Чтение онлайн

Я улыбнулась его воспоминаниям, его рот коснулся кончика моего уха.

– Я уверен, что кое-что предложил тебе в ту ночь, и ты попыталась шлепнуть меня.

Рассмеявшись, я отстранилась и сдвинулась, чтобы посмотреть ему в лицо. Моим новым любимым времяпровождением стало наблюдение за Чейзом. Его улыбка заставляла мое сердце биться в два раза чаще.

– Что заставило тебя выбрать меня?

Я посмотрела вниз, ощущая тягость вины.

– Я не делала этого.
– он отдернул руку.
– Моя мама выбрала тебя.

– Твоя мама? Та, что потом просто…

– Умерла. Да, она сказала, что ты безопасен, что ты защитишь меня. Потом она ушла. А ты воспользовался шансом и соблазнил меня.

– Я – осел.

– Нет.
– я подавила улыбку.
– Ты сделал то, что мне нужно было - взял ситуацию в свои руки.

– Мил, в ту ночь, в Вегасе, я использовал тебя.

– Верно.
– я пожала плечами. – Но я нуждалась в тебе.

– Я оставил тебя.

– Я знаю, - я не могла взглянуть на него.

– Мил.
– Чейз наклонил мой подбородок.
– Если все это было лишь уловкой, то почему ты так расстроилась, когда я сказал, что не хочу отношений?

Потому что ты заставил меня влюбиться в себя. Потому что ты защищал меня, когда никто этого не делал. Потому что ты украл мое сердце, а я не хотела возвращать его обратно. Потому что в наш первый раз моя жизнь изменилось навсегда.

– Мне было четырнадцать, - я пожала плечами, - и я девочка. Мы, как правило, очень эмоциональны после секса.

Его глаза сузились. Я откашлялась и отвернулась.

– Во всяком случае, Феникс сказал моему отцу, что застукал нас в постели, и тут история заканчивается.

– Шрам? – он схватил меня за запястье, я попыталась вырваться. – Мил… - прошипел он сквозь сжатые зубы.
– Расскажи мне. Все. Сейчас.

– Он был расстроен.
– мое тело вздрогнула от воспоминаний. – Пожалуйста, не заставляй меня говорить об этом…

– Черт возьми, Мил, это он сделал? Он сделал это с тобой? – он крепко сжал мою руку, в его глазах пылала ярость. Я кивнула.

– Он бил меня, а затем использовал нож, чтобы разрезать шрам на моем запястье, он залил его бренди и сжег кожу следом. Он сказал, что так я буду отмечена, и любой, увидевший шрам, будет знать об этом. Он сказал, что это лишь вопрос времени… - я задохнулась от собственных слов, - лишь вопрос времени, когда я умру. Он сказал, что я все испортила. Что я - проклятая Елена Троянская, и рассмеялся.
– горькие слезы текли по моим щекам. – Он смеялся все время, не переставая резать меня, не зависимо от того, кричала я или нет. Никто не пришел. Никто не спас меня. А ведь мне было четырнадцать, Чейз. Я думала, что жизнь напоминает кино… когда тебе больно, появится человек, который поможет. Я продолжала думать об этом. Но никто не пришел. На следующий день от отослал меня в академию для девушек.
– он глубоко вдохнул, и я поняла, что пора вылезать из ванны. История закончена. Он либо примет правду, либо продолжит копать дальше. Я предпочла бы, чтобы он просто отпустил это.

Я попыталась встать.

Он схватил меня за запястье и крепко прижал к себе.

– Ты никуда не пойдешь.

– Чейз…

Он отстранился, и я увидела его потемневшие глаза. Он выругался и отпустил меня.

– Нам нужно связаться с Таней.

– Я знаю, - сказала я тихим голосом, - она была единственной маминой подругой после того, как она уехала. Она никогда не простит отца Феникса за то, что он отослал меня. И я никогда не прощу его за то, что он делал со мной и моей матерью. Теперь она мертва.

Чейз откашлялся.

– Чем раньше мы сделаем это, тем лучше. Все в порядке?

Я кивнула, чувствуя себя не совсем уверенно. Когда это закончится? С Таней? С Камписи?

– Напиши ей.
– Чейз поцеловал меня в висок.
– Скажи, что хочешь встретиться. Скажи, что у нас проблемы, и тебе нужна ее помощь.

– Хорошо.

Молча Чейз встал из ванны и обернул меня в полотенце, обтерев, будто я была маленьким ребенком. Обо мне никогда не заботились так нежно. Никто не заботился обо мне. Я всегда относила себя к людям, которым не нужны прикосновения. После всего, что случилось с моим телом, я всегда готовилась к худшему. Было страшно осознавать, что мое тело зависело от него, что мне нравилось это и я жаждала продолжения. Мое сердце билось быстрее, потому что я нуждалась в его поддержке.

После того, как я высохла, я бросила халат и вошла в комнату. Мой iPhone заряжался и лежал на тумбочке. Я схватила его и быстро напечатала Тане сообщение.

Я: «Все это ужасно неправильно. Мы можем встретиться утром?»

Я ждала ее ответа. Пот стекал по лицу, а телефон все еще был в руке. Как только прозвенело оповещение, я пробежала глазами по ее сообщению.

Таня: «Это не очень хорошая идея».

Я: «Меня не волнует, насколько это хорошая идея! Моя мать умерла!»

Через две минуты пришло еще одно сообщение.

Таня: «Ты права. Прости. Где ты хочешь встретиться?»

Я прикусила губу. Лучше всего общественные места.

Я: «The Golden Nugget – ночной клуб. Через час».

Таня: «Хорошо».

Встряхнувшись, я положила телефон на стол. Через час я должна была встретиться с женой Камписи. Шанс пятьдесят на пятьдесят, что именно она ответственна за наш ад последние двенадцать часов.

Другого объяснения не было.

Мы застряли.

Вернуться домой, значит ждать, пока тебя застрелят. Я не хотела прятаться.

Звук оповещения отодвинул мысли прочь.

Я проверила свой телефон, но это не был не он. Недолго думая, я подошла к телефону Чейза на соседней тумбочке. Я нажала на кнопку и увидела три текстовых сообщения. Все от Никсона.

– Узнал о ее шрамах? – я повторила в слух.
– Она доверяет тебе? Чейз, сделай все, что нужно, я имею в виду, абсолютно все.

Я бросила телефон на кровать и едва успела подбежать к урне, когда из меня начала вырываться клубника, которой он кормил меня. Будто она была испорчена. Я пыталась удержать горькие слезы, но они не останавливались и сливались с общей массой в урне.

– Сволочь! – я сжала кулаки, не в силах удержать тело от дрожи, я встала на колени и почувствовала себя полностью разбитой и преданной.

Человеком, который обещал спасти меня.

А сделал все наоборот.

Он меня использовал.

И уничтожил меня в процессе.

Глава 35. Чейз

Я свистел.

Как чертов придурок.

Если бы Никсон видел меня, он подумал бы, что я полностью лишился рассудка. При мысли об этом, моя усмешка становилась шире. Черт, если я не перестану, я разобью что-нибудь о свое лицо.