Чтение онлайн

Аналитический алгоритм вычислительного кластера с бесстрастностью машинного разума выделял отличия «до» и «после» в одинаковых, на мой дилетантский взгляд, носителях. Выделял и выделял. Обозначал и обозначал. Заливая объёмное изображение шаблонов красными точками с развёрнутыми пояснениями и цепочками потенциально достижимых возможностей. Фиксировал элементы, не имеющие ограничений эволюционного развития, и снова выделял аналогичные, но оригинальные органы в изначальном организме. Подсвечивал органы или железы, аналогов которых не было в оригинальном теле изменяемого, или те, которые были, но исчезли при изменениях, анализируя их функции и снова, и снова разворачивая пояснения и цепочки возможностей.

Феноменально! Базовое тело, полученное Сержантом во время «вдоха», совершенно непохожее ни на одного шурга, имело тот же функционал. Возможность бесконечного развития и запредельная пластичность.

Программа только не могла определить механизм аккумуляции мутагенов для запуска любой цепочки изменения, но я прекрасно помнил радостные возгласы Варписа, воткнувшего клинок экстрактора в тушу искажённого и скакнувшие цифры эволюционного потенциала. Поэтому уточнять этот вопрос мне не требовалось.

Рассматривая разворачивающуюся перед глазами картинку, пестрящую деталями, я осознал, что Сержант, тогда ещё просто Григорий, в тот день всё-таки умер.

Мне стало от этого легче?

Вроде да. Я отбросил все сомнения и принялся за дело.

Потенциал носителя, формируемого на основе второго шаблона тела, велик. Очень может быть, что в него войдут все изменения, которые я планирую. Первым делом я меняю систему набора мутагена на механизм набора адаптационного потенциала. Устанавливаю упрощённые ядра ЗК, без них этот механизм неработоспособен. Заодно к ним же привязываю фокусирующий мост, гарантирующий возврат ядра даже при гибели носителя далеко за границами Бездны.

Физические усилители ложатся плохо, особенность ядра срезает почти половину их эффективности. Зато органы чувств получают двукратный прирост эффективности любого усиливающего модуля. Практически без колебаний я снабжаю Сержанта базовым набором разведчика и весь потенциал вливаю в его странно выглядящие на схеме волокна нервной ткани, плотно опутывающие спинной мозг и проникающие в некоторые органы. Судя по всему, именно эти структуры и есть его дар, развитый за время жизни после «вдоха», позволяющий чуять людей на расстоянии.

Добавляю новые органы, так как Сержанту нужна собственная энергия. Усиленные клетки, генерирующие энергию гармонично вплетаются в структуру кровеносных сосудов носителя. Опыт Тра дал нам информацию о том, что и в каком объёме нейтрализует воздействие Королевы, поэтому Сержант получает более мощную энергетику. Потенциально. Потребителей этой энергии я ему пока не даю, только орудие, кронштейн и система оптического камуфляжа.

Аккуратно изменяю плотность и проводимость нервной ткани, ни на йоту не отклоняясь от шаблона, рассчитанного вычислительным кластером. Сержанту не помешает поднять скорость анализа и обработки данных, если уж не получается усилить его по-другому.

И на этом всё, хотя возможности и потенциал носителя ещё не были исчерпаны, ядро Сержанта могло потянуть немного больше. Я с трудом заставил себя остановиться, понимая, что итак слишком много новинок, ещё не прошедших испытания «в поле», я собрал в этом теле. Кроме того, задачи, которые стояли перед Сержантом не предполагали использования ничего, сверх того, что уже было установлено. За границами Бездны — не луна-парк и, если где-то там притаилась и только и ждёт удобного случая напасть, Королева, пусть она не увидит нашего полного потенциала.

Как говорят параноики: «Умеешь считать до десяти, остановись на восьми».

У меня итак получился экспериментальный носитель, максимально сочетающий в себе технологии нурнов, сожранных и адаптированных мною, и технологии шургов, медленно развивающихся внутри Бездны и просачивающиеся через чёрную воду окружающей меня Тьмы.

Полноценный гибрид. Химера, состоящая из разума человека, тела шурга с экипировкой нурнов.

Вся процедура заняла остаток светового дня и с последними лучами Солнца, никак не могущего проникнуть в глубоко расположенный бункер, на металлический пол тамбура, освещаемого холодным синим светом плёнки силового щита, из комплексной свёртки пространства выпал новорождённый гибрид, носящий старое имя — Сержант.

Интерфейс заботливо информировал меня:

Носитель ядра Совершенства,

Потенциал: исследователь, средний,

Назначение: разведка,

Автономность: средняя,

Разум: 6+

Лояльность: 85 %

Потенциал: 1,3

Дополнительные возможности: Поиск и обнаружение разумных форм жизни, оценка потенциала опасности, оценка потенциала развития.

Идентификатор: Григорий (Сержант).

В процессе возрождения у Сержанта подросла лояльность, что меня несказанно радовало, хотя видеть в цифрах то, что я ощущал на подсознательном уровне, было немного необычно.

Изначальные семьдесят семь процентов лояльности Сержанта ощущались как твёрдая уверенность в выбранном отношении, готовность за внучку пожертвовать собой не раздумывая, готовность сдохнуть в муках, ради торжества науки и ради моего сумасбродства. Ради чего угодно. Упрямая готовность и вера в правильность выбранного пути. Ещё не фанатизм, но уже что-то с его ароматом.

В процессе работы с носителем, выбора модификаций, усилений, считывания возможностей и потенциала ядра, отношение Сержанта, фантомом стоящего за моим плечом, изменялось. Проценты росли незначительно, но окрас и запах веры изменялись кардинально. Растворялась упрямая готовность пожертвовать собой. Исчезал страх за внучку, заменяясь ровной уверенностью в будущем и флёром надежды на какие-то незримые варианты развития событий. Вера в правильность выбранного пути заливала всё загнанное внутрь сомнение, перекрашивая его в свой цвет, постепенно сама перекрашиваясь в цвет знания. Сержант уже не верил. Сержант уже знал, что выбрал правильный путь.