Чтение онлайн

— Нет. Только те, что в пистолете. Но ведь Лотта…

— И Лотта, и Вальтер — это вершки. Мы ничего не знаем о размерах подземелья. И о том, что в нем происходит. Ведь не Лотта и не Вальтер превратили вашего товарища в то, что мы видели.

— Кто же тогда?

— Чтобы это узнать, требуется послать в подземелье целый отряд храбрецов, с фонарями и пулеметами. Глядишь, кто-нибудь и вернулся б, рассказал. Но никто бы ему не поверил.

— Отряду хорошо вооруженных храбрецов мы найдем лучшее применение, — проворчал Лев Давидович.

Залаяла бульдожка. В холл вошел возница.

— Я слышал, господа собираются в Майринген?

— Господа собираются, — подтвердила появившаяся из кухни Лотта.

Спустя два часа они впятером сидели в привокзальной кофейне, пили кофе по-венски, а перед Арехиным и Надеждой Константиновной были еще и пирожные «безе».

— Что вы собираетесь делать? — спросила Арехина Надежда Константиновна.

— Вернусь в Россию.

— А в России?

— Буду учиться. Потом найду работу. Или она найдет меня.

— Полагаетесь на случай?

— Считаю, что жизнь сложнее наших представлений о ней.

Готовишься к одному, а случается порой совсем другое.

— Случается и третье, — сказал Ильич. — А пока учитесь, учение — дело нужное.

Остальные молча кивнули, словно знали нечто, Арехину пока недоступное.

Впрочем, он тоже знал нечто, недоступное им. Лучше бы ему этого не знать, но тут уж ничего не поделаешь.

А в Майринген он еще вернется. Когда-нибудь.

Погода в тот осенний день выдалась на редкость дождливой и промозглой. Туман окутал землю белесой пеленой, а в фабричных районах копоть и дым окрашивали его в грязно-желтый цвет и наполняли воздух неприятными запахами. Частный детектив Бэзил Хитвуд инстинктивно поежился под добротным плащом из тонкой шерсти и прислушался. Вязкую тишину то и дело нарушали неритмичные звуки стекающих с крыш капель. Недавний дождь прибил к земле грязь и пыль, но не принес свежести. Туман сгущался, уплотнялся и, казалось, норовил забраться в рот и нос, как влажное безвкусное желе. Хотелось поскорее выбраться на чистый воздух и как следует отдышаться.

— Черри, Черри! — позвал Бэзил сквозь непроницаемую для взгляда завесу. Но не услышал дробного топотка собачьих лап по мокрой мостовой.

Детектив поудобней перехватил трость и три раза постучал о землю условным сигналом. Пес не отозвался.

— Черри, Черри, — сказал Бэзил в пространство, — куда же ты подевался, глупыш?!

Впереди раздался топот копыт и натужный скрип, из тумана выдвинулась лошадиная фигура, за которой вырисовывались очертания телеги.

— Простите, не пробегал ли мимо вас бульдог? — с надеждой обратился детектив к закутанному в какое-то тряпье вознице.

— Что же тут увидишь, — буркнул тот в ответ, — вы бы поосторожней, сэр, здесь узкая улица. Хорошо, моя старушка знает дорогу, а то бы я и не сунулся никуда в такую скверную погоду!

Бэзил поблагодарил и, провожая взглядом растворяющуюся вдали повозку, почувствовал нечто странное: ему почудилось, что кто-то смотрит на него из-под прикрывающей груз мешковины.

Списав это ощущение на проделки тумана, Бэзил вернулся к поискам. Он неторопливо шел по улице, нащупывая тростью путь, и продолжал время от времени звать собаку.

— Черри, Черри!

Вскоре он заблудился и страшно обрадовался, услышав человеческий голос.

— Ну, я — Черри! — говорили хрипло, как будто простуженно.

Возникший из тумана силуэт приблизился и оказался среднего роста женщиной. Она вскинула голову, отмокшие поля ее шляпки приподнялись, и Бэзил увидел вульгарно накрашенное лицо и уныло свисающие вдоль щек paзвившиеся локоны. Он нс отшатнулся от неприятной особы, а даже слегка поклонился и улыбнулся ей.

— Я ищу собаку, леди! Бульдога по имени Черри.

— А, а я думала, вы тут по делу, — незнакомка скорчила разочарованную гримаску, — собаку-то можно и потом поискать. Как вам такой расклад? Меня, кстати, и впрямь Черити зовут.

Она подмигнула Бэзилу и закашлялась. Кашель у женщины был нехороший, хотелось взять ее за руку и отвести к врачу.

— Вам не следует гулять в такую погоду, — сказал детектив и покраснел, поняв, что сморозил глупость.

— Ну-ну, — хмыкнула женщина, — за красивые глаза, знаете, денег не дают!

Бэзил снял перчатку и сунул руку под плащ. Во внутреннем кармане болталось несколько монеток. Он выбрал пару шиллингов и положил деньги в холодную щупленькую лапку.

— Я пошутила, — сказала женщина, — у меня ваша собака, я сразу поняла, что она дорогая и ее будут искать. Уже давно здесь брожу. Только позвать не могу. Представьте, если б я ходила и орала во всю глотку: «Эй, кто собаку потерял!» — всех клиентов бы распугала.

— Спасибо вам, — искренне поблагодарил Бэзил, — пойдемте, покажете, где мой Черри.

Спустя десять минут детектив и счастливо хлюпающий носом бульдог покинули тесную комнатушку новой знакомой, а уже через двадцать ему удалось поймать кеб.

Бэзил арендовал дом у старого приятеля, уехавшего в Индию. Недалеко от центральных улиц Лондона, в тихом переулке, стоял ряд краснокирпичных домов с ухоженными садиками перед ними. Вежливые и нелюбопытные соседи делали жизнь здесь еще более спокойной и комфортной. Плата была чисто символическая, перспектива возвращения друга из-за границы откладывалась и откладывалась, так что Бэзил вскоре привык считать это аккуратное двухэтажное строение георгианской эпохи своим домом… Приходящая экономка миссис Томсон, круглолицая приятная дама неопределенного возраста, следила за порядком, создавала уют и немного готовила. Для больших уборок обычно приглашались женщины из агентства. Лишних людей в доме не держали, что весьма импонировало Бэзилу как частному детективу.