Чтение онлайн

Машка медленно отклонилась, недоверчиво глядя на его довольное лицо. Вид как у наркодилера, удачно подсадившего на иглу целую школу – готовится снимать барыши.

Снова затрезвонил его телефон, и отвечать уже было поздно.

Ну каков наглец!

Машка принялась уминать блюдо, которое ей принёс официант и старалась не смотреть на Высшего, снова ставшего на редкость хмурым. Видимо, новости не ахти.

Но принесли коктейли и праздник продолжался. Она даже согласилась потанцевать медленный танец и почти не отвлекалась на посторонних девиц, которые так и норовили прижаться к Шувалю, а её случайно толкнуть. Тем более Шуваль на них не реагировал, смотрел на Машку очень серьёзно, даже с каким-то восхищением, как будто она действительно ему нравилась.

Вечер, в общем, удался.

С тех пор Шуваль то и дело приглашал Машу на ужин при свечах, или в кино, или по городу прогуляться. Вдруг забросал подарками – и шубкой, и сапожками, и сумочками, не говоря о косметике и ворохе одежды.

Теперь вроде он действовал, как положено при ухаживании, но всё же что-то было не так.

Машка со временем измучилась догадками, что не так. Нет, ну большой любви от него ждать нечестно, да и ведёт себя он корректно, других баб в дом не приводит, ухаживает, на близких отношениях не настаивает, а Машке только повод дай воскликнуть – ага! Я так и знала, что ты задумал меня использовать и выбросить прочь!

Что не так? Может, с ним рядом было слишком… слишком нормально, просто, к месту, как будто она действительно дома, как будто они давно живут вместе, не просто рядом, а семьёй, и так должно быть?

Больше всего добивала эта сумасшедшая, слепая уверенность, что всё будет как им сказано и Машка его полюбит.

Однажды, когда снег выпал и уже не растаял, она взяла выходной и отправилась к Долли в гости. Попросила у Аллы Захаровны её куртку, потому что, вот нелепица, постеснялась идти в шубе, подаренной Шувалем. Ей было как-то неловко рассказывать о происходящем, хотелось умолчать. Как объяснить, что между ними происходит? Маша попыталась придумать… и не нашла слов.

В общем, она одела джинсы, чужую куртку и зашла по пути в магазин за тортом. Долли была дома вместе со всеми домашними. Гошка выбежал в прихожую и улыбался тремя зубами, которые у него успели вылезти. Машке показалось, он её узнал.

После удалось выпить чаю, пока тётя гуляла с Гошкой на улице.

– Рассказывай, как дела? Ты неплохо выглядишь, улыбаешься. – Говорила Долька, доставая заварку и блюдца.

– Не поверишь, всё хорошо. Я работаю и получаю деньги. И не нужно жить за счёт родственников, для которых я как кость в горле. А вы тут как?

– Всё так же. – Долли поморщилась. – Боюсь на улицу выходить.

– Почему?

– Мужиков всех боюсь. Повезло от Шуваля уйти, а с другим может не повезёт. Ты же не станешь ходить за мной по пятам и всех мужиков половым бессилием награждать.

– Тебе нужно перебороть этот страх. Устройся на работу, займись чем-нибудь…

– Да что ты понимаешь! – Нахмурилась Долли. – Откуда тебе знать, какого мне приходится? К тебе вот даже Шуваль не приставал, который мне прохода не давал!

– Вообще-то ты сама ему предложила плату за помощь. – Холодно ответила Машка. Долли иногда заносило, но Маша не злилась, просто ставила подругу на место. Потому что понимала, откуда ноги растут – лет в тринадцать на Долли напал пьяный и попытался изнасиловать. В тот раз она отбилась, повезло, но с тех пор боялась до ужаса своей собственной привлекательности.

– Ладно, давай не будем ссориться. – Долли тут же виновато потупилась и стала ковырять торт ложкой. – Ты не думала сбежать? Я всё время представляю, прокручиваю в голове, что тебе там очень плохо. Жить возле Шуваля… – Её натурально передёрнуло. – Врагу не пожелаешь.

Это прозвучало неожиданно. Маша вдруг подумала, что со стороны её положение выглядит тяжёлым и даже трагическим. Ну да, если смотреть со стороны и видеть тот образ, который создал Высший в демонстрации своей силы, всё очень печально. А на деле происходит иначе. Он не просто уважает своих работников, как ни странно, у него имеется даже немалый такт! Обёртки так двулики. У них, например, был чудный клан – дружный, счастливый и свободный, а за всем этим – женщина на цепи в подвале.

– Маша, я тебе помогу! Ты ради меня рисковала, я тоже рискну! Я же умею… Отведу глаза так, что и не сразу вспомнят, что ты была!

Машка воочию увидала, как это происходит – в квартире Шуваля продолжается жизнь, ходят люди, пахнет ужином, мебель покрывается пылью, а о ней никто даже не вспоминает. Шуваль смотрит на груду её вещей и не помнит, чьи они. Неприятное зрелище. Оказывается, она уже привыкла к нему, к его присутствию. К его словам и подтруниваниям, к подаркам и уверенности, что жизнь сложится так, как он хочет.

– Спасибо, не нужно пока. Я справляюсь, правда.

– Ну если что, я тебе всегда помогу!

– Долли, помоги для начала себе. Устройся на работу, начни из дому выходить! Нельзя так всё время!

– Ладно, я подумаю.

Маша надеялась, подумает. Иначе Долли исчахнет, а то и пить начнёт. Нет ничего хуже спиртного для мага – оно выжигает мать волшбу внутри так, что она не может восстановиться. Пьяницам-магам тем горше становится, чем больше они пьют.

Домой Маша вернулась поздно, в квартире было тихо, видимо, один из тех вечеров, когда Шуваль отпускал всех домашних, кроме охраны. Охранники в лице двух Высших не уходили никуда и никогда, и в последнее время даже ночевали в одной с Шувалем комнате. Комната из-за этого выглядела нелепо – одинокая кровать посреди пустого помещения и две раскладушки вдоль стены.

Если припомнить, без охраны Шуваль оставался только когда проводил время с ней. То есть с её стороны нападения он не боялся? Не ждал удара?

Интересно как.

И правда, в кабинете, куда Маша не постеснялась заглянуть, чаевничал Шуваль, два охранника и ещё один незнакомый Высший.

Их возраст не так просто определить на глаз, как человеческий, но незнакомец явно был самым старшим в компании. И высокомерным. Он так глянул на сунувшую в щель голову Машку, что та молча отпрянула в коридор и закрыла за собой дверь.

– Присоединяйся, если хочешь! – Радостно крикнул ей вслед Шуваль.

Ага, нашёл дуру.

Утром, как ни странно, никто из обслуги не вернулся, кухарка тоже не появилась, поэтому Машке самой пришлось готовить себе завтрак. И как же она удивилась, когда явился вчерашний незнакомый Высший и молча подошёл к кофемашине, запуская её, вместо того, чтобы заставлять налить кофе Машку.

– Ты Маша? – спросил он. Голос у него был как у оперного певца, которые даже в обычной жизни не говорят, а произносят.