Чтение онлайн

За последний час в отряде явно что-то произошло.

Спрашивать Оскар не пытался, знал: с ним гала разговаривать не будут, но по их репликам без труда разобрался в причине перемены.

Прилетел подполковник Красин, начальник погранотряда.

Зеленые фуражки собирались возле учебного корпуса, и Оскар повернул к ним. Пограничники явно чего-то ждали. По репликам, отрывкам разговоров инспектору вскоре стало ясно: командиры отряда собрались на срочное совещание у Красина.

Двери корпуса распахнулись, открылись обе створки, вынесли и поставили перед крыльцом письменный стол, на который тут же взобрался отец Афанасий. Начинался митинг, пограничники сгрудились вокруг «трибуны», а Оскар, напротив, отошел чуть в сторону и присел на скамью невдалеке от Железного Полковника.

— Кажется, надумали командиры.

— Тут и думать было нечего!

— Да? А под трибунал тебе идти?

Отец Афанасий достал свою трехствольную «пушку» и, передумав стрелять в воздух, взмахнул ею над головой. Все стихло.

Первую фразу святого отца инспектор не разобрал, а вторую вообще никто не услышал — собравшиеся на митинг пограничники, от рядовых до старлеев, грянули громовое «ура!», после чего народ уже не успокаивался ни на минуту, гомонил, что-то выкрикивал, но даже через такой шум прорывался бас батюшки:

— Мы все как один поднимемся на борьбу с исчадиями метапортала... настоящие патриоты Земли не дадут демам торжествовать над людьми... смертью храбрых поляжем в последнем бою, но не позволим демам осквернить родную галактику... умрем с оружием в руках, но не дадим чудищам с желтой кровью топтать нашу Эфу...

Гремело «ура», в воздух поднимались сжатые кулаки, автоматы, а Оскар горбился все сильнее, будто каждая фраза отца Афанасия скрючивала его, сжимала в пружину.

Отца Афанасия сменил новый оратор, который принялся взывать к мужеству патриотов родной вселенной, а сгорбленный инспектор все сидел на скамье. Лицо его стало смертельно бледным. Не волновался только Железный Полковник, он с усмешкой глядел и на инспектора, и на митинг.

Наконец ораторы накричались, народ стал расходиться. Теперь никто не мешал Оскару войти в учебку. Белый листок на доске объявлений он увидел сразу.

«Приказ № 1277 по погранотряду им. Баргузинова П. П.

Ввиду предстоящего гиперизвержения Махатрамы приказываем:

1. Исполнение приказа № 1266 «О передислокации погранотряда» приостанавливается.

2. Личному составу отряда принять все меры для отражения нашествия демов, их приспешников и прочих враждебных роду человеческому сил, которое нашествие, судя по данным научной разведки, будет осуществляться силами тридцати девяти вселенных.

3. Приказ вступает в силу немедленно.

Начальник пограничного отряда подполковник Красин

Батальонный комиссар по правам человека майор Татаринов

Начальник штаба капитан Уржумский»

С капитаном Оскар и столкнулся на дорожке, ведущей к командирскому корпусу. Уржумский спокойно выслушал все претензии инспектора по поводу незаконности последнего приказа, после чего ответил одним словом:

— Улетайте.

— Я должен поговорить с Красиным, предупредить, что на Земле всех, кто подписал приказ, ждет трибунал.

Глаза капитана стали стеклянными, как у дема.

— До Земли нам дожить еще надо. Улетайте сегодня же. Вы не представляете, сколько здесь желающих свернуть вам шею.

Оскар внимательно посмотрел в глаза начштаба. Говорить больше было не о чем, но, прежде чем инспектор повернул назад, капитан добавил:

— Так я вас и не понял, впрочем, как и вы Эфу.

— Все просто: я всего лишь хотел... — Что он хотел сделать, Оскар так и не сказал и поплелся прочь — маленький, никому не нужный здесь горбун. На стрельбище затарахтели автоматы, на полигоне вовсю ухали пушки. Отряд начинал готовиться к гиперизвержению.

Падал автоэр недолго. Острый с Шуваловым не успели ругнуться, как последовал глухой удар, и песок тяжелой волной ударил в лобовое стекло. В наступившей тишине, пока пограничники и Оскар приходили в себя, слышалось только шуршание песчаных струек по стеклу.

— Ну и зачем ты так низко вел? — спросил Острый и выматерился.

— Хотел следы рассмотреть, не понравились они мне.

— Рассмотрел?

— Ладно, кто знал, что порченая ляда объявится у самой Два-рики? Никогда Рама не добивала сюда. — Слегка развернувшись к сидевшему за его спиной Оскару, Шувалов пояснил: — Говорят, в порченой ляде время теряет свою синхронизацию — вот все приборы и двигатели выходят из строя. А люди и животные — ничего, переносят, правда, могут пропасть из ляды. Совсем.

— Погоди, он ничего не слышит.

Отстегнувшись от кресла, сержант принялся трясти Оскара. Тот с трудом открыл глаза, а увидев сержанта, застонал.

— Что-то болит? Не ушибся, инспектор?

— Вроде нет. Кошмар привиделся. Будто вы с Шуваловым оказались демами и убиваете меня.

— Это ляда морочит — уходить из нее надо поскорей, пока не пропали.

Когда выбирались из автоэра, Шувалов добавил Оскару подробностей насчет порченой ляды. В ней не только электроника, в том числе и коммуникаторы барахлят, но и людям под ее действием оставаться небезопасно, все-таки это капля киселя, пусть и разбавленная в тысячу раз. А ждать, когда порченая ляда растворится, рискованно — бывает, что ляда держится несколько суток, а до рейса, которым Оскару улетать на Землю, осталось всего четыре часа.

Наконец пограничники вытащили Оскара на божий свет. Огляделись. Рубин солнца спрятался за дальним лесом. У противоположного горизонта затаились первые вечерние тени. Вдалеке загорались звездами огни космопорта. В их сторону и показал лейтенант:

— За лесом гражданская трасса. Там или машину остановим, или комкомы заработают. Не волнуйтесь, Оскар, успеете улететь, ну а мы отправим вас с попуткой, а сами еще пройдемся, здешний участок границы проверим. Раз здесь ляда появилась, то и нечисть объявиться может.