Чтение онлайн

Первоначальный Ребенок почти умер в пустыне тогда, много лет назад. Вместо него на свет явилось племя, теперь оно вернулось в пустыню и научилось выживать в ней. И в пустых землях Атхаса, умение выживать было необходимой частью сушествования. Такие мысли посещали Путешественника, пока он неторопливо шел обратно к лагерю.

Потом он внезапно остановился. Все его чувства обострились и напряглись. Мгновением позже он уже знал, что взволновало его, и он побежал, на полной скорости, по направлению к лагерю.

Риана быстро схватила свой арбалет, но в то мгновение, когда она отвела взгляд, тень исчезла. Она быстро встала на колени и достала арбалетный болт из колчана. Держа лук перед собой и готовая вскинуть его в любой момент, она медленно обшаривала взглядом местность вокруг себя. Возможно ей только что-то показалось, но она была уверена, что видела какое-то движение. Чем бы ни была эта тень, она, похоже, скользнула обратно в ночь.

Риана облизала губы, которые внезапно пересохли. Как бы она хотела, чтобы Сорак вернулся. Она оставалась совершенно неподвижная, настороженная, лук был наготове, слух напряжен, она старалась услышать малейшие звуки. Где-то далеко раздался крик какой-то твари. Кто-то убил, или его убили. Но это было очень далеко. Ей хотелось подбросить немного дерева в костер, который почти погас, но ей очень не хотелось выпускать из рук арбалет. Не может ли быть так, что это просто обман зрения, вызванный лунным светом? Ночной холодный ветер шевелил ее длинные волосы, пока она сидела, пригнувшись, ждала и внимательно слушала. Кто-то там движется, или или это просто ветер, шуршащий среди низкого кустарника?

Как ей казалось очень долго Риана оставалась совершенно неподвижной, держа свой арбалет наготове. Не было даже малейшего знака, что кто-то движется за пределами их лагеря, она не слышала ничего кроме завываний ветра, шевелившего сухую траву пустыни и игравшего ветвями дерева пагафа над ее головой. Костер уже практически погас. Она выдохнула, внезапно сообразив, что все это время не дышала, отложила в сторону свой арбалет, потянулась за кусками дерева и бросила их в огонь.

Внезапно над ней выросла тень и она почувствовала, как сильные руки обхватили ее сзади.

С криком она вскинула руки и выскользнула из хватки напавшего на нее врага, потом перекатилась и одним быстрым движением, не глядя, ударила ногой за себя. Она почувствовала, как ее нога попала во что-то а потом послышалось глухое рычанье, и что-то или кто-то упал на землю, она перекатилась и вскочила на ноги, встав лицом к лицу с тем, что напало на нее.

Сухие ветки, которые она подбросила в огонь, внезапно вспыхнули, и она увидела то, что на первый взгляд было похоже на человека, встававшего на ноги. Это был высокий, могучего сложения человек, с широкими плечами, узкой талией, длинными темными волосами и суровыми чертами лица. Но в его пропорциях было что-то неправильное. Руки и ноги были настолько длинны, что он выглядел как мужчина-виличчи, что, конечно, было невозможно. Она увидела заостренные уши и подумала, что это эльф, но потом увидела его руки, он их поднял перед собой, его пальцы загибались, как когти. Руки были очень велики, по меньшей мере вдвое больше чем у обычного человека, а пальцы и вовсе в три раза длиннее обычных пальцев. Казалось, что кончики пальцев слегка светятся, и тогда она внезапно осознала, что это такое. Сосуны. С невольным трепетом, она осознала, с чем она столнулась. Это был не человек и не эльф. Это был тракс.

В траксе было что-то человеческое, но он был совсем не человек. Это было отвратительное, ужасное создание, которое было сотворено другими, такими же как он. Первые траксы были сотворены магами-осквернителями для наказания своих врагов. Но даже осквернители оказались не в состоянии контролировать их. Они убежали в дикую пустыню, где нападали из засады на путешественников. Становясь тенью, траксы подкрадывались к ничего не подозревавшей жертве, внезапно становились твердыми за ее спиной, хватали ее своими могучими руками, присасывались к ней и выпивали всю жидкость из ее тела. Это причиняло такую боль, что обычно жертва была даже не в состоянии сражаться и умирала в страшных муках, превращаясь в высушенный труп.

Риана никогда не слышала ни о ком, кто пережил атаку тракса. Даже если жертва каким-то образом вырывалась, контакт с этими сосунами заставлял ужасную магию, при помощи которой были созданы эти вампиры, переходить на жертву, и, со временем, на свет появлялся новый тракс. Магическая мутация начиналась с болей в руках и ногах, затем руки и ноги начинали удлиняться. Боль увеличивалась, распространялась по всему телу, потом кожа на кончиках пальцев лопалась, и оттуда появлялись присоски. Одновременно жертву охватывала ужасная жажда, жажда, которую вначале можно было утолить выпив жидкость из маленьких млекопитающих, но это было еще не все. Жажда росла и росла, уничтожая остатки нормального ума, и только в жертве типа человека или гуманоида было достаточно жидкости, чтобы утолить ее…и только на короткое время.

Вспышка огня заставила тракса отшатнулся от нее, его длинные, с присосками на концах пальцы вытянулись и неприлично дрожали в воздухе, сморщенный рот кошмарного создания был перекошен жаждой. Риана знала, что у нее только один шанс избежать смерти, или судьбы даже еще худшей, чем смерть, ей было нужно нанести смертельный удар траксу в тот момент, когда тракс будет твердеть. Она не могла рассчитывать на свой арбалет, он был по ту сторону костра. Ее меч лежал в кожаных ножнах позади рюкзака, там, где она и оставила его. У нее только ее ножи. Двигаясь как можно быстрее, она наклонилась и вытащила один из ее клинков из-за голенища ее высокого мокасина, и одним слитным, плавным движением бросила его в тракса. Тракс немедленно стал тенью и клинок прошел сквозь него, не причинив ему никакого вреда, ударился в ствол дерева пагафа, где и застрял. Кошмарная тень снова затвердела в пригнувшего к земле тракса, готового к прыжку.

Не отрывая глаз от твари, Риана опять нагнулась и вытащила из-за голенища еще один нож. Она выставила длинный клинок стилета перед собой и слегка пригнулась, расставив ноги пошире. Тракс увидел второй клинок и заколебался. В мгновение его замешательства Риана потянулась за силой своего ума и, используя свою псионическую силу, швырнула горящие в огне ветки прямо в лицо тракса. Тракс инстинктивно отпрыгнул и поднял руки, защищаясь, а Риана ринулась на него. Но тварь быстро пришла в себя, намного быстрее, чем Риана ожидала, и когда она ударила по нему своим кинжалом, клинок прошел сквозь тень.

Тень отпрыгнула назад, подальше от нее, потом тракс опять затвердел, на этот раз ведя себя более осторожно, кружась и внимательно поглядывая на нее. Несколько раз он устремлялся к Риане, провоцируя ее на бросок ножа, но та уже знала, что это не сработает. Вместо этого она вытащила еще один нож, с большим, широким лезвием, который она носила в ножнах на поясе.

Эти ножи были ее последним оружием — не считая, конечно, ее псионической силы и быстрого ума. Тракс теперь знал, что она не беспомощная жертва, однокая женщина, которая упадет в обморок от собственного страха. Но внутренности твари сгорали от дикой жажды, а она была единственным питьем на мили вокруг.

Они настороженно кружили друг против друга, и ни один из них не нападал. Тракс постоянно пытался соблазнить ее, подставляясь под бросок ножа, но она сопротивлялась искушению. Она, тем временем, оставалась настороже, готовая напасть на него в любой момент, но каждый раз, когда она делала угрожающее движание, он немедленно становился тенью и отступал, стараясь затеряться среди других теней, чтобы потом возникнуть у нее за спиной. Риана не могла разрешить себе ослабить бдительность даже на секунду. Эта секунда могла оказаться последней в ее жизни.