Чтение онлайн

— Искусствовед… разве буржуй?

— А кто же?

— Интеллигент.

Он смотрел на нее со скрытым вопросом: неужели перед ним та бесшабашная девица, которая ради ощущений увертывалась от колес? Она не походила и на ту спортсменку, с которой познакомился в кафе. Женщина-хамелеон? Геннадий разгадал, точнее, рассмотрел, в чем ее сегодняшняя необычность… На тунике рисунок в стиле акварельной живописи японских мастеров, плюс отточенно-узкие глаза — экстремалка страны Восходящего солнца.

— Нонна, а кто твои родители?

— Не олигархи и не из среднего класса.

— Я спросил только потому, что ты завела разговор о моем дедушке. Вообще-то, предки не имеют значения. Мы с тобой молоды и можем добиться, чего хотим.

— Да? Ты где родился?

— Здесь, в городе.

— А я в деревне Нижние Мошонки.

— Нижние… мышонки? — не понял он.

— Нет, не мышонки, а мошонки. Способен ли человек из деревни с таким названием заиметь свой банк или хотя бы торговый ларек?

Геннадий хотел ответить, но ухо поймало слабый лязг входной двери. Видимо, показалось. Второй звук, уже внутриквартирный, его поднял. Геннадий вышел в коридор…

Мгновенная резкая боль от головы до ног… Обо что-то ударился лбом… Стены падают… Он ползет или его волочет какая-то неведомая сила…

Сознания он не терял — лишь стены зашатались. И по ним тоже ползали акварели… Человек…

Над Геннадием склонился узкотелый мужчина с узенькой бородкой. Он не то улыбался, не то оскалился.

— Кто вы? — почти беззвучно спросил Геннадий.

— А тебе не все равно?

— Что вам надо?

— Этот вопрос по существу.

Геннадий не испугался — для испуга нужно время. Ему казалось, что он не дома; он слишком глубоко нырнул, кончается воздух и тело слабеет. Надо сделать рывок и вдохнуть в полную силу легких. Он рванулся.

— Не будь фанычем, — посоветовал бородатый.

— Кем?

— Чайником, говорю, не будь.

— Немедленно меня отпустите.

— Куда?

— Домой.

— Так ты дома.

Геннадий попробовал сесть. Затекшие ноги стянуты ремнем. Он иногда принимал на ночь снотворное. Может быть, съел пару таблеток, забыл и никак не может проснуться? Но худощавый человек с тощей бородкой… Иссякающим голосом студент промямлил:

— Что вы хотите?

— Вот деловой разговор.

— Ну, так что?

— Выкупа.

— Деньги на столе в коробке.

Бородатый прошел к столу, глянул в коробку и скривился, показывая крупные желтые зубы:

— Шутишь, фраер?

— У меня больше нет, я студент.

— А мне деньги твои до лампады.

— Что же вам нужно?

— Картина.

— Берите со стены любую.

Бандит вздохнул, обдав Геннадия алкогольным смрадом, когда пьется и курится не сегодня и не вчера, а постоянно. Не перепутал ли алкаш квартиры? И где Нонна? Видимо, закрылась в ванной.

— Фраер, а любая картина мне не годится.

— Какая же годится?

— Та, которая стоит двести пятьдесят тысяч долларов.

— Я вас не понимаю.

Геннадий закрыл глаза, чтобы не видеть этого изможденного алкоголем лица. Бородку грязную, висящую серой мочалкой. Позвать Нонну? Экстремалка и преподает физкультуру… Но ведь девушка. Навлечь на нее опасность?

Бандит ребром ладони ударил его по шее. В глазах потемнело, затем позеленело и поголубело. Геннадий задышал часто, словно в квартире кончился воздух.

— Фраер, это не удар, а так, вроде пощечины. Глянь на мою руку. Видишь на запястье пять точек наколки? Это значит «в кругу друзей». А кисть? Костяной нарост. Не рука, а клешня. Я твою башку расколю одним ударом. Так где картина?

— Нет никакой картины.

— Как же нет… Художника Филонова.

— Откуда?..

— Родственница Филонова подарила твоему деду.

Геннадий пошевелил руками. Свободны… Вцепиться в жилистую шею бандита… Или ударить наотмашь… Отключить на минуту и позвать Нонну. Распутать ноги… Вскочить… Сознание Геннадия крепло, придавая крепость и телу.

— Фраер, так где же картина?

— Не знаю.

— Ты горбатого не лепи.

— Я ничего не помню.

Черепаха втягивает голову под панцирь, ежик сворачивается в клубок… Геннадий закатил глаза: его ведь шарахнули по голове и он мог все перезабыть. Он застонал:

— Голова болит, отключилась…

— Значит, хочешь?

— Чего хочу?

— Стать инвалидом первой группы.

— У меня провал в памяти.

— Сейчас тебе память вернем. Бить такого дохлого фраера не интересно. Слыхал, что СПИД неизлечим?

— Не понимаю…

— Сейчас тебя СПИДом заразим, образованец долбаный.

Геннадий скосил глаза: как заразят… Уколют? Деревянные пальцы бандита не годны для такой мелочи, как шприц. Лечить СПИД скоро научатся… Лишь бы кости не ломали.

— Фраер, не пугайся, колоть не буду. Мы тебя заразим в натуре, путем секса.

Мысль, как холодная вода, плеснула студенту в лицо — это же сон. Подобного в его жизни не было и быть не может. Надо проснуться… Он рванулся и сел.

— Ничего у тебя не выйдет!

— У Нонки-то? Она покойника сделает сексуальным маньяком. Сейчас она тебя трахнет, а у нее СПИД. Нонка, входи!

Дверь распахнулась. Теперь студент уже не сомневался, что этот кошмар происходит во сне. Потому что вошла Нонна. Она, глаза стали еще уже, словно их только что прорезали… Темная челка дрожит от скрытого нетерпенья… Скорым движением рук она начала раздеваться. Туника уже на полу… Лифчик брошен под ноги… Бандит от радости хлопнул себя по лбу и взревел: