Чтение онлайн

Клифт склонил голову уважительно. Потом предложил:

— Где бы нам с вами присесть и переговорить по важному для меня делу?

Старик распахнул ближайшую дверь:

— Прошу!

Перешагнув порог, Клифт замер в растерянности. Он ожидал увидеть кабинет с привычной атрибутикой — офисной мебелью, оргтехникой. Здесь же посреди комнаты стоял массивный стол из оцинкованного железа. И то, что лежало на этом столе, при ближайшем рассмотрении ввергало в трепет. Это было человеческое туловище, вернее, торс, без головы и без рук, с зияющей грудной клеткой. Там, будто во чреве робота, тянулись, переплетаясь причудливо, провода синего и красного цветов.

— Что это? — уставился на расчлененные останки Клифт.

— А, это… — небрежно махнул рукой старичок. — Демонстрационный препарат.

— A-а… почему там провода?!

— Да не провода это, — досадливо поморщился хозяин кабинета. — Кровеносные сосуды. Мы красим их для наглядности. Методика очень простая. В бедренную артерию трупа заливается жидкий латекс красного цвета, в вену — синего. Затем латекс застывает. Я препарирую, отсекая все лишние ткани, выделяю кровеносную систему. Студенты смотрят, запоминают. Могут любую веточку артерии или вены руками потрогать. Позже, когда начнут оперировать, им эти знания очень пригодятся.

Клифт уже с уважением посмотрел на то, что некогда было живым человеком.

— А я к вам, собственно, по такому же поводу, — приступил он к делу, после чего изложил все ту же историю о непутевом двоюродном брате.

Препаратор, нахмурившись, выслушал.

— Надо по накладным посмотреть, — сообщил он. — К нам таких часто привозят. Бомжей, психбольных, уголовников из тюрьмы. И, скажу я вам откровенно, — доверительно склонился старик к собеседнику, — нередко такое посмертное служение науке — единственный благородный поступок этих людей за всю предыдущую непутевую жизнь!

— Вот и мой брат был… скажем так, не самых честных правил, — грустно подтвердил Клифт, отчетливо представляя, что и его собственным бренным останкам, возможно вполне, предстоит возлежать со временем на таком же вот цинковом столе, как безродному. — Мамаша ко мне его обратилась. Найди, дескать, родную кровинушку. Я, грит, его по-человечески похороню, на могилку его приходить стану… Как бы нам с вами, любезный, договориться и родственничка моего отсюда к мамаше отправить?

— Что вы, что вы! — замахал руками старик. — Это совершенно невозможно! Труп, попавший сюда, уже не тело, а учебное пособие. За него, к вашему сведению, уже и деньги из бюджета медакадемии уплачены. Это же подсудное дело!

— Все расходы я компенсирую! — достал Клифт бумажник, в котором оставалось еще достаточно сдернутых в свое время у заместителей денег. И продемонстрировал препаратору толстую пачку купюр.

Тот с интересом на нее посмотрел.

— Разве что так, — протянул нерешительно. А потом встрепенулся: — Когда, говорите, родственник ваш к нам поступил?

Клифт протянул ему клочок бумажки, выданной в морге.

Старик взглянул на дату, подошел к компьютеру, потыкал в клавиатуру пальцем, пошарил мышкой по вспыхнувшему монитору. И обернулся к гостю, покачав головой с сожалением.

— Вы уже опоздали, милейший. Тела, как такового, уже нет.

Клифт заволновался:

— Как это нет? — А потом, уставившись на жуткий препарат на столе, догадался. — Вы его что, уже… на запчасти разобрали? — И указал дрожащим пальцем: — А это — не он?

— Ну, не то чтобы разобрали, — пожал плечами старичок. — Скорее, наоборот. Я его только вчера собирать закончил. Но, увы, не в том виде, в каком его можно предъявить близким родственникам…

— Покажите! — решительно потребовал Клифт.

Препаратор достал из ящика стола связку ключей и кивнул гостю:

— Пойдемте.

Проведя визитера все тем же длинным полутемным коридором, он в самом конце его отпер обитую железом дверь. Первым шагнул за порог, включил свет. И указал на что-то в глубине комнаты.

— Вот он!

Клифт глянул из-за плеча старичка. На него, скаля обнаженные зубы, смотрел пустыми провалами глазниц сияющий выбеленными, будто отполированными костями, укрепленный на подставке скелет.

— Идиот! — орала следующим утром вдова нефтяного магната, указывая на скелет мужа пальцем. — И что я теперь должна с ЭТИМ делать? Милиции предъявить?!

— Полиции, — поправил ее машинально Клифт. Он стоял, растерянно теребя в руках чехол для перевозки костюма, в коем, к немалому изумлению и ужасу шофера Сереги, доставил бренные останки Жабина в багажнике джипа.

А потом перешел в наступление:

— Вы, дамочка, на меня так рот разеваете, будто это я вашего муженька кокнул. К тому же вся… э-э… арматура гражданина Жабина в целости и сохранности. Я по телевизору видел: ученые по одной косточке способны весь внешний вид животного воссоздать. Ну, там динозавра какого-нибудь, мастодонта или австралопитека. А тут у них — целый скелет! Восстановят внешность гражданина Жабина, вы его полиции и предъявите.

— Сам ты австралопитек безмозглый! — ярилась вдова. — Если бы ты, козел, труп моего мужа с чужими документами на вокзале не бросил, мы бы его давно похоронили честь по чести, а убийство на коммерческие разборки списали. А теперь?

Клифт вдруг хлопнул себя озаренно по лбу.

— Слушайте! А зачем нам вообще весь этот огород с предъявлением трупаков городить? Я ведь в настоящий момент кем де-факто являюсь? Вашим законным мужем. Вот и давайте все документы, связанные с разводом и передачей имущества, подпишу. Мне чужого не надо…

— А ты и подписи умеешь подделывать? — скептически глянула на него вдова. — В банках да нотариальных конторах образцы подписи моего мужа имеются. Там не такие, как в этой нефтяной компании, придурки сидят. Они тебя, мелкого афериста, вмиг раскусят!

— Ладно, придумаем что-нибудь, — пообещал Клифт и глянул на часы с облегчением. — Мне на работу пора. Дождись меня, дорогая. — И попытался примирительно, по-семейному, чмокнуть в щечку.

Та шарахнулась от него, как от чумного.

Покинув гостиницу, Клифт не знал, что, оставшись в одиночестве, «дорогая» сделала телефонный звонок. И прошептала в мобильник: