Чтение онлайн

— Несу, несу, дорогой.

В трубке вновь раздался голос Почтаря:

— Да, все в порядке, есть письмо, мистер Уайт.

— Том, выслушайте меня хорошенько. Я сегодня очень плохо себя чувствую, но завтра рассчитываю выйти. Прошу вас, задержите на один день письмо, не отсылайте его Харрингтону.

— Одну минуту, я узнаю.

— Том!

Но тот уже отошел.

Элизабет вернулась и жестами показывала, что яйцо готово. Альберт с прежней вымученной улыбкой закивал головой и сделал ей знак удалиться. Том вновь взял трубку:

— Ваше письмо лежит у нас с прошлого вторника, мистер Уайт.

Элизабет стояла, скрестив руки, с жалостью глядя на мужа.

— Том, я выйду через день и сразу же заберу его.

Резким взмахом он указал Элизабет на дверь.

— Почему бы вам не позвонить Харрингтону, — подсказал Том, — и не объяснить ему, что вы заболели?

— Том, я вас прошу, задержите письмо!

— Мне очень жаль, но это невозможно, мистер Уайт. Вы сами наказали мне при любых обстоятельствах отправить конверт назад через пять дней.

— Но я заболел! — завопил Альберт.

На крик вбежала Элизабет. На лице ее читалась тревога, кроме того, она явно умирала от любопытства.

Том с привычной служебной вежливостью втолковывал:

— Вам не следует волноваться, мистер Уайт. Вы можете спокойно болеть, все будет в порядке…

— Том, вы же меня знаете! Вы узнаете мой голос?!

— Разумеется, мистер Уайт.

— Письмо адресовано мне или не мне?!

— Совершенно верно, мистер Уайт, но в правилах почтового ведомства…

— Да плюньте вы на правила!

Элизабет вытаращила глаза. Альберт тоже понял, что хватил через край. Он продолжил чуть тише:

— Извините, Том. Я не то имел в виду. Понимаете, я так нервничаю, а тут еще эта проклятая болезнь…

— Всего лишь грипп, мистер Уайт. Я уверен, Харрингтон не вышвырнет вас за дверь из-за того, что вы разок заболели.

Альберт с отчаянием взглянул на Элизабет, и тут в голову ему пришла спасительная мысль.

— Том, выслушайте меня, Том. Сделаем таким образом. Я сейчас пришлю за конвертом жену. (Теперь он будет вынужден рассказать обо всем Элизабет, по крайней мере — сокращенную версию.) Она принесет от меня записку, мои водительские права с фотографией и вообще все, что потребуется…

— К сожалению, это невозможно, мистер Уайт. Я не могу отдать ваше письмо никому. Вы помните?

Еще бы! Черт его дернул тогда болтать!

— Том, прошу вас. Вы даже не представляете…

— Мистер Уайт, я не могу нарушить правила.

— У-у-у, — замычал Альберт, с клацаньем опуская трубку на рычаг.

— Альберт, дорогой, что происходит? — вступила Элизабет. — Я не помню тебя таким.

— Пожалуйста, не лезь сейчас ко мне, — отрезал Альберт. Он вновь схватил справочник, набрал номер редакции «Геральд-Стейтсмен» и попросил к аппарату Боба Харрингтона. «Одну минутку, пожалуйста», — пропела секретарша.

Альберт представил себе разговор с Бобом. Просить этого журналиста вернуть нераспечатанным таинственное письмо — все равно что бросить кусок мяса в клетку льву и увещевать зверя стать вегетарианцем!

Прежде чем Харрингтон взял трубку, Альберт дал отбой. Он уронил голову на грудь. «Что делать?.. Что делать?..» — бормотал он.

— Может, позвонить доктору Фрэнсису? — подсказала Элизабет.

Доктору уже звонили в пятницу, он назначил лечение и после этого еще позвонил в аптеку, уточнив, что нужно для Уайта. Доктор Фрэнсис приходил к больному только, если речь шла о несчастном случае. Но сейчас Альберт радостно ухватился за эту мысль.

— Да-да, позвони ему и попроси приехать немедленно! — Потом он добавил обреченным тоном: — Давай свое яйцо всмятку.

Доктор Фрэнсис прибыл около двух часов дня. Снимая в прихожей мокрый плащ — на улице лило как из ведра, — он спросил голосом, не предвещавшим ничего хорошего:

— Ну-с, что там случилось?

Альберт лежал пластом на диване в гостиной, накрытый горой одеял. При звуке открываемой двери он хрипло закричал: «Я здесь, доктор! Сюда!»

— Вы что, шутите? Я же назначил в пятницу лечение, — бурчал Фрэнсис.

— Доктор, — начал Альберт как можно тверже. — Мне во что бы то ни стало надо сходить сегодня на почту. Это вопрос жизни. Я вас прошу, дайте мне что-нибудь такое, сделайте укол… что угодно, только, чтобы я смог дойти до почты.

Доктор остановился перед ним, сжав брови на переносице.

— Вы мне скажете, наконец, что происходит?

— Я должен пойти…

— Вы, дорогой мой, насмотрелись детективов по телевизору. Не существует лекарства, способного поднять вас с гриппом. Когда человек болен, он должен болеть, а не городить чушь. В конце недели я вам гарантирую выздоровление.

— Но поймите, мне нужно там быть сегодня!

— Попросите сходить жену. Это ведь всего лишь почта.

Безумная ярость внезапно придала силы Альберту. Он сбросил с себя одеяла, вскочил и в пижаме ринулся в переднюю, сорвал с вешалки пальто, нахлобучил шляпу и в шлепанцах выбежал за дверь. Элизабет и доктор что-то кричали, перебивая друг друга, но он не слышал.

Альберт успел сделать несколько шагов по мокрой аллее, тапок соскочил у него с ноги, и он рухнул, неловко подвернув ступню.

Элизабет с доктором перенесли его назад в дом. Доктор, мрачно бормоча, наложил на вывихнутую ногу тугую повязку.