Чтение онлайн

— Брат Амбросио! — проговорил вне себя от удивления асиендадо.

— Да, ваш прежний капеллан. Он был шпионом скваттера, открыл ему все ваши планы и указал ему, как проникнуть в асиенду, чтобы похитить вашу дочь.

— Хорошо! — прошептал глухим голосом дон Мигель. — Я не забуду этого.

— Красный Кедр берет с собой вашу дочь в прерии.

— Я последую за ним, хотя бы для этого мне пришлось пройти тысячу миль, — сказал твердым голосом дон Мигель. — Благодарю вас за то, что вы так подробно сообщили мне это. Но почему вы так сильно интересуетесь мною, хотя, как вы сами говорите, я даже не знаю вас?

— Позже вы узнаете, дон Мигель, а теперь, прежде чем проститься с вами, я хочу сказать вам еще одно слово.

— Я вас слушаю, кабальеро.

— Не говорите никому — ни французскому охотнику, ни вашему сыну о нашей встрече. Пусть эта тайна умрет в вашей груди. Когда вы приедете на Дальний Запад и найдете на одной из стоянок кусочек красного дерева с отпечатком лошадиной подковы, то встаньте в полночь и постарайтесь выйти из лагеря так, чтобы никто не следил за вами. Когда вы будете в ста шагах от лагеря, в густой и высокой траве, свистните три раза. Вам ответят точно таким же свистом, и тогда вы узнаете все, что вам нужно знать, но чего я не могу сообщить вам теперь.

— Хорошо, благодарю вас еще раз. Я сделаю так, как вы говорите.

— Вы мне даете слово?

— Клянусь честью дворянина! — отвечал дон Мигель, снимая шляпу.

— Я принимаю вашу клятву, прощайте.

— Прощайте!

Незнакомец вонзил шпоры в бока лошади, ослабил поводья, и животное понеслось вперед, как бы подхваченное вихрем.

Оба всадника долго следили за незнакомцем глазами, любуясь грацией и гибкостью его движений.

Наконец, когда лошадь и всадник исчезли вдали, дон Мигель, задумчиво опустив голову, поехал дальше. Потом он снова выпрямился и, обращаясь к генералу, проговорил:

— Кто может быть этот человек?

— Я знаю его не больше, чем вы, — отвечал его друг. — Но, клянусь вам, я последую за ним, хотя бы для этого мне пришлось обыскать все кусты и пещеры в пустыне.

— Как! — воскликнул дон Мигель. — Вы поедете со мной?

— Неужели вы сомневались в этом, дон Мигель? Этим вы только оскорбили бы меня. Вам будет мало всех ваших друзей, чтобы отправиться на розыски вашей дочери и наказать по заслугам этого демона-скваттера, этого гринго. Нет, я не покину вас в такое время — это было бы величайшей подлостью. — прибавил он с улыбкой. — Для меня, пожалуй, будет даже лучше, если правительство позабудет немного о моем существовании.

— Благодарю вас, друг мой, — отвечал асиендадо, протягивая руку, — я знаю, как вы преданы мне и меня может только радовать это новое доказательство вашей дружбы…

— Которое вы, конечно, и принимаете? — перебил его генерал.

— От всего сердца, — отвечал дон Мигель. — Помощь такой твердой руки и мужественного сердца могут оказать мне громадную услугу при моих грустных обстоятельствах.

— Отлично! Итак, мы покончили с этим вопросом… Мы поедем вместе! И, клянусь вам, мы освободим донну Клару.

— Дай Бог! — прошептал грустно асиендадо.

Через четверть часа они подъезжали уже к лагерю Искателя Следов.

Валентин не более четверти часа тому назад узнал от Единорога о результатах его переговоров с губернатором Санта-Фе и об освобождении пленников и с нетерпением ожидал их прибытия. Завидев их издали, он вместе с доном Пабло и миссионером поспешил к ним навстречу, тем более, что всадники тоже уже заметили их и во весь опор летели к ним.

Свидание отца с сыном и Валентина с его друзьями было очень трогательным.

Беседа их, которая продолжалась несколько часов, всецело была посвящена обсуждению двукратного дерзкого похищения молодой девушки и тех мер, которые следовало предпринять для ее освобождения.

Отец Серафим хотел вместе с Единорогом проникнуть в селения команчей и надеялся встретиться со своими друзьями в прериях.

Вечером вернулся Курумилла. Араукан весь был в пыли, обильный пот струился по его лицу.

Валентин не задал индейцу ни одного вопроса до тех пор, пока тот не отдохнул немного, и только тогда он, положив руку на плечо, спросил:

—Ну?

— Курумилла видел их, — отвечал ульмен.

— Хорошо! А много их?

— Десять раз столько, сколько у меня пальцев на обеих руках, и еще десять человек.

— Карамба! — вскричал Валентин. — Неужели их так много? Нам будет очень трудно справиться с ними.

— И все они смелые охотники, — прибавил вождь.

— А вы узнали, когда они отправляются?

— Сегодня вечером, когда взойдет молодой месяц.

— Я понимаю их план, — проговорил охотник, — они хотят ночью перейти брод дель-Торо.

Курумилла утвердительно кивнул головой.

— Они придумали хорошо, — продолжал Валентин, — потому что, раз они переправятся через дель-Торо, они будут в пустыне, где им нечего уже будет бояться или, по крайней мере, они так думают. Да, как это ни досадно, а приходится сознаться, что негодяй Красный Кедр все-таки очень умный человек и умеет все предвидеть и обо всем позаботиться… Ну, да на этот раз ему придется иметь дело с людьми, которые не хуже его знают все эти штуки… Я беру это дело на себя и надеюсь, что с Божьей помощью я выиграю у него партию.

— Что же теперь нам делать? — спросил дон Мигель.

— Спать, — ответил Валентин. — У нас еще много времени впереди, и поэтому самое лучшее, что мы можем сделать теперь, это лечь спать. Собираясь вести борьбу с Красным Кедром в пустыне, мы особенно должны заботиться о своем здоровье. Поэтому необходимо дать отдых и душе, и телу.

Курумилла встал и через минуту вернулся с двумя винтовками, пистолетами и ножами.

— У моих братьев нет оружия, — сказал он, складывая свою ношу к ногам мексиканцев.