПРИМЕНЯЛОСЬ? — спросил он под конец.

— Нет.

— ЗНАЧИМАЯ ИНФОРМАЦИЯ ПОЛУЧЕНА. ЦЕЛЬ ВИЗИТА К ДОНИЦКОМУ ДОСТИГНУТА.

— Какая цель?

— КОМПЛЕКСНЫЙ ПЛАН РАССЛЕДОВАНИЯ, — важно изрек Приятель. — ПРИ ВЫДАЧЕ НА ПЕЧАТЬ ЗАЙМЕТ ПЯТЬДЕСЯТ ОДНУ СТРАНИЦУ. ПЕЧАТАТЬ?

— Нет! — отрезал я и добавил: — Приятель, есть еще информация.

— УКАЖИТЕ ВИД И ОБЪЕМ ИНФОРМАЦИИ, — попросил он.

— Документы, сотни две листов.

— ВЫДАЮ АНАЛИЗ ОПЕРАТИВНОЙ ОБСТАНОВКИ, — забубнил Приятель. — МОСКОВСКОЕ ВРЕМЯ 22 ЧАСА 5 МИНУТ. РЕКОМЕНДАЦИИ ПО РАССЛЕДОВАНИЮ: ОЖИДАЙТЕ ПОСЛЕ ОКОНЧАНИЯ ВВОДА И ОБРАБОТКИ ТЕКСТОВОЙ ИНФОРМАЦИИ, ОРИЕНТИРОВОЧНО ЧЕРЕЗ 150 МИНУТ. РЕЗУЛЬТИРУЮЩАЯ НЕОБХОДИМОСТИ ЭКСТРЕННЫХ ДЕЙСТВИЙ В БЛИЖАЙШИЕ 3 ЧАСА: ОТРИЦАТЕЛЬНАЯ. РЕЗУЛЬТИРУЮЩАЯ НЕОБХОДИМОСТИ ЭКСТРЕННЫХ ДЕЙСТВИЙ В ПОСЛЕДУЮЩИЕ 5 ЧАСОВ: ПОЛОЖИТЕЛЬНАЯ. СРЕДНЕСРОЧНЫЕ РЕКОМЕНДАЦИИ: ПЕРВОЕ — ПРОВЕРИТЬ ОРУЖИЕ, ВТОРОЕ — СКАНИРОВАНИЕ В АВТОМАТИЧЕСКОМ РЕЖИМЕ. ТЕКУЩАЯ ПЕРСОНАЛЬНАЯ РЕКОМЕНДАЦИЯ: ОТДЫХ ДО ОКОНЧАНИЯ ОБРАБОТКИ ИНФОРМАЦИИ.

— Начинай сканирование, — скомандовал я, засовывая листы в устройство автоподачи.

— ПРИСТУПЛЮ К СКАНИРОВАНИЮ ПОСЛЕ ПРОВЕРКИ ВАМИ ОРУЖИЯ, — надменно сообщил Приятель.

Он еще условия мне ставит?! Впрочем… молодец, Приятель. Я перезарядил пистолет, приготовил пару запасных обойм, вернулся и доложил:

— Оружие проверено, сканируй.

— ПРИНЯТО. ГОТОВ. ПО ОКОНЧАНИИ ОБРАБОТКИ ПОДАМ ЗВУКОВОЙ СИГНАЛ. ОТДЫХАЙТЕ.

— Спасибо, — усмехнулся я, но через минуту, действительно, растянулся на диване.

И быстро уснул под ритмичное гудение сканера.

IF желаете продолжения GOTO 8

Hit any key to continue…

7.2

Я задыхался.

Меня никто не душил, только почему-то не хватало воздуха. Видимо, воздух просто куда-то исчез.

Вместо воздуха в ноздри лезла какая-то неимоверная гадость, которой нельзя дышать.

Надо бежать! Скорее! Иначе погибну!

Я дернулся и очнулся.

В нос мне по-прежнему бил мерзкий запах, я отмахнулся — и задел женскую руку.

Надя Разнощекова убрала ватку с нашатырем.

— Ты? — удивился я сквозь гудящий туман в голове.

— Я, — коротко ответила она. — Кто это тебя, Валера?

— Лучше скажи, как ты сюда…

— Дверь надо запирать, сыщик… не дергайся, я заперла. Встать сможешь? Или помочь?

— Смогу, помоги, — нелогично ответил я и принялся подниматься с пола. Разнощекова деятельно участвовала в процессе.

— Спасибо, Надежда, — я уселся на стул и перевел дух. — И все-таки, какими судьбами?

— Загадочная женская душа, — она пожала плечами. — Иду себе и думаю: а не заглянуть ли мне к Марееву? Вдруг лежит себе без сознания на полу, и никто его не спасает… Слушай, у тебя кровища везде. Ты не ранен?

— Убит, — ответил я, — и движим ныне только чувством долга.

— Кто убивал-то?

— Встретили тут рядом, ногами отмудохали… шакалье уличное… нанятое…

— Нет, — поднялась Разнощекова, — я так не могу. Давай тебе хоть кровь смоем, Валера. Может, тебе голову разбили?

— Сейчас пойду умоюсь — посмотрим.

— Валера, помочь? — спросила девушка, озабоченно глядя, как я с трудом поднимаюсь.

— Сам справлюсь. Ты тут… кофе, что ли, поставь пока…

— Где только он у тебя… ладно-ладно, найду.

В ванной я с трудом содрал с себя грязный окровавленный костюм. Мельком взглянув в зеркало, я тут же отвел взгляд. Ну и рожа у тебя, Мареев!

Умывшись, я осторожно ощупал себя — кости, вроде бы, остались целы — и, тихонько матерясь, кое-как обработал ссадины. Переодевшись в тренировочный костюм, я уже довольно бодро вышел из ванной.

С кухни доносился прекрасный аромат свежесварен-ного кофе: Надежда знала толк в этом напитке.

— Ну, ты молодец, Наденька. Решила вознаградить меня за нашатырные мучения? — поинтересовался я, усаживаясь на свободный стул.

— По-моему, господин Мареев, вы должны меня благодарить за нашатырный спирт, вернувший вас к жизни, гораздо более, чем за это вот баловство! — Она разлила кофе и тоже села.

— Отлично! — искренне похвалил я, сделав первый глоточек. — А гадать будем?

— Обязательно, — серьезно кивнула она. — Но все по порядку. Ты все злодеев гоняешь? Или они — тебя?

— Когда как, — согласился я. — А ты, стало быть, соскучилась по мне, да? Приятно, чертовски приятно…

— Нужен ты мне… говорю же, мимо шла…

— Вот и славно, что зашла.

Я допил кофе и осторожно прислонился к спинке стула. Бок болел неимоверно.

— Так, — моя гадалка тоже прикончила свою чашечку, — приступим…

Разнощекова долго изучала кофейную гущу, а потом подняла на меня сразу ставшие серьезными глаза.

— Валера, тебе совсем скоро будет угрожать опасность… когда именно, не скажу, но скоро.

— Ну спасибо, — я покачал головой, — удружила. Нет чтобы кучу баксов предсказать…

— Зря балагуришь. — Надя отодвинула от себя чашечку и блюдце. — Я серьезно.

— Ну, если серьезно…

Мне вдруг действительно стало не по себе. Может, Приятель чего умного скажет?

— Наденька, я пройду к себе в комнату на пять минут, хорошо? А ты меня здесь подожди, еще кофе выпей… вон с тем коньячком.

— Иди, — разрешила она.

Я проскользнул в каморку дяди Пентиума и включил машину, но…