Чтение онлайн

— Вера, нам нужно его обязательно задержать сегодня или завтра. Он опасный человек, — твердо заявил Поярков. — Но пока мы его ищем, он может принести большое зло другим людям… Кто та девушка, с которой он уехал на такси?

— Я ее не знаю. Случайно потом видела ее, она работает на рынке, в магазине уцененных товаров, такая высокая, худая, с длинными волосами, лет двадцати пяти, — решительно сказала Вера, и ей сразу почему-то стало легче.

— Спасибо. — Поярков протянул руку, m Вы хороший и добрый человек. От души желаю вам в жизни счастья, избегайте подобных Арсенов.

Продавцы, работавшие на торговом дворе, дали инспектору Шувалову приметы двух лиц, которые после обеденного перерыва заходили на территорию. Допрос кассирши ничего нового к материалам следствия не прибавил.

За годы работы Поярков научился строить свои версии таким образом, чтобы к преступникам вели сразу несколько путей. Такой метод следствия трудоемок, зато он обеспечивает большую надежность. Оборвется одна нить — в запасе другая. У него в работе не было неожиданных ходов, его следствие не удивляло товарищей хитроумностью. К развязке он шел медленно, иногда даже слишком, но нераскрытых дел у него не было.

Сейчас у него имелась очень хрупкая, ненадежная версия, а ему требовалась убедительная и прочная. Приметы Сулико и Арсена сходились, значит, преступник «работает» под разными именами. Многое теперь зависело от того — москвич он или живет в другом месте. Судя по тому, что у Сулико-Арсена был характерный акцент, особенно когда он говорил быстро, можно считать, что детство его прошло в одной из кавказских республик.

Поярков долго продумывал, как ему приступить к допросу продавщицы из магазина уцененных товаров. Нужно предусмотреть все вплоть до вызова в районное управление: раз она поехала тогда вместе с Арсеном, значит, хорошо его знает. А раз знает, одним только вызовом можно спугнуть мошенника, и тогда он скроется. Время было позднее, и они с Шуваловым договорились провести допрос продавщицы на следующий день.

Домой Поярков возвратился усталый и недовольный результатами следствия. В двери записка: «Володя, звони в любое время. Алик». Наверное, эксперт-криминалист нашел что-то важное. Немедленно набрал номер телефона.

— Хорошо, что позвонил, — позевывая, говорил Алик. — Я до утра тянуть не стал: может, тебе срочно нужно, Тщательно исследовал кусочки нарезанной бумаги и могу тебя порадовать: кое-что удалось установить. Часть из них — листы журнала «Крокодил» за июль и «Литературка» от 10 июля.

За годы совместной работы Поярков хорошо изучил эксперта Алика Чельцова. Тот никогда не выкладывал все сразу, выдавал свою информацию постепенно, частями.

— Да, да, листы из журнала «Крокодил» за июль и «Литгазета» за 10 июля.

Bee ясно, его догадка подтверждается: преступники готовились к операции больше недели, готовились тщательно. Собственно, почему подтверждается? Может, газета от 10 июля попала к ним в самый последний день, накануне преступления? Хорошо бы, если на первой или последней страницах были написанные от руки цифры. В почтовых отделениях перед разноской журналов и газет почтальоны карандашом пишут номера домов и квартир.

— Самое интересное, — неторопливо продолжал Чельцов, — что обнаружился оттиск штампа…

Алик переигрывал, это немного раздражало, но Поярков терпел.

— Когда газеты или журналы поступают в библиотеку, на них ставят штампы читального зала. В твоей «кукле» обнаружен такой оттиск. Пришлось два часа подбирать листочки, зато почти весь штамп собрал. Оттиск слабый. Удалось восстановить… Нет, библиотека московская, — эксперт сделал паузу и продолжал: — Штамп московской библиотеки, номер его тридцать четыре… Да ты не торопись, я все выяснил. И адрес библиотеки, и часы ее работы, даже кто там заведующая. Записывай…

Поярков часто задумывался над тем, за что у них в управлении любят Чельцова — насмешника и злослова. Сейчас понял — за порядочность и бескорыстие. Эксперт знает, какое напряженное время наступило для следователя, сколько сложнейших вопросов он должен безошибочно решить, и любая, даже самая незначительная, помощь снимет с него частицу забот, позволит спокойней и логичней мыслить, придаст уверенность в действиях.

— Спасибо тебе, добрый человек с Арбата. Спокойной ночи…

Поярков снял китель, вышел на балкон. После телефонного разговора на душе стало полегче, появилась вторая тропка к преступникам, а насколько она правильна, он проверит завтра. Сейчас нужно крепко уснуть.

Магазин уцененных товаров размещался в одном из многочисленных закоулков колхозного рынка. Через большое, плохо протертое двухметровое окно можно было рассмотреть все хозяйство магазина, имущество которого располагалось в двух смежных комнатах. Они были завалены залежавшейся обувью, головными уборами, мятыми пальто, годившимися теперь только разве что для огородных чучел, вышедшими из моды куртками и другими вещами, которые вряд ли кто-нибудь когда-нибудь купит,

Когда вошли в помещение, в нос ударил неприятный запах плесени и залежавшихся товаров. На витринах под стеклом лежали старые значки, неисправные зажигалки, изделия из кости, заколки и запонки, отделанные полудрагоценными камнями, которые почему-то даже за бесценок никто не покупал.

В магазине работали три продавца. Знакомую Арсена Поярков определил сразу. Опершись локтями о прилавок, уронив белокурые волнистые волосы на стекло, она рассматривала себя в зеркало и длинными пальцами с неестественным темно-зеленым маникюром растирала на лбу крем, меньше всего обращая внимания на окружающих. Торговля только начиналась, покупателей было мало, поэтому продавцы были заняты собой.

Поярков подтолкнул Никиту вперед, а сам отошел к вешалке и попросил дать ему примерить плащ.

— Оля, мы из уголовного розыска. У нас к вам разговор об Арсене. Где мы можем поговорить без свидетелей?

Они прошли в крохотный закуток, служивший здесь и складом товаров, и раздевалкой, и местом отдыха. Решили допросить сразу же, здесь. Идти с продавщицей через рынок, который заполонили приезжие, не имело смысла, поскольку кто-то из них мог быть причастным к совершенному преступлению.