Чтение онлайн

Покрутив ус, лейтенант продолжал:

— Слушаю-с, эта дверь заперта совершенно очевидно преступником…

— Нет, нет, пока не нужно заключений, — перебил шеф. — Только факты, факты, факты! Ну-с?!

— Слушаю-с. Пока я бежал по этой лестнице и очутился у ворот, все было, по-видимому, кончено. У подъезда, к которому ведет вот та запасная лестница, мы нашли след недавно отъехавшего автомобиля. Убийца скрылся.

— И тогда вы?

— Тогда я пошел к телефону и протелефонировал вам, господин начальник, не считаясь с тем, что это было чертовски не вовремя. Но долг остается долгом, даже под Новый год.

— Отлично, отлично, — сказал шеф и обратился к Кручинину: — Как вы думаете, не перейти ли теперь к выводам?

— Конечно, если они у него сложились.

— Вот теперь давайте ваши выводы, — приказал шеф, поворачиваясь к Круши. — Даже самый загадочный фельетон должен иметь развязку.

— Слушаю-с. — Лейтенант не спеша и очень уверенно проговорил: — Не думаю, чтобы я ошибался… Когда наступили дни ожидания приближения советских войск, господин доктор Вельман перенес личные ценности из дома в этот вот сейф…

Лейтенант указал на массивный несгораемый шкаф, вделанный в стену директорского кабинета. Бронированная дверца шкафа была распахнута настежь. Виднелись аккуратно сложенные стопки документов, тщательно составленные один к другому и пронумерованные регистраторы. Была еще стопка больших конвертов из голубого полотна. На каждом из них тоже виднелся тщательно написанный номер. Все говорило об аккуратности владельца шкафа и его привычке к порядку в делах. Несколько внутренних отделений шкафа оставались запертыми. Только один небольшой ящик был выдвинут — в нем ничего не было.

Убедившись в том, что все осмотрели шкаф, лейтенант продолжал:

— Что-либо помешало доктору Вельману вовремя взять свои ценности отсюда. У нас, в полиции, достаточно хорошо знают его, и он не мог рассчитывать получить пропуск не только в этот кабинет, но и вообще на территорию станции. И вот, пользуясь некоторой суетой, которая всегда царит в новогоднюю ночь, тем, что никто из начальства в эти часы на службе, а подчас и дома, не сидит, Вельман снабжает секретаря подложным пропуском и посылает за своими ценностями. Он не без основания надеется, что Браду пройдет в кабинет так, что караульные в зале этого не услышат. В пользу такой догадки говорит не только время, выбранное для изъятия вещей, но и костюм убитого. Посмотрите, он во фраке, в кармане его было вот это приглашение на ужин к доктору Вельману. Именно туда он и должен был привезти ценности — прямо к новогоднему ужину.

— Очень убедительно, очень, — удовлетворенно произнес Кручинин. — А скажите, пропуск у секретаря был?

— Я думаю, да… без пропуска он не решился бы сюда идти.

— Но ему не пришлось этот пропуск никому предъявить?

— По-видимому, — ответил лейтенант.

Кручинин обернулся к дружиннику:

— Господин Браду предъявил вам пропуск?

После короткого замешательства тот ответил:

— Нет.

— Может быть, вы даже и не видели самого Браду? — спросил Кручинин.

Тот не ответил и, только исподлобья посмотрев на Кручинина, смущенно отвел взгляд.

Кручинин пробормотал еще что-то неопределенное.

— Продолжайте, продолжайте, — подогнал шеф лейтенанта.

— Хорошо-с. Но… — тут лейтенант многозначительно поднял палец, — по-видимому, за этой парочкой следили люди, не менее предприимчивые. Им или кому-то из них удалось каким-то, еще непонятным мне образом проникнуть сюда и овладеть тем, что секретарь Браду вынул из шкафа.

— Как, по-вашему, проник сюда убийца? — спросил шеф. — Этот абзац у вас неявен.

— На этот счет у меня два предположения: либо через эту запасную дверь по пятам секретаря, либо…

— Ключа от этой двери на связке, принадлежащей полиции, не было? — перебил его Кручинин.

— Он был нам не нужен, так как всегда торчал вот здесь в скважине.

— Изнутри кабинета?

— Да.

— Значит, и сам Браду мог сюда попасть, только разбив стекло и просунув руку внутрь.

— Да. Едва ли ему при этом пришло в голову, что по пятам его кто-то крадется и ему следует запереть за собой дверь, чтобы спасти себе жизнь, — решился, наконец, проанализировать какое-то обстоятельство и сам шеф. — Так, так, очень интересно. Ну-с, второе предположение?

— В пользу первого предположения, — продолжал лейтенант, — говорит то, что убийце ушел именно по этой лестнице. Наиболее вероятно, что он спешил удрать тем же путем, каким пришел, ему уже знакомым. За это же говорит и то, что я своим ключом не смог отпереть нижнюю дверь: замок был поврежден отмычкой. Но есть у меня и другое подозрение: убийца уже был на станции, когда пришел секретарь.

— В таком случае он мог сюда войти и по этой лестнице, по которой поднялись сейчас мы с вами? — спросил Кручинин.

Грачику показалось, что Кручинин уголков глаза, так, чтобы никто этого не заметил, наблюдает за дружинником.

— А ключи от шкафа? — спросил Кручинин. — У кого они хранились?

— В полиции их не было, — ответил лейтенант. — Вероятно, они остались у директора Вельмана или у Браду… — И, подумав, подтвердил: — Да, у кого-нибудь из них…

— Но их нет в замках сейфа. — Кручинин ощупал карманы убитого. — Здесь их тоже нет.

— Что это может значить? — недоуменно спросил толстяк-шеф.

— Что преступник унес их с собой, — уверенно резюмировал лейтенант.

— Хотел бы я знать, зачем? — задумчиво проговорил шеф.

Полицейские недоуменно переглянулись.

Кручинин еще раз тщательно изучил положение трупа и, делая вид, будто прикрывает рукой зевок, сказал Грачику:

— Не сделать ли тебе для коллекции несколько снимков?.. И будем двигаться.

— Вы… не находите здесь ничего интересного? — с разочарованием спросил шеф.